Самодержавие бюрократии

ФОТО: РГАКФД\РОСИНФОРМ
В 1905 году либеральная общественность вышла на борьбу с самодержавием нестройными рядами
       100 лет назад, 9 (22) января 1905 года, войска расстреляли рабочую демонстрацию в Санкт-Петербурге. Этот день принято считать началом первой русской революции. Однако Кровавое воскресенье было лишь эпизодом в борьбе олигархов того времени с высшей бюрократией, не желавшей поступиться властью. Перипетии этой тайной войны исследовал обозреватель "Власти" Евгений Жирнов.

Первая русская революция началась настолько неожиданно, что были удивлены даже главные должностные лица Российской империи. Вечером накануне похода рабочих к Зимнему дворцу собравшиеся на совещании в Министерстве внутренних дел высокопоставленные чиновники разных ведомств были убеждены в том, что ничего особенного на следующий день не произойдет.
       Все считали, что намеченную демонстрацию ловко лишили самого главного — цели. Пролетарии собирались вручить царю-батюшке петицию с жалобой на притеснения промышленников, но император покинул столицу. И полиция должна была оповестить об этом рабочих. Наиболее информированные чины к тому же знали, насколько сильна в рабочей среде агентура политического сыска, и вряд ли сомневались в том, что рабочих удастся разагитировать. Ведь один из основных организаторов шествия, священник Георгий Гапон, создал Собрание фабрично-заводских рабочих Санкт-Петербурга на деньги полиции. И на ее средства вел работу.
ФОТО: РГАКФД\РОСИНФОРМ
Враги престола начинали революцию в расчете на то, что шапка Мономаха Николаю II слишком велика
Именно поэтому запрет демонстрантам идти к Зимнему дворцу смотрелся как простая формальность, а присутствие на улицах войск выглядело лишь как предупреждение для непокорных. Однако утром многотысячные толпы двинулись к Дворцовой площади, а вскоре раздались выстрелы.
       Правящая элита страны оказалась в крайне затруднительном положении. В глазах мировой общественности расстрел тысяч мирных демонстрантов в центре столицы, называвшей себя европейской, был чисто азиатским варварством. Не меньшая волна возмущения, выливавшаяся в открытые протесты, покатилась и по России. Чего и добивались закулисные режиссеры этих событий.
       
Каста господ
       Наибольший политический урон в результате Кровавого воскресенья понес Николай II. Слабый и безвольный самодержец изобрел собственную формулу принятия решений — "решать по совести". И события 9 января, когда все произошло против совести, надолго выбили его из колеи. Он даже пригласил к себе наспех собранную полицией делегацию рабочих. Но разговора не получилось — во дворце пролетариев заинтересовали только бутерброды, что еще больше расстроило императора.
       Но все же главной целью был отнюдь не царь и даже не его "правительство помещиков", как с легкой руки отечественных либералов начала XX века именовалось русское императорское правительство. Отчасти это определение было верным, поскольку среди министров были и те, кому принадлежали немалые земельные угодья. Однако правил страной не монарх и не узкий круг приближенных к нему особ. В царской России, как и теперь, вся полнота власти принадлежала государственному аппарату. Но в отличие от нашего времени аппарат отнюдь не был безликой массой.
ФОТО: РГАКФД\РОСИНФОРМ
       В 1905 году правительство быстро взяло революционную ситуацию под контроль от Москвы до самых до окраин
      
