Коротко

Новости

Подробно

"Наши планы никогда не базировались на расчетах"

Журнал "Коммерсантъ Власть" от , стр. 74
ФОТО: РГАКФД/РОСИНФОРМ
Хрущевские реформы продемонстрировали основной закон социализма: неуклонное повышение благосостояния советского народа на агитпроповских картинках (на фото)
       40 лет назад, в октябре 1965 года, в СССР были вновь образованы отраслевые министерства, ликвидированные семью годами раньше. О бесславном конце хрущевской административно-хозяйственной реформы рассказывает обозреватель "Власти" Евгений Жирнов.

"Без проверки ералаша не оберемся"
       Если попытаться выстроить рейтинг советских руководителей, которые хотели как лучше, а получалось как всегда, то первое место, безусловно, должен занять Хрущев. Его нововведения обрушивались на головы простых и руководящих граждан неожиданно, как снежная лавина, и нередко имели столь же разрушительные последствия.
       Как правило, все начиналось с записки первого секретаря ЦК КПСС, которую рассылали членам Президиума ЦК или более широкому кругу руководителей страны. После этого обычно следовало обсуждение.
       Так было и в конце января 1957 года, когда начали обсуждать записку Хрущева об улучшении руководства промышленностью и строительством. О причинах ее появления были осведомлены далеко не все члены высшего руководства. Только ограниченный круг знал, что дефицит бюджета, несмотря на все победные рапорты, нарастает и что для покрытия валютных расходов приходится продавать за рубеж все больше и больше золота.
ФОТО: РГАКФД/РОСИНФОРМ
Упразднение министерств позволило товарищу Хрущеву (на фото — на американской выставке в Москве) молниеносно догнать и перегнать Америку по количеству совнархозов на душу населения
       Естественно, главные проблемы Хрущев видел не в плановой системе как таковой, а в том, как выстроена эта система. Если не получается управлять экономикой из Москвы, значит, нужно отменить ведомственное подчинение предприятий и отдать их в ведение регионов. Так и ресурсы будут распределяться рациональнее, и все возникающие проблемы будут решаться быстрее. А министерства за ненадобностью ликвидировать.
       Во время серии обсуждений записки у идеи Хрущева нашлось немало сторонников из числа региональных руководителей. Первый секретарь Ленинградского обкома Фрол Козлов, например, сказал, что в Ленинграде 1380 предприятий, которыми руководят все министерства, и это создает большие трудности. Вместо того чтобы производить изделия на подходящих по профилю заводах в городе, их везут с одного предприятия министерства на другое за сотни и тысячи километров. Ему вторил секретарь Московского обкома Иван Капитонов, указавший, что в столице три специализированных литейных завода и 500 маленьких литеек, мощности которых не используются полностью из-за несогласованности ведомств. Но главный интерес регионов точнее всех обозначил первый секретарь узбекского ЦК Нуритдин Мухитдинов, заметивший, что промышленность республики дает продукции на 22 млрд рублей, а в республиканском бюджете остается только два и что из-за отсутствия средств "пять лет пытались составить план по труду, экономике, энергетике — не смогли".
       Противоположного мнения придерживались представители центральной власти. Первый зампред Совмина СССР Михаил Первухин, к примеру, говорил: "Что такое министерства? Это крупные фирмы. Преимущество есть — и в концентрации, и в централизации, и в специализации. Этот плюс теряем при территориальном управлении. Есть отрасли хозяйства, которые не могут быть разъединены... Железные дороги нельзя делить. Военную промышленность нельзя делить". Молотов предлагал не торопиться с ликвидацией министерств, но создать на местах органы руководства промышленностью. А Ворошилов увидел в децентрализации управления промышленностью попытку раздробить единое государство. Он просил "не торопиться, высококвалифицированным практикам поручить разработать вопрос... Без проверки ералаша не оберемся".
       
