В гостях у «Улисса»

$
83.62
€
93.72
IMOEX
2450.46
¥
12.46

Как в Ирландии отметили 100-летний юбилей культовой книги Джеймса Джойса

Сто лет назад, 2 февраля 1922 года, в жизни Джеймса Джойса произошло два события: ему исполнилось 40 лет, а в Париже была опубликована его книга, изменившая литературу XX века,— «Улисс». По юбилейному Дублину с великой книгой в ноутбуке прогулялся обозреватель «Ъ» Алексей Алексеев.

Нора Барнакл (слева), Джеймс Джойс (в центре) и их поверенный в Лондоне в день их свадьбы, 4 июля 1931 года, 1931 год

Прибытие торта

В половине десятого утра одетый в яркую униформу рабочий железнодорожной станции Сэндикоув и Гластхуле (похожий то ли на растолстевшего Брюса Ли, то ли на похудевшего борца сумо, если кому это интересно) мог наблюдать необычное зрелище.

На платформе, на которую прибывают электрички северного направления, идущие в Дублин, стали появляться странно одетые люди. Например, средних лет джентльмен в старомодном костюме и кепке, но при этом в современных кроссовках. Рядом с ним на раскладном столике стоял голубой торт в форме книги с белыми буквами на обложке. Рядом с джентльменом и тортом — молодая девушка в униформе сотрудницы ресторана, на голове — мужская летняя соломенная шляпа. Девушка держала за руль велосипед с устланной соломой корзинкой для покупок над передним колесом. В корзине лежал сверток, на нем надпись: «Горгонзола». Пожилой джентльмен в костюме, который вышел из моды задолго до того, как его хозяин был молодым, и в котелке. Три дамы в старинных одеждах, наброшенных на плечи платках и шляпках с перьями и цветами. Самой главной, судя по крупной нагрудной цепи золотого цвета, была женщина в современной одежде.

Все эти люди были без медицинских масок. Как в старые добрые допандемийные времена. На каждого человека в старинной одежде приходилось по фотографу. Фотографы беспрерывно щелкали своими «Никонами», командовали, куда кому встать и почему-то просили сказать не «сы-ы-ыр», а «Джо-о-ойс».

Когда пришла электричка, женщина с золотой цепью зашла в нее, после чего под щелканье фотоаппаратов сразу же вышла — как будто только что приехала и привезла торт.

После этого вся компания направилась в город, а железнодорожный рабочий занялся своими делами.

Жители Сэндикоува с полным основанием считают Джеймса Джойса земляком. В этой башне Мартелло автор «Улисса» жил с 9 по 14 сентября 1904 года

Процессия с тортом направлялась в башню Мартелло. Туда, где начинается действие «Улисса». Башня Мартелло — фортификационное сооружение, построенное для защиты от войск Наполеона, за 100 лет до Дня Блума. В книге в башне в Сэндикоуве живут трое персонажей — «сановитый, жирный» Бык Маллиган, Стивен Дедал и Хейнс. Сейчас башня называется Башней Джеймса Джойса, она превращена в музей, который из-за пандемии временно закрыт, но 2 февраля 2022 года в виде исключения открылся для ограниченного числа посетителей — 80 человек.

По дороге к башне сделали остановку — у ресторана Cavistons Food Emporium (девушка с велосипедом была в униформе этого ресторана). Как можно было пройти мимо написанной мелом на стоящей перед заведением грифельной доске вот такой цитаты: «Мистер Леопольд Блум с удовольствием ел внутренние органы животных и птиц. Он любил жирный суп из гусиных потрохов, пупки с орехами, жареное фаршированное сердце, печенку, поджаренную ломтиками в сухарях, жареные наважьи молоки». (Здесь и далее курсивом выделены цитаты из «Улисса» в переводе С. Хоружего и В. Хинкиса).

Сэндикоув. 02.02.2022. Праздничный торт скоро прибудет в башню Джеймса Джойса

Сэндикоув. 02.02.2022. Любимый завтрак Леопольда Блума готов

Хозяин ресторана угостил всех тортоносцев потрошками. Затем процессия двинулась дальше, попрощавшись с хозяином: «До встречи в июне!»

