Верховному суду РФ (ВС) предстоит разобраться, может ли кредитор получить выплату в связи со смертью застрахованного заемщика, если после нее прошло уже несколько лет. Кредитор утверждает, что ничего не знал и заслуживает страховое возмещение. Но страховая компания отказывается платить, считая, что кредитор пропустил срок давности из-за собственного «неразумного и недобросовестного поведения». Юристы признают проблему срока и трудности получения информации как о смерти граждан для кредиторов, так и о долгах для наследников.
Фото: Дмитрий Лебедев, Коммерсантъ
Фото: Дмитрий Лебедев, Коммерсантъ
ВС рассмотрит спор о возможности взыскания страховки спустя годы после наступления страхового случая. История началась в июне 2012 года, когда Азиатско-Тихоокеанский банк выдал Геннадию Матвееву кредит на 320 тыс. руб. Заемщик застраховал свою жизнь и здоровье в пользу банка в СК «Гелиос».
Господин Матвеев перестал вносить платежи, и в декабре 2014 года Петропавловск-Камчатский горсуд взыскал долг по иску банка, но гражданин добровольно не расплатился. Кредитор не торопился обращаться к приставам — исполнительное производство было возбуждено лишь в июле 2019 года, а уже в декабре банк уступил долг ООО «Траст».
Новый кредитор в июне 2021 года сообщил «Гелиосу» о наступлении страхового случая — смерти застрахованного еще в 2017 году — и потребовал выплату. Страховщик платить не стал, и ООО обратилось в суд.
Арбитражные суды трех инстанций удовлетворили иск, взыскав в пользу «Траста» 223,9 тыс. руб. По мнению судов, срок исковой давности отсчитывается с момента отказа страховой компании в выплате, поэтому не пропущен.
«Гелиос» оспорил эти решения в ВС, считая срок исковой давности истекшим, а действия кредиторов — «недобросовестными и неразумными». Страховщик пояснил, что при наличии многочисленных неплатежей банк долго «не предпринимал каких-либо действий, чтобы установить причины просрочки, и не обращался к приставам». В жалобе отмечается, что ООО тоже не пыталось прояснить статус заемщика и обжаловать бездействие судебного пристава, который лишь «спустя 15 месяцев обнаружил, что должник умер задолго до возбуждения» исполнительного производства. По мнению «Гелиоса», о смерти «должно было стать известно еще в 2017 году». Дело передали в экономколлегию ВС, рассмотрение назначено на 20 сентября.
Партнер компании «ЮрТехКонсалт» Михаил Ясенков подчеркивает, что ключевым здесь является вопрос о сроке исковой давности, который по договорам личного страхования составляет три года.
Юрист поясняет, что с реальным исчислением срока в практике «возникают трудности». По общему правилу, право на иск возникает, когда кредитор узнал или должен был узнать о нарушении своего права. Суды часто считают таким моментом дату отказа страховщика в выплате, но «это не всегда правильно», особенно если выгодоприобретатель не соблюдал порядок и сроки обращения, отмечает юрист практики разрешения споров «Лемчик, Крупский и партнеры» Дмитрий Чаплин. После получения кредитором информации о смерти заемщика он должен уведомить страховщика в срок, указанный в договоре (по закону минимум 30 дней), отмечает партнер Pen & Paper Екатерина Токарева.
В последние годы суды стали предъявлять повышенные требования к банкам как профучастникам рынка кредитования, отмечают юристы. Теперь для взыскания страховой выплаты в связи со смертью заемщика срок давности может исчисляться с даты неоплаты гражданином очередного платежа по кредиту, уточняет госпожа Токарева. Впрочем, неизвестно, применит ли ВС эту позицию к новому кредитору, который не является банком.
Кроме того, кредитору непросто выяснить причины неплатежа, так как «он ограничен в возможностях сбора доказательств и узнает о случившемся далеко не сразу», подчеркивает господин Ясенков. Облегчили жизнь только банкам и недавно: в мае вступил в силу 438-ФЗ, который обязал налоговиков сообщать о снятии граждан с учета в связи со смертью. Собеседник “Ъ” среди банкиров говорит, что раньше эту информацию они получали из разных источников, в основном от нотариусов, ведущих наследственные дела, но сроки «могли доходить до нескольких лет».
Выгодоприобретатель «в любом случае должен вести себя добросовестно», уточняет Михаил Ясенков, поскольку затягивание с предъявлением требований «влияет на предсказуемость и стабильность гражданского оборота».
В деле с СК «Гелиос» наличие решения суда, неисполненного на протяжении нескольких лет, «должно было побудить кредитора провести проверку», считает господин Ясенков, в том числе в рамках уступки права требования. Судам же нужно «исследовать причины столь долгой неинформированности кредитора», добавляет господин Чаплин.
В вынесенных решениях о таких причинах не говорится, и если они будут признаны неуважительными, то, по мнению юристов, иск к страховщику будет отклонен. Теоретически кредитор может попытаться взыскать убытки с приставов или с наследников умершего, отмечает госпожа Токарева, но «и для таких претензий срок, вероятно, тоже закончился». Более того, наследники могут не знать о долгах умершего: они не могут сами запросить сведения, эта информация относится к банковской тайне, говорит управляющий партнер FTL Advisers Наталья Пацева. По словам юриста «БВМП» Анны Кузнецовой, наследники могут обратиться к нотариусу, который ведет наследственное дело,— он вправе получить данные из бюро кредитных историй.