"А вы сидите, как сурок, и о демократии говорите"
ФОТО: РГАКФД/РОСИНФОРМ
Становление совнархозов сопровождалось быстрым переходом от диалектического единства (на фото вверху: слева — противник реформ товарищ Ворошилов, справа — сторонник реформ товарищ Козлов) ...
       Однако только мнение самого Хрущева в подобных случаях имело решающее значение. И, естественно, на его сторону легко переходили те, кого обсуждавшиеся меры непосредственно не затрагивали. Главный идеолог партии Михаил Суслов, например, объявил, что выбрано правильное направление — в духе решений XX съезда. И на состоявшейся вскоре сессии Верховного совета СССР постановление о ликвидации министерств было принято единогласно. На местах создали советы народного хозяйства — совнархозы. Министерства преобразовали в комитеты с функцией технического контроля над предприятиями, а главным органом управления помимо правительства стал Госплан.
       "Мы сейчас провели величайшую реорганизацию,— объявил на встрече с интеллигенцией в мае 1957 года Хрущев.— Я считаю, что мы ее уже решили и провели... Я говорил, что теперь будет 92 совнархоза. Видимо, будет больше, потому что после сессии мы собрались, покритиковали, выяснилось, что в Казахстане не один совнархоз, а пять-семь надо иметь. Это будет разумнее. Вы посмотрите, у нас сто каналов, по которым будут решаться эти вопросы. Какая инициатива будет поднята и использована для развития нашего хозяйства! Если мы по целине пошли и добились больших результатов, то, конечно, наше решение по промышленности ни в какой мере не может быть сравнено с вопросом, решенным по целине. Это во много раз больше и сильнее скажется, а вы сидите, как сурок, и о демократии говорите".
ФОТО: РГАКФД/РОСИНФОРМ
... к борьбе противоположностей (на фото — секретарь МГК КПСС товарищ Фурцева, приобретшая контроль над всеми московскими предприятиями, на фото внизу справа — товарищ Устинов, потерявший расформированное Министерство оборонной промышленности)
       Но гладко было только на бумаге. Как говорил мне один из бывших сотрудников отдела плановых и финансовых органов ЦК, после любой реформы в стране наблюдалось оживление производства, но вскоре неизбежно наступал спад и рост цен.
       А работавший в то время первым секретарем Донецкого обкома, а затем председателем Совмина Украины Иван Казанец рассказывал мне: "Республики были рады введению совнархозов, потому что они давали нам право самим решать все оперативные вопросы. Планы утверждали в союзном Госплане, в правительстве, но все распределение материальных ресурсов было теперь внутри республики. Но не каждая республика смогла организовать работу совнархозов. На Украине это пошло хорошо потому, что и до этой реформы у нас были республиканские министерства, подчинявшиеся союзным. Так что опыт самостоятельного управления промышленностью у нас был. А вот в Средней Азии крупные промышленные предприятия подчинялись напрямую союзным министерствам, да и предприятий этих было немного. Плохо пошло дело с совнархозами и в Российской Федерации. Она для такого способа управления была слишком крупной, а ее области были очень разными по уровню промышленного развития".
       Более или менее успешными оказались только совнархозы в крупных промышленных областях.
       "Как работал Донецкий совнархоз? — вспоминал Казанец.— Допустим, ведется большая стройка. Например, прокатный стан на 3 млн тонн стального листа. Раз в десять дней я, первый секретарь обкома, с председателем совнархоза выезжали на стройку. Мы заслушивали начальника строительства, руководителя комбината, что сделано за десять дней, выполнен ли график работ, есть ли какие-то вопросы. И, как правило, все вопросы мы тут же решали, потому что вся промышленность в области, транспорт, деньги, материальные ресурсы, люди были у нас в руках. Если чего-то не хватало, то мы могли позвонить в другой совнархоз и быстро договориться о помощи. Поэтому все объекты мы сдавали вовремя. Поэтому у нас редко возникали вопросы к союзному правительству. Это нам звонили из Москвы и спрашивали, не нужно ли чем-то помочь".
       
