Коротко


Подробно

Москва фенольная

Безопасность

В декабре прошлого года в Москве был снесен первый "фенольный" дом — девятиэтажка по адресу Открытое шоссе, 24, корпус 1. А всего таких домов в Москве больше двух сотен. Они построены в конце 1960-х--начале 1970-х годов с применением фенолформальдегидных смол. Начало 1960-х было временем невиданного научного оптимизма. И "физики", и "лирики" искренне верили, что пластик и синтетика позволят отказаться от использования природных материалов, помогут достичь изобилия, но при этом сохранить природу. Сроки испытания новых материалов были рекордно короткими. А служат они нам до сих пор.


Муравьишка-труженик


Фенол (карболовая кислота) был известен еще алхимикам. Позже были изучены душистые органические соединения — альдегиды: уксусный, ванильный (ванилин), муравьиный. Муравей на латыни — "формика". Отсюда "формальдегид".

Когда была открыта технология производства нового чудо-материала — фенолформальдегидных смол, спектр их возможного применения казался почти безграничным: слоистые, волокнистые, газонаполненные пластики, клеи, лакокрасочные материалы, герметики. Исключительные схватывающие способности смол навели на мысль об использовании их в производстве бетона: возрастала не только скорость строительства, но и прочность. (Надо признать, это чистая правда. Девятиэтажка на Открытом шоссе, по словам столичного мэра Юрия Лужкова, оказалась на удивление крепкой. 160 кг тротила разнесли почти весь первый этаж, но через 20 минут обвалилась только часть дома.)

Однако позже выяснилось, что испарения фенолформальдегидных смол вызывают болезни глаз, почек, дыхательных путей, злокачественные новообразования. Считается, что вредное воздействие фенолформальдегидных смол со временем ослабевает, хотя сами жители "фенольных" домов утверждают, что замеры проводятся крайне нерегулярно, только после настойчивых жалоб. На чем основаны общие выводы об уменьшении опасности, непонятно. Для сравнения можно напомнить, что фенолформальдегидные смолы некачественных ДСП сохраняют высокую степень опасности в течение всего срока службы.

Впрочем, несмотря на теоретические споры о сроках вредного воздействия фенолформальдегидных смол, власти утверждают, что избавляться от "фенольных" домов нужно, и снос первого из них прошел с большой помпой. На самом деле ситуация сложилась двусмысленная. Ведь если речь идет о некой программе сноса "фенольных" домов, то жители 200 оставшихся вправе задать вопрос о сроках их переселения. А ответить нечего. Разве только рассказать, что на месте снесенной девятиэтажки будет построен жилой комплекс на 20 тыс. кв. м и часть квартир в нем получат жители другого "фенольного" дома (улица Николая Химушина, 3, корпуса 2 и 3), на месте которого, в свою очередь, будет возведен комплекс площадью 26 тыс. кв. м.

Однако к проблеме "фенольных" домов это имеет, мягко говоря, косвенное отношение. Программа есть, и снос дома на Открытом шоссе означает начало ее реализации, но это совсем другая программа — реконструкции района Метрогородок.

Комментируя снос девятиэтажки на Открытом шоссе, мэр Москвы заверил, что все "фенольные" дома будут снесены: "Есть соответствующее постановление правительства, мы обращаем внимание на заключения СЭС и решаем этот вопрос". Нет ни малейших оснований сомневаться в правильности этих слов, просто сейчас и по поводу данного бизнес-проекта они неуместны.

Кроме фенола, в строительстве десятилетиями активно использовался другой не менее вредный материал — асбест (в вентиляционных шахтах, перегородках, теплоизоляции). Известно, что по мере старения вредное действие асбеста усиливается. "Фенольные" дома стали темой острейших экологических дискуссий с конца 1980-х годов, "асбестовые" такого внимания не удостоились. Возможно, потому, что их гораздо больше и шансы добиться их реконструкции или сноса всегда оценивались как ничтожные.

От добра добра не ищут


Вероятность того, что сегодня может повториться что-то вроде "фенольной" или "асбестовой" истории, довольно мала. Сейчас в Москве невозможно утвердить проект жилого строительства с использованием материалов, которые, скажем, при горении выделяют токсичные вещества. Система сертификации строительных материалов в столице и области отлажена и участникам рынка понятна. Хотя и небезупречна с точки зрения права.

Обрисовать ситуацию можно примерно так. На рынок стройматериалов, как и на любой другой, время от времени пытается проникнуть продукция откровенно низкого качества. Раз в полгода-год в кулуарах очередной конференции строителей можно услышать новую историю на эту тему. Как правило, речь идет о новичках в промышленности стройматериалов. Причины неудач могут быть разными, в лучшем случае они вызывают сочувствие, иногда — раздражение или смех. Дело в том, что конкуренция на этом рынке исключительно остра, предложение высококачественных материалов достаточно широко. Так что чиновник, "сидящий" на сертификации, не станет рисковать: он гораздо больше выиграет от "конструктивного сотрудничества" с надежным производителем.