Так уж вышло, что в 2022 году оказалось два 16 июня. Первое из них — 2 февраля.

Две даты

Летом 1924 года Джеймс Джойс лежал в больнице после очередной операции на глазах. В мрачном настроении он записал в блокнот: «Сегодня 16 июня 1924 года, двадцать лет спустя. Будет ли кто-нибудь помнить эту дату».

Первое издание «Улисса» в витрине дублинского книжного магазина Ulysses

Дату помнят. Действие «Улисса» начинается утром 16 июня 1904 года и заканчивается в 3 часа пополуночи. Знатоки жизни и творчества писателя так до конца и не поняли, почему он выбрал именно этот день. Первый биограф Джойса Герберт Горман пытался выяснить это у самого писателя, но не получил ответа. Наиболее популярная, хоть и не имеющая твердых доказательств версия такова: в этот день состоялось первое свидание Джойса с Норой Барнакл, его будущей музой и женой.

Достоверно известно следующее. Джойс и Барнакл познакомились на Нассау-стрит в Дублине 10 июня 1904 года. Джойс тогда по совету врача не носил очки (чтобы улучшить зрение), так что он видел только очертания Норы и обратил внимание на ее гордую походку. Джеймс заговорил с ней, обратив внимание на то, что у собеседницы голуэйский акцент, и узнал, как ее зовут и где она работает — горничной в находившемся неподалеку отеле Finn’s.

Нора впоследствии рассказывала историю их первой встречи в нескольких вариантах. По одной версии, Джойс был в фуражке яхтсмена (и Нора решила, что он моряк), а его голубые глаза навели ее на мысль, что он может быть шведом. По другой версии, он был в широкополой шляпе и плаще до пят. Еще она обратила внимание на изношенные ботинки и хорошие манеры Джеймса.

Джойс предложил встретиться снова — 14 июня, у дома сэра Уильяма Уайльда (знаменитого отоофтальмолога, отца Оскара Уайльда) на углу Меррион-сквер и Лоуэр-Меррион-стрит. Нора на свидание не пришла.

Джойс мог позвонить в отель, но решил написать письмо — 15 июня. Он сослался на то, что из-за плохого зрения мог не опознать Нору, и предложил встретиться снова. Это «снова», возможно, и случилось 16 июня.

Тем же летом 1924 года в одном из писем Джойс упомянул группу друзей, отмечающих 16 июня День Блума.

Первый День Блума. 16.06.1954. Патрик Каванах и Энтони Кронин у паба Davy Byrnes

В 1954-м День Блума начали отмечать в Ирландии. Художник и издатель Джон Райан, писатель Бриан О’Нуаллан (псевдоним — Фланн О’Брайен), Патрик Каванах, поэт Энтони Кронин, преподаватель французского языка в дублинском Тринити-колледж А. Дж. Левенталь и кузен Джеймса Джойса дантист Том Джойс отправились в путешествие по описанному в «Улиссе» маршруту. Приятели даже достали два кэба, чтобы воспроизвести поездку на похороны Падди Дигнама. По дороге они читали отрывки из «Улисса» и отмечали праздник. Пройти маршрут до конца им не удалось — вся компания зависла в принадлежащем Райану пабе Bailey.

С годами масштабы празднования Дня Блума выросли. Ежегодно 16 июня центр Дублина заполняют люди в старинной и современной одежде, которые совершают свою Одиссею по маршруту, проложенному героями книги Джойса. В 900-страничном томе «Улисса» Дублин образца 1904 года и его окрестности описаны в мельчайших подробностях. Дублин образца 2022-го, конечно, другой. Но, к радости поклонников «Улисса», не все дома снесены, не все заведения переименованы или перепрофилированы. Есть и вечные ценности. Например, лимонное мыло в аптеке Свени, бутерброд с горгонзолой и бокал бургундского в пабе Davy Byrnes, пиво по всему маршруту.