История типичного высокопоставленного чиновника времен заката Российской империи была достаточно стандартной. Он отнюдь не обязательно был выходцем из аристократии. Однако обязан был иметь заслуженных родных, чтобы быть принятым в Александровский лицей — куда в отличие от одного из первых лицеистов, Пушкина, большинство юношей поступало ради дальнейшей блестящей служебной карьеры. Значение лицея в государстве было таково, что его столетие в 1912 году превратилось в череду торжественных мероприятий, в которых участвовал император и двор. А в мемуарах высокопоставленных чиновников той эпохи то и дело встречаются упоминания о том, что дело сладилось потому, что мы оба с имяреком учились в Александровском лицее и с тех пор были хорошими товарищами.
       Высшее образование отнюдь не прибавляло шансов на получение искомой должности, поскольку университеты не без основания считались в правящих кругах рассадниками либерализма и нигилизма. Сдав экзамены и будучи зачислен на службу, молодой чиновник проходил ступени служебной карьеры, обучаясь всем чиновничьим премудростям — писанию бумаг, правильному их докладу и т. д. При этом отношение к тем, в чьи способности поверили начальники, было абсолютно благожелательным. Бывший премьер-министр Владимир Коковцов вспоминал, что в начале его карьеры после каждого удачного доклада или хорошо написанного им документа его начальники, не чинясь, подходили к нему и обязательно говорили хотя бы несколько одобрительных слов.
       Сплоченность чиновничьего сословия цементировалась не только особыми отношениями, но и положенными им льготами. Заработки аппаратчиков не шли ни в какое сравнение с доходами купцов, промышленников и даже наемных управляющих крупных предприятий. Последние могли зарабатывать и 50 тысяч рублей в год, тогда как начальник департамента в министерстве — около 10 тысяч. (Конечно, это не шло ни в какое сравнение с заработком квалифицированного рабочего, получавшего не более четверти тысячи в год, или больничного врача, чей годовой доход колебался в пределах 600-1000 рублей.) Чиновники нередко получали и доплату из особого фонда, а при выходе в отставку — значительную пенсию, иногда в половину прежнего оклада. Высокопоставленные чины, уходя на покой, могли удостоиться еще и своеобразного выходного пособия за то, что отдавали силы службе и не занимались коммерцией,— в размере 100-200 тысяч рублей.
ФОТО: РГАКФД\РОСИНФОРМ
Но главной привилегией чиновников была, безусловно, власть. Например, важнейший в то время для экономики вопрос о тарифах на железнодорожные перевозки решался весьма своеобразно. В то время как за рубежами России резко упали цены на нефть, правительство увеличило тарифы на ее перевозку к морским портам и едва не убило большую часть нефтедобывающих обществ.
       Не меньше страдали от произвола властей и главные олигархи того времени — текстильные фабриканты. Им очень хотелось отвоевать у японцев перспективный китайский рынок ситца. Но его зондирование натолкнулось на неожиданное препятствие. Отправлять в Китай большие партии тканей малой скоростью в товарных вагонах по приемлемым расценкам было рискованно — вдруг товар не пойдет. А быстрая перевозка малых объемов в багажных вагонах пассажирских поездов стоила так дорого, что делала русские ткани неконкурентоспособными. Олигархи смогли решить эту проблему лишь через несколько лет после ее возникновения, воспользовавшись приездом в Москву министра финансов.
       Естественно, что их подобное положение дел не устраивало. Новой финансово-промышленной элите остро были нужны свои люди во власти. А спрос, как известно, рождает предложение.
       
ФОТО: РГАКФД\РОСИНФОРМ
       Две недели, которые председатель Комитета министров Витте (третий справа во втором ряду) провел в Портсмуте во главе российской делегации на переговорах с Японией, принесли ему титул графа и прозвище Полусахалинский
      
Революция олигархов
       Своим среди чужих и чужим среди своих Сергей Витте был по рождению. Его отец, чиновник средней руки, получил потомственное дворянство лишь в середине XIX века. А мать принадлежала к старинной аристократической семье. Получив блестящее воспитание, Витте окончил Новороссийский университет и даже написал диссертацию по математике. Но из-за отсутствия средств был вынужден бросить науку и устроиться билетным кассиром на железную дорогу.
       Дороги в то время, как правило, строились различными обществами на концессионной основе. Государство разрешало инвесторам построить дорогу и оговоренное время получать доход от ее эксплуатации, после чего компания становилась казенной и акционеры либо получали ее стоимость, либо им продолжали выплачивать прежние ежегодные доходы еще какое-то количество лет.
       Юго-Западные железные дороги, где делал карьеру Витте, были в тот момент частным предприятием, и их переход под крыло государства был еще отдаленной перспективой. Служащего, проявившего незаурядный дар в изыскании новых доходов, скоро заметили, и через 15 лет он стал топ-менеджером — управляющим всей Юго-Западной дорогой. Здесь он прославился не только как талантливый управленец, но и как нечистый на руку делец. Он разорял конкурентов, заключая негласные договоры с иностранными железными дорогами о согласованных тарифах, раздавал, а возможно, и получал взятки и даже успел побывать под судом.
ФОТО: РГАКФД\РОСИНФОРМ
       Приход долгожданной свободы благодарные подданные отметили стихийными проявлениями любви к своему государю
      