"Не надо спешить с исполнением этого постановления"
ФОТО: РГАКФД/РОСИНФОРМ
       Главным средством борьбы со слабостью совнархозов избрали их укрупнение — несколько областей или даже небольших республик объединяли под общим управлением.
       "У нас на Украине,— рассказывал Казанец,— сначала сделали 23 совнархоза на 25 областей. Потом увидели, что многие мелкие работать не способны, и сделали 13. А когда я стал председателем Совмина республики, сделали семь совнархозов. Донецкий совнархоз, например, объединили с Луганским, и весь Донбасс оказался под единым руководством. В Днепропетровский совнархоз вошли Кировоградская и Полтавская области. Кому-то из первых секретарей обкомов не нравилось, что их переподчинили. А надо было работать лучше! В Средней Азии республики объединили в два, кажется, совнархоза. Конечно, первым секретарям республиканских ЦК, председателям Совминов республик было обидно, что между ними и Москвой появилась новая инстанция".
       Узбекский первый секретарь Шараф Рашидов, правда, благодарил старших товарищей за такое мудрое решение. Но когда об этом сообщили на Президиуме ЦК, Анастас Микоян заметил: "Думаешь, это искренне?"
       Со временем совнархозы обнаружили и другую слабую сторону: местные руководители перестали прислушиваться к рекомендациям из Москвы. Особо сложной задачей стало внедрение в производство новой техники. Совнархозы делали только то, на что выдавал материальные ресурсы и деньги Госплан, а все новшества считали ненужной помехой производству.
ФОТО: РГАКФД/РОСИНФОРМ
Дорогой товарищ Брежнев (на фото) с чувством глубокого удовлетворения поддержал решения партии о совершенствовании методов управления социалистической экономикой в 1957 году и вместе с товарищем Косыгиным (внизу) преодолел последствия волюнтаризма в народном хозяйстве в 1965-м
       "В чем недостатки наших планов? — спрашивал на совещании в ЦК КПСС председатель Госкомитета по автоматизации и машиностроению Анатолий Костоусов в январе 1963 года.— Откровенно говоря, эти планы никогда не базировались на расчетах, на работе научно-исследовательских организаций. Расчеты оставались сами по себе, а о планировании говорили на пленуме. Превалировал валовой подход, определялись тонны, говорилось о достаточном уровне количества. А какое количество — этого никто не хотел знать, это никого не интересует".
       Хрущев вновь попытался решить проблему с помощью структурных преобразований. Он решил переименовать Госплан в Совнархоз СССР, а комитеты, оставшиеся после ликвидации министерств,— в "госкомитеты на правах министерств". Но прежних министерских полномочий новые госкомитеты все равно не получили, и эффект от очередной перетряски был минимальным. Опять был микроскопический подъем, а уже в мае 1963 года в ЦК рассматривали вопрос "о массовых случаях завышения цен в розничной сети государственной и кооперативной торговли". А в ноябре плановики констатировали невыполнение государственного плана по множеству показателей.
       Наступило то, что называется усталостью от реформ. Хрущев продолжал считать, что все можно исправить административными мерами. При этом он перестал прислушиваться к советам руководителей с мест. А они, соответственно, перестали исполнять указания из Москвы. О том, как это происходило, вспоминал Иван Казанец:
ФОТО: РОСИНФОРМ
       "В селах каждой семье нарезали за домами огород по 25-30 соток. А в некоторых селах, особенно в пригородных, многие жители не были членами колхозов. Хрущев приехал к нам в Киев и сказал, что у тех, кто не состоит в колхозе, эти огороды надо урезать до 10 соток. Я выступил. Начал рассказывать Хрущеву, что обработать отобранную землю будет невозможно. Колхоз эти кусочки по 20 соток трактором не обработает, да и в колхозах не хватает людей, чтобы обработать те земли, что у них сейчас есть. Значит, расти на этой земле будет бурьян, а города лишатся зелени и овощей. Учителя и врачи сельские — они ведь тоже не члены колхозов — останутся без продуктов на зиму. И все равно это постановление вышло.
       Я получил на это постановление за месяц 16 тыс. писем, и во всех в один голос: 'Что вы наделали!' Мы договорились с первым секретарем нашего ЦК Подгорным обзвонить секретарей райкомов (хотя часть из них получила постановление и дров уже нарубила) и сказать, что не надо спешить с исполнением этого постановления. Подгорный мне говорит: 'Вызови прокурора, и пусть он выступит в "Правде Украины" и придумает объяснение, как правильно понимать это постановление'. Прокурор все сделал, и сельские власти не стали торопиться. А через год про исполнение этого постановления у нас уже никто и не спрашивал".
       