Но есть и настораживающие факторы. Конкуренцию на рынке стройматериалов ограничивает своеобразная политика правительства Москвы по поддержке предприятий столичного стройкомплекса. Успех инвестора на столичном строительном рынке во многом зависит от того, прислушается ли он к рекомендациям воспользоваться услугами определенных проектных и подрядных организаций, поставщиков стройматериалов, торговых посредников и т. д. Проблема не только в том, что их услуги и товары как минимум на 20-30% дороже региональных аналогов. Патерналистская политика нигде и никогда не способствовала поддержанию высокого качества продукции.

Не способствовали ему и быстрый рост цен на недвижимость, а также ажиотажный, неизбирательный спрос в первой половине 2006 года. Никаких новшеств в домостроении, кроме, пожалуй, увеличения этажности старых серий, в прошлом году не наблюдалось. Зато есть немало свидетельств того, что многие показатели качества опустились до нижних значений допустимого. Правда, случайно или нет, но проблем с явно некачественными материалами у сертифицирующих органов в прошлом году было меньше.

Строительство & ремонт


Материалы застройщиков составляют лишь несколько процентов от используемых в строительстве и ремонте. Никакого противоречия здесь нет. Дело в том, что, кроме бетонной конструкции, наполнителя стен (кирпич, пеноблоки, плита), подведенных коммуникаций и стеклопакетов, все остальное для квартиры покупатель жилья в новостройке приобретает самостоятельно.

И большинство новоселов идут на строительный рынок. Конечно, владельцы "стройдворов", даже за пределами МКАД, сомнительную продукцию на свою территорию, как правило, не пускают. А вот на подступах к строительным рынкам ждут десятки "Газелей" и грузовиков с товаром и образцами. Иногда вполне качественными и легальными. Просто материалы, которые могут быть сертифицированы, например, для оборудования газопровода, неприемлемы для жилищного строительства.

Здесь же вы наверняка встретитесь с нашим старым знакомцем — фенолформальдегидной смолой. Деревоперерабатывающая и мебельная промышленность страны переживает бум. Предприятия перевооружаются. Но это в наименьшей степени касается мелких предприятий в глубинке, куда перетекает старое оборудование и, соответственно, технологии. Мебель, ДСП, отделочные материалы с характерным "муравьиным" запахом. Обои, оставляющие краску на руке. Пластик, плавящийся в пламени зажигалки.

Часть застройщиков, продавая квартиры, вынуждают покупателя заключить и договор на ремонт. Только так можно гарантировать, что ремонты в доме не растянутся на три-четыре года или что рабочие не угробят лифты и канализацию. Этот дополнительный договор можно рассматривать как надбавку к цене товара.

Однако в большинстве случаев застройщики, следуя логике свободной планировки, уважают право покупателя на самостоятельный ремонт. Здесь, правда, возникает еще один вопрос: как объяснить возмущение строительных компаний отменой лицензирования в их отрасли, когда они сами давным-давно сбрасывают потребителю полуфабрикат для нелицензированной доработки? Ведь именно таковой являются ремонты, которые производят жильцы практически всех квартир в новостройках. Если работа строителей еще каким-то образом может быть проконтролирована, то ограничить использование экологически вредных материалов при частных ремонтах практически нереально. Выход может быть один — запретить продажу квартир без отделки. Такая практика, кстати, существует в некоторых европейских странах. Например, в Великобритании квартиры без отделки в продажу не поступают.

Заточение в стеклопакетах


Не так давно премию Международного архитектурного комитета (Arup World Archtecture Award) в номинации "Лучший многоквартирный дом" получил сиднейский комплекс "Альтаир" австралийских архитекторов Яна Мора и Тины Энгелен. "Это лучшее здание, в котором я когда-либо жил,— сказал один из жильцов.— При перекрестной вентиляции нам совсем не нужно кондиционирование. Я поддерживаю нужную температуру, только регулируя жалюзи и окна".