Как гласила легенда, распространявшаяся не без участия самого Витте, его переход на государственную службу был связан с крушением царского поезда в Борках (см. "Власть" #41 за 2003 год). Витте был единственным из руководителей дорог, который, несмотря на нажим со стороны чиновников, всегда запрещал царскому поезду превышать установленную скорость. И, поскольку ввиду такой твердости на его дороге крушения случиться не могло, император Александр III решил назначить его начальником департамента железных дорог Министерства финансов. Витте не очень хотелось терять заработок в частной компании. Но когда император к окладу в 8 тысяч рублей в год предложил "аренду" — доплату от себя лично в том же объеме, Витте пришлось согласиться.
       Человека, менее вписывающегося в касту чиновников, было трудно себе представить: не прошедший всей школы аппаратной выучки, в нарушение всех правил получивший звание действительного статского советника, выпускник университета, якшающийся с либералами, и, наконец, человек с подмоченной репутацией — прежде судимый.
       И все же это не помешало императору продвигать его по службе. Витте становится министром путей сообщения, а затем возглавляет Министерство финансов. Он укрепил рубль и ввел государственную монополию на производство водки, что нормализовало всю денежную систему страны и позволило некоторым современникам называть его финансовым гением.
       Однако проблема заключалась в том, что Витте продолжал оставаться чужим среди своих. Госаппарат не принял его манеры работать и умопомрачительного властолюбия, только усилившегося, когда после смерти Александра III в 1894 году на престол взошел Николай II, которого даже доброжелатели называли бледной копией отца. Опираясь на олигархов и часть чиновничества, не принадлежащего к высшей касте, Витте мог перераспределить власть в свою пользу. Тем более что император сам предоставил ему для этого все возможности.
       
ФОТО: РГАКФД\РОСИНФОРМ
     В апреле 1906 года император Николай навсегда отказался от услуг графа Витте. Новым председателем Совета министров был назначен Иван Горемыкин, а в правительстве появился молодой министр внутренних дел — бывший саратовский губернатор Петр Столыпин
       