«Неплохая головоломка: пересечь Дублин и не натолкнуться на кабак» (кстати, эта головоломка в эпоху тотальной компьютеризации была решена).

Но обо всем по порядку.

Башня, море, кладбище

В День Блума поклонника Джойса воспроизводят похоронную процессию на кладбище Гласневин

В «Улиссе» 18 эпизодов. В книге у них нет названий, но в письмах и других материалах Джойса они носят названия, созвучные гомеровской «Одиссее». У каждого эпизода четкая географическая привязка (или несколько). В эпизоде 1 («Телемах») — это башня Мартелло в Сэндикоуве. В эпизоде 2 («Нестор») — частная школа для мальчиков Клифтон в Далки. В 1904 году Джойс около четырех месяцев преподавал в этой школе историю. В том же году школа закрылась из-за хронической любви директора Фрэнсиса Ирвина к спиртному.

«Мне заплатят сегодня,— сказал Стивен.

— В школьной шарашке? — осведомился Маллиган.— А сколько? Четыре фунта? Одолжи нам один».

Далки (ирландцы произносят «Доки») — богатый пригород Дублина, морской курорт. Здесь жил Бернард Шоу, а сегодня живет весь цвет ирландской музыки — солист группы U2 Боно и его товарищ по группе Эдж, Ван Моррисон, Крис де Бург, Эния.

Здание бывшей школы сейчас называется Summerfield House и принадлежит, кстати, также музыканту — бывшему члену рок-группы Horselips. А вот эта цитата уже неактуальна: «Львы покойно дремали на постаментах, когда он проходил мимо через ворота, беззубые чудища». Львов перед домом больше нет.

Если ехать из Дублина на электричке DART, то Далки будет чуть дальше Сэндикоува. А чуть ближе будет Сэндимаунт. В эпизоде 3 («Протей») у моря гуляет Стивен Дедал. Потом в пабе The Ship он встречается с Быком Маллиганом. Паб прекратил свое существование во время антибританского Пасхального восстания 1916 года. Действие эпизода 13 («Навсикая») происходит на том же морском берегу (из-за сцены мастурбации в этой главе «Улисс» до 1934 года был запрещен в США).

Набережная Сэндимаунта в наши дни выглядит так, что какое-либо безнравственное поведение на ней представить себе абсолютно невозможно. Камеры слежения, толпы гуляющих, бегающих, выгуливающих собак и катящих детские коляски людей. Скалы вдоль берега, как и 118 лет назад, затянуты морской тиной. Но идущая вдоль этих скал аккуратная асфальтовая дорожка наводит скуку и мешает представить себе, что здесь когда-то побывали главные герои романа Джойса.

В эпизоде 6 («Аид») от дома скончавшегося Падди Дигнама в Сэндимаунте (9 Newbridge Avenue) стартует похоронная процессия. Падди хоронят на кладбище Гласневин, так что по дороге участникам похорон нужно пересечь весь Дублин.

Имя Патрика Джозефа Дигнама (15.08.1864 — 29.04.1916) можно найти на памятной плите в честь жертв Пасхального восстания. Но прототипом Падди Дигнама из романа был не он, а дублинский стряпчий Мэттью Кейн. Кейн плавал вместе с друзьями в Дублинском заливе, у него случился сердечный приступ, и он утонул. Случилось это, правда, 10 июля 1904 года, чуть позже дня, когда происходит действие романа.

Кладбище Гласневин огромно. По нему, как в Москве по Новодевичьему и Ваганьковскому, водят экскурсии. Без экскурсовода отыскать захоронение сложно. Но в интернете есть схема, по которой можно найти могилу Кейна.

Паб John Kavanagh, более известный как Gravediggers («Могильщики»)

Рядом с одним из выходов с кладбища, в стратегически правильном месте находится паб. Кладбище открылось в 1832 году. Паб — в 1833-м. В год похорон Падди Дигнама это было уже проверенное временем заведение. Официально паб носит имя семьи, владевшей им много поколений подряд. Но уже во времена Джойса и Блума популярнее было другое, неофициальное название — Gravediggers. («Могильщики»).

