Коротко


Подробно

"Показалось, что моих детей перевернули в гробах"

Виталий Калоев объяснил, почему он убил диспетчера Skyguide

процесс

В Швейцарии в Верховном суде кантона Цюрих вчера начался процесс над Виталием Калоевым, который обвиняется в убийстве авиадиспетчера компании Skyguide Петера Нильсена 24 февраля 2004 года. Извиниться перед семьей диспетчера подсудимый отказался. Прокурор попросил для него 12 лет тюрьмы. С подробностями из Цюриха — корреспондент Ъ ИГОРЬ Ъ-СЕДЫХ.


Возле здания суда очень много телекамер — телевизионщиков не пускают внутрь, и они пытаются получить информацию у выходящих. Адвокат Владимир Сергеев сказал им, что Виталий Калоев "держится хорошо, отвечает правильно", а глава Северной Осетии Таймураз Мамсуров заявил: "Не мое дело комментировать ход суда, мы приехали морально поддержать земляка". Пишущим журналистам повезло больше — они присутствуют на самом процессе.

Правда, у них, как и у всех остальных не участвующих в процессе, тщательно досмотрели сумки, отобрали мобильные телефоны и диктофоны, а после прохода через ворота-металлоискатели полицейские еще и ощупали их с ног до головы. Такая процедура повторялась после каждого перерыва в заседании.

Когда в зал ввели осунувшегося и ссутулившегося Виталия Калоева, он улыбнулся и вскинул руки, приветствуя земляков-осетин — делегацию во главе с господином Мамсуровым и десяток родственников и близких друзей, в том числе старшего брата Юрия. Подсудимого посадили прямо в зале, спиной к зрителям и лицом к судьям, ничем от них не отгородив. Его сопровождал лишь один охранник в штатском.

Судит обвиняемого Калоева коллегия профессиональных судей: Вернер Хотц, Даниэль Буссман и Вилли Майер. Как отметил адвокат Сергеев, у подсудимого было право выбрать суд присяжных. Однако, по мнению защиты, в этом случае исход во многом зависел бы от эмоциональности присяжных, тогда как профессиональные судьи будут руководствоваться лишь законом.

Председательствующий Вернер Хотц зачитал список запретов — не шуметь, не ходить, не вести аудиозапись, не фотографировать, еще многое другое — и открыл заседание.

Допрос подсудимого начался с изучения его биографии: когда родился, кто родители. И вдруг последовал неожиданный вопрос судьи:

— Скажите, чем отличаются осетины от башкир? (Он имел в виду то, что один из столкнувшихся над Боденским озером самолетов принадлежал "Башкирским авиалиниям".— Ъ.)

— Каждый имеет свои особенности,— ответил подсудимый.
— Какие же особенности у осетин?
— Они такие же, как все.

Затем суд установил, что когда-то преуспевавший инженер-строитель Виталий Калоев, имевший свое дело, не работает со времени гибели жены и двух детей в авиакатастрофе.

— На что же вы жили?
— Семья помогала.

— Получили ли вы пособие от башкирского правительства, как другие близкие погибших?

— Я не получал ничего.
Виталий Калоев рассказал, как прибыл на место катастрофы.
— Вы видели тела своих детей? — спросил судья.
Подсудимый Калоев отрицательно покачал головой:

— Я не могу точно сказать сейчас. Мой сын упал там, я чувствовал, что он там лежит.

— Затем вы отвезли тела своих близких домой?
— Это все, что я мог для них сделать. Я жил почти два года на кладбище...
— Почему же вы не вернулись к работе?
— Для кого работать-то?
— Для себя, чтобы начать новую жизнь.
— Говорить-то легко...— после некоторого молчания ответил Виталий Калоев.

На дневном заседании в центре внимания суда оказались три эпизода: траурные мероприятия в июле 2003 года в Цюрихе, посвященные годовщине трагедии над Боденским озером, обращение Виталия Калоева в московское детективное бюро "Мегре-2" и его бурная реакция на письмо адвокатов Skyguide в ноябре 2003 года, в котором Виталий Калоев уведомлялся о том, что компании не за что перед ним извиняться.

3 июля 2003 года после траурной церемонии в Иберлингене несколько человек, в том числе и Виталий Калоев, отозвались на приглашение Skyguide, которая проводила аналогичное мероприятие в Цюрихе. По словам подсудимого, он поехал туда за объяснениями и извинениями.

— Но Россье (Ален Россье, генеральный директор Skyguide.— Ъ) не стал извиняться. Если бы он извинился, то ничего бы и не случилось,— заявил обвиняемый Калоев.

После этого судья зачитал показания Алена Россье, который утверждал, что Виталий Калоев угрожал ему.

— Это не так,— ответил подсудимый.— Я подошел к нему, достал фотографии могилы детей и спросил: "Если бы ваши дети лежали вот так, как бы вы разговаривали?" Я не угрожал ему.

Следующая фраза подсудимого озадачила судей:

— Я три раза говорил с Россье и понял, что он главный виновник гибели моих детей.

— Но вы же называли главным виновником диспетчера Нильсена?

— Нужно различать,— пояснил Виталий Калоев.— Есть главный ответственный и непосредственный ответственный. Россье виноват за организацию работы в своем предприятии, а Нильсен оказался непосредственным виновником на месте.

При этом Виталий Калоев выразил возмущение тем, что в Швейцарии расследование катастрофы стоит на месте.