А вот Москва вместо этого увлеклась стеклопакетами, которые непонятно почему считаются экологичной технологией. В квартиру, закупоренную евроокнами, якобы не проникают вредные вещества с загазованных улиц. На самом деле отказ от форточек под потолком затруднил постоянное проветривание помещения. Стеклопакеты превращают квартиру в ловушку для образующихся в ней токсичных веществ (отметим, что методики экспертизы материалов в части предельно допустимой концентрации (ПДК) токсичных веществ, выделяемых любым материалом, не учитывают их накопления в замкнутых пространствах). Не выведенные из помещения химические вещества накапливаются в нем. Удерживая собственные загрязнения помещения, стеклопакеты не могут обеспечить его эффективную защиту от внешних загрязнений. Содержание выхлопных оксидов и солей тяжелых металлов в помещениях со стеклопакетами почти такое же, как и в помещениях, ими не оснащенных. Это же касается и содержания фенола и формальдегида, источниками которых являются не только некачественные стройматериалы, но в не меньшей степени те же выхлопные газы и промышленные выбросы.

Проблему чистого воздуха солидные компании и состоятельные люди пытаются решить способом, который в Японии называют "путь противогаза". Это "умные дома" (smart building) — жилые многоквартирные, коммерческие, административные. Сочетание стеклопакетов с принудительной круглосуточной вентиляцией и очисткой воздуха дает, конечно, неплохой результат. Однако за сто лет искусственной очистки воздуха так и не были решены важнейшие проблемы — например, обеспечения оптимальной влажности воздуха и эффективной очистки самих кондиционеров.

Можно ежемесячно оплачивать условно питьевую водопроводную воду, но пользоваться бутилированной. Решить подобным образом проблему чистого воздуха для личного или семейного потребления не удастся.

И хотя "фенольные" и "асбестовые" дома рано (в перспективных районах) или поздно (в остальных) будут снесены, городскую ситуацию в целом это не улучшит. Количество вредных выбросов — оксидов серы и азота, фенола, формальдегида, аммиака, хлористого водорода и т. п.— в воздушном пространстве столицы быстро увеличивается, и эффективной защиты от них нет. Иными словами, большим "фенольным" домом становится вся Москва.

АЛЬБЕРТ АКОПЯН, газета "М2" - специально для "Ъ-Дома"


"Асбестовый" университетский городок Жюсье (Франция) пытаются обезвредить уже 10 лет

"Асбестовый" университетский городок Жюсье (Франция) пытаются обезвредить уже 10 лет

Фото: AFP

Асбестовый университет


Университетский городок Жюсье французских университетов Paris VI и Paris VII в Пятом округе Парижа был открыт в 1971 году. Это крупнейший в Европе комплекс сооружений, построенный с использованием асбеста.

Материалы с асбестовым напылением, известные своими огнестойкими нетеплопроводными свойствами, были использованы в ходе строительства для обеспечения пожарной безопасности. Общая "асбестовая" площадь городка составила около 190 тыс. кв. м. Несмотря на то что еще в конце 1950-х годов были выявлены последствия использования этого материала для здоровья человека, а ученые предупреждали о проявлении этих эффектов в ближайшие 30 лет, официальные власти Франции не принимали каких-либо мер.

В 1982 году в стране был создан Постоянный комитет асбеста, который финансировался производителями этого материала и более 10 лет лоббировал использование асбеста в промышленных целях. Несмотря на то что в 1991 году страны Евросоюза начали говорить о запрете использования асбеста, Жюсье оставался в целости и сохранности. Только в 1994 году после обнародования информации о смертельных случаях французы приступили к активным действиям.

В 1994 году был создан оппозиционный Антиасбестовый комитет Жюсье, который привлек внимание общественности к проблеме. Были проведены исследования, в прессе появились многочисленные статьи о смертельной опасности асбеста. В результате в 1996-1997 годах вышли декреты в защиту "населения от рисков, связанных с использованием асбеста при строительстве", а также "рабочих от рисков, связанных с вдыханием асбестовой пыли на производстве". 1 января 1997 года использование асбеста во Франции было запрещено. Жак Ширак обещал, что к концу 1996 года в Жюсье не останется ни одного студента. В сентябре того же года тогдашний министр образования Франсуа Байру огласил трехлетний план очищения помещений Жюсье от асбеста. Его бюджет составил €1,2 млрд и подразумевает очищение около 40 тыс. кв. м.

Однако на этом история не заканчивается. Начало программы долго откладывалось, поскольку у плана оказались противники, отрицавшие риски, связанные с асбестом. И среди них бывший советник министра образования Клод Аллегр, назначенный ответственным за проведение работ в Жюсье. В результате к концу 1999 года от асбеста было очищено всего 2,5% площади помещений университетского городка. Только под давлением общественности программа все же вступила в силу. В конце 2004 года было очищено 25% помещений, 35% площадей готовы к проведению работ. Тем временем только в 2005 году суд Парижа рассмотрел 114 исков о возмещении морального ущерба пострадавшим от асбеста.

ЕКАТЕРИНА ДУДАРЕВА


Тэги:

Обсудить: (0)

Комментировать

Наглядно

валютный прогноз

обсуждение