«Гора сырых комьев росла все выше, росла, и могильщики опустили свои лопаты».

Над барной стойкой — копия рекламного объявления начала XX века. На стенах — плакаты с фотографиями Дублина и празднования Дня Блума, бронзовый медальон, свидетельствующий, что паб отмечен «барной наградой Джеймса Джойса» за сохранение исторического облика.

Публика в пабе в меру шумная. Непохоже, чтобы кто-то кого-то оплакивал. Бармен с явным интересом подробно расспросил меня, что пьют в России кроме водки. Людей в старинных костюмах в «Могильщиках» не было.

Дом, памятник, редакция, отели

Экклс-стрит. Современное здание стоит на том месте, где 118 лет назад находился дом №7

Ориентироваться в Дублине 1904 года, местами совпадающем с Дублином 2022-го, легко. Река Лиффи делит центр города надвое. Часть мест, которые могут заинтересовать джойсомана, находится к северу от реки, а часть — к югу.

Одиссея главного героя романа Леопольда Блума начинается в его доме (эпизод 7, «Каллипсо») и заканчивается там же (эпизод 17, «Итака»).

Дом Блума — номер 7 по Экклс-стрит, в северной части города. Начало улицы выглядит как в 1904 году. С одной стороны — церковь святого Иосифа, с другой — университетская больница Матер Мизерикордия, открывшаяся в 1861-м. Рядом с больницей когда-то стояли таунхаусы, в том числе номер 7. Сейчас на его месте — новое больничное здание.

Перед сносом литературно-исторического дома дублинский художник и писатель Джон Райан (один из организаторов первого Дня Блума в 1954 году) успел спасти входную дверь. Вначале она украшала принадлежащий Райану паб Bailey, а в 1995 году была передана в Центр Джеймса Джойса. Сохранился и дверной молоток. Его в 1966-м забрал и привез домой в качестве сувенира турист из Нью-Йорка Фред Сейден. В 2013-м он приехал в Дублин и передал молоток в дар Центру Джеймса Джойса. Так что и дверь, и молоток может сейчас увидеть любой джойсоман. Точнее, сможет, как только в Ирландии отменят коронавирусные ограничения на доступ в музеи.

От Экклс-стрит легко дойти пешком до главной транспортной артерии Дублина — О’Коннелл-стрит (два ряда машин в каждую сторону плюс трамвайные пути, по ирландским меркам — супермагистраль). Дэниел О’Коннелл (Освободитель) был борцом за права католиков быть избранными в парламент, а потом — за право Ирландии отделиться от Великобритании.

Ориентир, который невозможно не заметить,— пронзающая небо ирландской столицы 120-метровая стальная Дублинская игла (построена в 2003 году на месте памятника адмиралу Нельсону, взорванному в 1966-м). Недалеко от нее — памятник Джеймсу Джойсу.

Когда я фотографировал памятник, ко мне подошел человек с фотоаппаратом и спросил, читал ли я «Улисса». Я сказал, что читал — и в переводе на русский, и в оригинале. Оказалось, что Стивен (так его звали) тоже обходил все места, упомянутые в книге.

На противоположной от бронзового Джойса стороне О’Коннелл-стрит — главпочтамт. Роскошное историческое здание, сожженное во время Пасхального восстания 1916 года и восстановленное в 1929-м. А вот другое здание, находившееся на Принс-стрит, слева от почтамта, если стоять к нему лицом, сгорело тогда же, но из пепла, увы, не возродилось. В нем располагались редакции газет The Evening Telegraph и Freeman’s Journal. В «Улиссе» эти газеты упоминаются не раз. Рекламный агент Леопольд Блум сотрудничал с Freeman (эпизод 7, «Эол»). В 1909 году Джойс несколько раз заходил в редакцию The Evening Telegraph.

