Полиция возместит ущерб

Депутат добился компенсации морального вреда с ГУ МВД по Самарской области

Октябрьский районный суд Самары частично удовлетворил иск депутата Госдумы Михаила Матвеева к ГУ МВД по региону о компенсации морального вреда и судебных расходов за незаконное возбуждение административного производства. Суд взыскал с полиции 35 тыс. руб. судебных расходов и 50 тыс. руб. компенсации морального вреда. В иске парламентарий требовал возмещения морального вреда в размере 1 млн руб. за обвинение в распространении фейка о COVID19. Речь идет о посте депутата по поводу заболевшей коронавирусом сотрудницы полиции, который он разместил в Twitter весной 2020 года. Эксперты считают, что представители ГУ МВД по Самарской области попытаются обжаловать решение ­суда.

Фото: Юрий Стрелец, Коммерсантъ

Фото: Юрий Стрелец, Коммерсантъ

Октябрьский районный суд Самары частично удовлетворил иск депутата Госдумы Михаила Матвеева к ГУ МВД по региону о компенсации морального вреда и судебных расходов за незаконное возбуждение административного производства. Суд взыскал с полиции 35 тыс. руб. судебных расходов и 50 тыс. руб. компенсации морального вреда. Об этом депутат сообщил в своем Telegram-канале.

Михаил Матвеев в беседе с «Ъ» пояснил, что суд признал незаконным административное производство в отношении него: «Размер компенсации морального вреда суд уменьшил до 50 тыс. руб., но все равно это считается большой суммой в судебной практике Самарской области. Я не буду подавать апелляцию, важен сам факт справедливости. Помотали мне нервы. Со стороны полиции применялись разные методы продвижения административного дела, которые доставляли дополнительное нервное напряжение. Например, мне направляли СМС о том, что, если я не явлюсь на опрос, то в отношении меня будет осуществлен привод. На суде были представлены документы из медучреждений, подтверждающие обращение к врачам в период административного преследования. Полиция начала с попытки возбудить уголовное дело, и когда не удалось, они все это переквалифицировали в административное дело и пошли в суд. Если бы тогда удалось довести это дело до уголовного, то меня бы лишили возможности участвовать в выборах в Госдуму. Поэтому по делу работали три адвоката».

В ГУ МВД по Самарской области комментировать ситуацию не стали.

Михаил Матвеев обратился в суд в начале года и потребовал компенсации морального ущерба в размере 1 млн руб. за «незаконное обвинение в распространении фейка о коронавирусе». Полиция пыталась возбудить в отношении депутата уголовное дело после его поста в Twitter о коронавирусе весной 2020 года. Господин Матвеев рассказал «Ъ», что тогда в соцсети к нему обратился представитель МВД насчет сотрудницы полиции, которая приехала из Таиланда и не ушла на самоизоляцию, а вышла на работу. Через некоторое время у нее диагностировали COVID19. В комментарии к данному обращению депутат потребовал от регионального ГУ МВД и оперштаба по борьбе с коронавирусом провести проверку.

После этого, по словам парламентария, сотрудница полиции написала заявление в отношении него о проверке по статье УК РФ «Нарушение неприкосновенности частной жизни». При этом, как уточнял Михаил Матвеев, в комментарии было указано, что данное сообщение официально не подтверждено. В СУ СК по Самарской области тогда не нашли оснований для возбуждения уголовного дела. Тогда депутата попытались привлечь к административной ответственности за «якобы распространение им фейка о заболевшей коронавирусом сотруднице полиции». Разбирательство дошло до суда. Районный и областной суды отказали в привлечении Михаила Матвеева к административной ответственности, поскольку информация парламентария подтвердилась, его преследование признали незаконным.

Как отмечает руководитель практики уголовного и административного права «Амулекс.ру» Любовь Шебанова, в целом право на компенсацию материального ущерба и морального вреда, причиненных неправомерными действиями должностных лиц правоохранительных органов, предусмотрено законом: «Поэтому при наличии оснований, например, прекращения производства в связи с отсутствием состава правонарушения или недоказанностью вины, „оправданный“ может претендовать и на возмещение понесенных им расходов, и на компенсацию морального вреда, соразмерность которого устанавливается ­судом».

«Исходя из общих оснований, решение нельзя признать несправедливым. Аналогичные иски удовлетворяются часто при условии доказанности наступления вреда необоснованным привлечением к ответственности или незаконными мерами, принятыми в рамках производства по делу об административном правонарушении. Однако размеры заявленных требований, как правило, судами значительно снижаются. Насколько удовлетворенная сумма морального вреда соответствует перенесенным истцом нравственным страданиям в этой ситуации, можно будет понять, ознакомившись с вынесенным решением»,— говорит Любовь Шебанова.

Эксперт полагает, что ответчики вероятнее всего реализуют свое право на обжалование. По словам госпожи Шебановой, в текущий момент суммы компенсации морального вреда по таким же категориям дел обычно гораздо ниже: «Но у нас не прецедентное право и каждый случай уникален. Просто хотелось бы видеть больше таких решений в отношении рядовых ­граждан».

Ранее под пристальное внимание силовиков попала другая публикация господина Матвеева в Twitter — о неподтвердившейся информации про заболевание коронавирусом в Новокуйбышевске. Правоохранительные органы проверяли публикацию по статье УК РФ «Клевета о том, что лицо страдает заболеванием, представляющим опасность для окружающих…». В марте 2020 года депутат опубликовал в Twitter сообщение: «Семья из шести человек вернулась 15 марта в Новокуйбышевск из Европы. В течение недели звонили на „горячую линию“, чтобы их обследовали. Через семь дней только добились: подтвердилась КВИ». Следом за этим сообщением в одной ветке Михаил Матвеев писал: «Официальная информация только в оперативном штабе. Я в данном случае пересказываю информацию, прозвучавшую на совете думы». На следующий день парламентарий в Twitter сообщил, что информация о заболевших COVID19 не подтвердилась.

Следственный комитет отказал в возбуждении уголовного дела и по этому факту. Как и в истории с сотрудницей полиции, дело было переведено в административную плоскость по ч. 9 ст. 13.15 ­КоАПРФ. Октябрьский районный суд присудил депутату штраф в размере 45 тыс. руб. Областной суд оставил это решение в силе. Тогда в беседе с «Ъ» парламентарий отмечал, что считает обе истории политическим заказом.

Ани Айвазян

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...