"Он всю жизнь министром работал, и ему так привычнее"
ФОТО: РГАКФД/РОСИНФОРМ
После того как Политбюро ЦК КПСС (на фото) свернуло косыгинские реформы, для советского народа (внизу) наступила эпоха развитого социализма
       После смещения Хрущева дни совнархозов были сочтены. Правда, не все этому были рады.
       "У меня произошел такой разговор с Брежневым,— вспоминал Казанец.— Дело было в Крыму. Там у нас было в лесу пять небольших трехкомнатных домиков для отдыха нашего руководства и руководителей братских компартий. Он мне позвонил и говорит: 'Приезжай ко мне, поохотимся. И есть вопрос, поговорим'. Я собрался и приехал. Сходили на охоту, но не сделали ни одного выстрела, ни единого оленя нам не попалось. Потом ужин. Был Брежнев, Устинов (он тогда был председателем Высшего совета народного хозяйства) и брат Брежнева Яков. Леонид Ильич говорит: 'Я хотел бы посоветоваться. Как ваше мнение — мы хотим ликвидировать совнархозы и возвратиться к министерствам? Центру очень трудно руководить совнархозами, и совнархозы плохо работают, принимают серьезные решения без разрешения правительства'.
ФОТО: РГАКФД/РОСИНФОРМ
       Я ему сказал, что у нас таких проблем не возникало, этот вопрос для меня новый, но лично я против этого. Брежнев говорит: 'Это в Донецкой области и других крупных промышленных центрах совнархозы прижились. А в других областях получается отрыв от центра, считают себя полными хозяевами, а большинство строек проваливают и решения правительства не выполняют'. Я говорю: 'Так давайте там и решать эти вопросы. Пусть сделают укрупнение'. Рассказал, как это делали мы. Брежнев не перебивал меня, а потом говорит: 'А вот Устинов за возврат министерств'. Я говорю: 'Конечно, Дмитрий Федорович — еще довоенный нарком. Он всю жизнь министром работал, и ему так привычнее'. На этом мы и закончили. Потом в Москве прошел пленум по новой реорганизации и возврату к министерствам. Потом была сессия Верховного совета СССР. Я на ней выступал, высказывал свое мнение. Но решение было принято в пользу министерств. После этого вышло решение о назначении меня министром черной металлургии СССР. Приехал, через два-три дня разработал структуру министерства, подобрал кандидатуры на должности заместителей, начальников главков и начал организовывать министерство".
       Воссоздание министерств было не единственной целью новой реформы. Ее автор председатель Совмина СССР Алексей Косыгин пытался объединить централизованное управление с самостоятельностью на местах в другой форме — переведя предприятия на хозрасчет. Им, в частности, разрешалось направлять часть прибыли в фонд развития и в фонд материального стимулирования сотрудников. А дальше все было как всегда. Сначала товарищи Косыгина по руководству СССР предложили сделать самостоятельными только небольшую часть предприятий — в порядке эксперимента. И вновь реформа дала всплеск роста производства. На хозрасчетных предприятиях выросла зарплата, к уровню которой начали подтягиваться и на остальных заводах, фабриках и в НИИ. При этом ни продуктов, ни товаров в магазинах больше не стало. Хронический дефицит всего и вся обострился, начался рост цен на рынках, а вслед за ним в госторговле и общепите. И очередную реформу от греха подальше решили прикрыть.
       
ПРИ СОДЕЙСТВИИ ИЗДАТЕЛЬСТВА ВАГРИУС "ВЛАСТЬ" ПРЕДСТАВЛЯЕТ СЕРИЮ ИСТОРИЧЕСКИХ МАТЕРИАЛОВ
       
Комментарии
Профиль пользователя