«У дверей главного почтамта чистильщики зазывали и надраивали. Его Величества ярко-красные почтовые кареты, стоящие на Северной Принс-стрит, украшенные по бокам королевскими вензелями E.R., принимали с шумом швыряемые мешки с письмами, открытками, закрытками, бандеролями простыми и заказными, для рассылки в адреса местные, провинциальные, британские и заморских территорий» («Улисс»)

На главпочтамте можно купить марки, выпущенные к 100-летию «Улисса». Впрочем, в романе важную роль играет другое почтовое отделение, на Уэстленд-роу, уже не существующее. Там Блум получил любовное письмо, адресованное «Генри Флауэру, эсквайру» (эпизод 5, «Лотофаги»).

Но это уже южная сторона Дублина. А на северной остались еще несколько «улиссовских достопримечательностей», более или менее сохранившихся.

«И все когда-то разгуливали по Дублину» («Улисс»). Карта города с указанием упомянутых в романе мест

« — Я должен бежать на Бэйчлорз-уок, — объяснил мистер Блум, – насчет этой рекламы для Ключчи. Надо договориться окончательно. Мне сказали, что он там рядом, у Диллона» («Улисс»).

Идем от почтамта в сторону реки Лиффи. Скоро справа от нас будет сетевой обувной магазин Foot Locker (49 Lwr. O’Connell Street). Но если поднять глаза, то на фасаде здания можно прочесть надпись: «e Confectioners Hal». «Th» упало, вторая «l» пропала, но остальное сохранилось. В этом доме с 1842 по 1984 год работала кондитерская Graham Lemon and Company. В «Улиссе» она упоминается трижды. «Ананасные леденцы, лимонный цукат, сливочные тянучки. Липкослащавая девица целыми совками насыпает ириски учителю из Христианских братьев… Хмурый молодой человек из АМХ, зорко стоящий на посту средь душных приторных испарений кондитерской Грэма Лемона, вложил какой-то листок в руку мистера Блума» (эпизод 8, «Лестригоны»). «Мимо ананасных леденцов Грэма Лемона, мимо слона на вывеске Элвери, дребезжа, бежала коляска» (эпизод 11, «Сирены»). «Где были получены им предыдущие указания на этот результат, ожидаемый или уже возымевший место? В заведении Барни Кирнана с патентом, Малая Бритн-стрит, 8, 9 и 10; в заведении Дэвида Берна с патентом, Дьюк-стрит, 14; на Нижней О'Коннелл-стрит, у дверей Грэма Лемона, когда угрюмый молодой человек сунул в руки ему рекламу (в дальнейшем выброшенную), сообщавшую об Илии, восстановителе Сионского храма; на Линкольн-плейс, у выхода из аптеки Ф.У. Свени и Ко (с огр.отв.), когда Фредерик М. (Бэнтам) Лайонс поспешно попросил, перелистал и вернул, в указанном порядке действий, последний номер «Фрименс джорнэл энд нэшнл пресс», который он собирался выбросить...» (эпизод 17, «Итака»).

Здесь когда-то продавали ананасные леденцы

Идем дальше, но, вместо того чтобы перейти мост, сворачиваем на набережную.

«Служитель в дверях аукционного зала Диллона опять потряс колокольчиком, дважды, и погляделся в исчерченное мелом зеркало туалетного столика. Дилли Дедал, стоя на тротуаре, слушала звонки колокольчика и возгласы аукционера, доносившиеся из зала» (эпизод 10, «Блуждающие скалы»). Аукционный зал располагался по адресу 25 Bachelor’s Walk. Сейчас в этом здании — отель Arlington.

По соседству — отель Ormond, где происходит основная часть действия эпизода 11 («Сирены»). Точнее, бывший отель. Еще точнее — место, где был отель. Несколько лет назад здание по адресу 7–11 Ormond Quay Upper купила сингапурская компания Plato Capital. Новые хозяева решили инвестировать €25 млн в реновацию, чтобы создать бутиковый отель, ориентированный на поклонников Джойса. В отеле даже был предусмотрен бар «Сирены». Новый Ormond планировалось открыть в первом квартале 2020 года. Старый снесли почти до основания. На сохранившихся стенах можно увидеть надпись: «Не сносить». Все знают, какие события произошли в первом квартале 2020 года, в результате чего многое было перенесено на неопределенный срок.