— Так вы считаете, что виновных в убийстве по неосторожности следует сажать в тюрьму? — спросил его судья.

— Я сказал, для меня самое главное, чтобы они извинились. Я не горю желанием, чтобы они сидели в тюрьме. Моих детей все равно не вернешь.

Именно после разговора с Аленом Россье Виталий Калоев, по его собственным словам, купил нож.

— Этот? — судья Хотц показал ему складной нож, которым предположительно был убит Петер Нильсен.

— Похож,— ответил подсудимый.

После этого судья перешел к другому эпизоду, напомнив, что 12 сентября 2003 года подсудимый Калоев обратился в Москве в детективное бюро "Мегре-2", где ему якобы доставали фотографию диспетчера Нильсена. На это Виталий Калоев заявил, что вообще-то речь шла о нескольких фотографиях:

— Я сказал: почему нет фотографий всех виновников трагедии?

Тогда судья показал ему несколько контрактов, которые Виталий Калоев подписал с бюро "Мегре" на поиск именно фотографий диспетчера Нильсена и его адреса.

— Мне сказали, я подписал,— ответил подсудимый.

Правда, под одним из документов, по его словам, подпись сделана не его рукой. Это гарантийное письмо, подготовленное в "Мегре-2" по просьбе швейцарских коллег 23 января 2004 года, за месяц до убийства Петера Нильсена. В нем содержалось обязательство не причинять физический ущерб никому из лиц, чьи фотографии были предоставлены. Впрочем, заявил обвиняемый, у него и так "никогда не было намерения причинять физические страдания кому-либо в Skyguide". Однако он пока оставил без объяснения тот факт, что в своих международных путешествиях дважды пользовался паспортом на имя Василия Глухова.

После этого суд рассмотрел эпизод, связанный с письменным отказом Skyguide от извинений. Виталий Калоев признал, что его реакция на это была весьма буйной и он даже ломал мебель:

— Да, я возмущался, ведь Skyguide требовала, чтобы я отказался от своих детей, от своей жены. Это мародерство — торговля телами погибших детей.

Однако эпизод был выбран не случайно, поскольку именно после этого письма Виталий Калоев засобирался в свою последнюю поездку в Цюрих. Подсудимый рассказал, что он долго вел переговоры о встрече с Аленом Россье, но тот от нее уклонялся. В конце концов пришел окончательный отказ.

— Дальше откладывать поездку уже было нельзя,— заявил подсудимый Калоев.

Потом из Швейцарии, по его словам, он собирался поехать в Испанию, чтобы попросить о продлении вида на жительство. Помешал арест.

На вечернем заседании речь шла уже непосредственно об убийстве диспетчера Петера Нильсена. Виталий Калоев изложил свою версию событий. Когда он отыскал квартиру потерпевшего Нильсена, было еще светло.

— Он увидел меня, и я показал жестом, что хочу войти. Он вышел, и я ему сказал, что я из России и хочу поговорить с ним. Но он захлопнул дверь...

— Заметили ли вы, что, захлопывая дверь, он прищемил голову своей дочери? — прервал его судья.

— Нет, я этого не видел, я не видел никаких детей,— сказал подсудимый и продолжил свой рассказ.

Когда диспетчер все же вышел, Виталий Калоев взял конверт с фотографиями детей в левую руку, а правой показал, что, мол, вот они, фотографии, посмотри. Но Петер Нильсен ударил его по руке и сделал жест, чтобы тот убирался. Затем он ударил второй раз, и на этот раз фотографии упали на землю.

— Потемнело в глазах у меня,— с дрожью в голосе продолжал Виталий Калоев.— Я помню, что мне даже показалось, что моих детей перевернули в гробах, выкинули их из них, то есть из гробов. Я не помню, не знаю, что я делал потом.

По словам подсудимого, он пришел в себя лишь тогда, когда на улице услышал рев сирены. Тут судьи и обвинитель Ульрих Вебер стали добиваться от подсудимого признания в убийстве. Прокурор при этом ссылался на его признания на следствии.

— Я тогда только признал, что все улики подтверждают мою вину,— сказал на это Виталий Калоев.— По этим уликам выходит, что я его убил. Но на самом деле, что у меня было в голове, я не могу сказать.

Тогда у суда возник другой вопрос: если Виталий Калоев требует извинений от Skyguide, то не хочет ли он сам извиниться перед семьей Нильсенов за совершенное преступление. Даже адвокат Виталия Калоева Маркус Хуг считал, что извиниться все же следует:

— По моему мнению, сейчас благоприятная возможность принести извинения близким Нильсена.

Но Виталий Калоев молчал. После нескольких попыток со стороны судей подвигнуть его к покаянию он сказал:

— Я найду такую возможность. Мне жаль этих детей (детей погибшего.— Ъ), я сам был сиротой.

После окончания допроса Виталия Калоева выступили прокурор Ульрих Вебер и адвокат Маркус Хуг. Прокурор потребовал приговорить Виталия Калоева к 12 годам лишения свободы. Адвокат утверждал, что такого наказания его подзащитный не заслуживает, поскольку он сам является жертвой. Вынесение приговора ожидается сегодня.

ИГОРЬ Ъ-СЕДЫХ, Цюрих



Тэги:

Обсудить: (0)

Комментировать

Наглядно

валютный прогноз

обсуждение