Война премьер-министра
       Лучший способ расшатать трон под любым властителем — неудачная война. А Витте даже не пришлось трудиться над ее организацией. Во второй половине XIX века шел активный раздел сфер влияния на Дальнем Востоке. Не имея сил и средств для освоения собственных территорий за Уралом, Россия пыталась застолбить себе участки ослабевшего Китая и начала проникновения в Корею, которую Япония рассматривала как зону своих интересов. Но самое любопытное заключалось в том, что император принял участие в этой необдуманной, мягко говоря, акции личными средствами.
       После того как русский купец Бринер получил в районе корейских рек Тумень и Ялу территории для заготовки леса, все права у него в 1899 году выкупила группа сановников, причем часть средств была вложена лично Николаем II. Недовольство японцев нарастало, но работа русской концессии в Корее не прекращалась. Мало того, главой комиссии по эксплуатации концессии на Ялу стал великий князь Александр Михайлович. А для охраны концессии был выделен казачий полк.
       Недовольство японцев зашло так далеко, что конфликт попытался разрешить один из самых высокопоставленных чиновников Страны восходящего солнца — князь Ито, в 1902 году приехавший в Петербург. Он предлагал договориться и заключить русско-японский договор о дружбе. Однако Витте фактически сорвал переговоры, поручив, как утверждают авторы многих мемуаров, в частности Владимир Коковцов, министру иностранных дел Ламсдорфу ответить отказом на все японские предложения. Ито не встретил понимания и в Германии, которую пытался уговорить повлиять на Россию. Но зато он нашел партнеров в Англии, готовых вместе с Японией изгнать Россию с Дальнего Востока. Война стала неминуема.
ФОТО: РГАКФД\РОСИНФОРМ
А Витте тем временем стал консолидировать оппозицию — либеральную общественность и промышленников. Как писал в дневнике военный министр, а затем главнокомандующий в войне с Японией генерал Куропаткин, министр внутренних дел Вячеслав Плеве докладывал императору, что Витте красный и что "все недовольные элементы в своей противоправительственной работе находят поддержку и опору в Витте". Плеве докладывал Николаю II и о нелицеприятных высказываниях председателя комитета министров об императоре.
       В июле 1904 года Плеве (а в его лице — верхушка госаппарата) собрался поставить вопрос о Витте ребром. Сам председатель кабинета утверждал потом в мемуарах, что речь шла о его высылке за границу. Но по странному совпадению в тот момент, когда Плеве ехал на высочайший доклад по этому поводу, он был убит эсерами-террористами.
       Как оказалось затем, в портфеле Плеве были только две выписки из перехваченных писем, где говорилось, что "Витте состоит в самом тесном общении с русскими и заграничными революционными кругами и чуть ли не руководит ими".
       О причастности Витте к устранению Плеве, конечно, ничего нельзя утверждать определенно. Известно, однако, что в тайной полиции у Витте было немало сторонников, как и то, что глава боевой организации эсеров Евно Азеф был платным агентом охранки.
ФОТО: РГАКФД\РОСИНФОРМ
       Перед первой мировой войной Витте пытался вернуть благосклонность царской семьи с помощью Григория Распутина. Но тот, как вспоминают современники, неизменно отвечал, что "Папа с Мамой Витю не любят"
Война с Японией шла все менее успешно. Недовольство росло. Вероятно, в конце 1904 года Витте решил, что настал удобный момент, чтобы заставить императора уступить. Но для этого Николай II должен был оказаться в безвыходном положении. Судя по всему, события 9 января 1905 года соответствовали планам председателя правительства как нельзя лучше.
       За день до Кровавого воскресенья к Витте приходила делегация питерской интеллигенции и просила его как председателя кабинета дать указание МВД отозвать с улиц войска и дать народу пройти к Зимнему дворцу. Витте ничего не стоило связаться со своим протеже Святополком-Мирским, который возглавил МВД после смерти Плеве. Но он отказался вмешиваться и ответил просителям, что не может отдавать приказы министрам. А охранка и ее агенты вопреки договоренности на совещании в МВД 8 января, к выгоде Витте, не отговорили пролетариев от участия в демонстрации. Итог известен — сотни погибших и раненых.
       После Кровавого воскресенья Витте хотел взять инициативу в свои руки. Он пытался организовать созыв Земского собора, который должен был решить судьбу страны, видимо, посредством преобразования ее строя в конституционную монархию. Сам Витте видел себя председательствующим на соборе. Однако летом 1905 года царь отправил его подальше от столицы — вести с японцами переговоры о мире. А в апреле 1906 года уволил в отставку.
       После этого Витте пришлось уехать в Париж, где он развивал идею о замене Николая II на троне его братом Михаилом, который был дружен с Витте. Для этого требовалась самая малость — убить царя. О том, что Витте по меньшей мере обдумывал такую возможность, говорит в своих воспоминаниях Алексей Лопухин, бывший директор департамента полиции. Но ни чины полиции, ни подведомственные им революционеры-боевики, надо полагать, не стали рисковать и участвовать в заговоре.
ФОТО: РГАКФД\РОСИНФОРМ
Георгий Гапон стал одной из последних жертв первой русской революции
Давним союзникам Витте, олигархам, также было невыгодно убийство царя. Он подписал манифест 17 октября, даровал свободы и Думу. Власть можно было взять парламентским путем, ведь баррикады, пожары и погромы наносили промышленникам немалый урон.
       А олигархическая революция едва не удалась. В 1906 году приближенные императора из чинов полиции предложили ему сформировать правительство из политиков-оппозиционеров. Николай II почти согласился. Но доводы госаппарата, что обратной дороги уже не будет и самодержавие не удастся восстановить никогда, оказались сильнее.
       Ждать реванша промышленникам пришлось до февраля 1917 года. Но их опытом борьбы за власть воспользовались совершенно не совпадающие с ними во взглядах люди.
       
       ПРИ СОДЕЙСТВИИ ИЗДАТЕЛЬСТВА ВАГРИУС "ВЛАСТЬ" ПУБЛИКУЕТ СЕРИЮ ИСТОРИЧЕСКИХ МАТЕРИАЛОВ В РУБРИКЕ АРХИВ
       

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...