Пандемия коронавируса помешала возрождению отеля Ormond

Действие эпизода 12 («Циклопы») также происходит на северной стороне реки, в пабе Barney Kiernan’s.

«— Заглянем к Барни Кирнану,— это Джо.— Мне бы надо повидать Гражданина».

Дом по адресу 8–10 Little Britain Street существует. По его внешнему виду можно даже догадаться, что на первом этаже когда-то был паб. Фасад густо закрашен. Помещение сдается в аренду. Похоже, сингапурской компании, готовой вложить деньги в его реконструкцию, пока не нашлось.

«— Да, сэр,— подхватил с живостью Нед Лэмберт. — Мы с вами стоим в той самой исторической палате аббатства святой Марии, где на совете шелковый Томас объявил о начале мятежа в 1534 году» («Блуждающие скалы»). Вход в аббатство закрыт решеткой на замке уже не первый год, когда — и если — будет открыт — неизвестно.

Дублин. Улица Джеймса Джойса, бывшая Мэббот-стрит

«Вход в Ночной Город со стороны Мэббот-стрит». Действие эпизода 15 «Улисса» («Цирцея») происходит в дублинском районе «красных фонарей», который автор книги знал не понаслышке. Но вряд ли Джойс мог представить себе, как будет называться Мэббот-стрит в XXI веке.

Вбок от Мэббот-стрит отходила Тайрон-стрит, главная улица публичных домов. В доме 82 размещалось заведение Беллы Коэн.

В 1911 году Мэббот-стрит переименовали в Корпорейшн-стрит, бывший район «красных фонарей» был превращен в квартал социального жилья. В 2001-м Корпорейшн-стрит переименовали в Джеймс Джойс-стрит. Район был застроен элитным жильем. Ничто не напоминает о непристойном прошлом квартала.

Пора на южный берег. Там — главные места паломничества улиссоманов.

Почта, мыло, горгонзола

Там, где Леопольд Блум получал любовное письмо, сейчас продают билеты на электричку

Начнем с бывшего почтового отделения на Уэстленд-роу. Чтобы попасть к нему, нужно на электричке DART доехать до станции Пирс, выйти на улицу, перейти через дорогу и развернуться. Там, в помещении железнодорожной станции и было когда-то почтовое отделение. Сейчас на его месте — скучные автоматы по продаже билетов.

Что дальше? «Свени на Линкольн-плейс. Аптекари редко переезжают. Эти бутыли их зеленые, золотые, не очень сдвинешь» («Лотофаги»).

Адрес верен. Lincoln Place. Небольшая лавочка — две витрины и дверь между ними. Над окнами и дверью надписи — Chemist Sweny Druggist.

От почтового отделения — рукой подать. В 1847 году на Линкольн-плейс открылась медицинская практика, через шесть лет ее сменила аптека. В этой аптеке доводилось бывать самому Джойсу, но главное — именно сюда пришел Леопольд Блум за лосьоном для жены. Здесь же Блум прихватил кусок лимонного мыла, который будет сопровождать его в долгой одиссее.

«Восходит новенький, чистенький кусок лимонного мыла, источая свет и душистость… В диске солнцемыла появляется веснушчатая физиономия аптекаря Свени. Три пенни, будьте любезны».

«Вот, сэр, – отыскал аптекарь. – Это стоило два и девять. А склянка у вас найдется с собой?» («Улисс»)

Пи Джей (один из добровольцев, работающих в Sweny) на пороге «аптеки»

Несмотря на обилие аптекарских пузырьков на полках, сейчас это уже не аптека. Это букинистический и сувенирный магазин, самым ходовым товаром в котором является лимонное мыло (€5 за штуку). Повсюду — Джойс. Его книги («Улисс» на русском тоже есть), его портреты, выполненные в разнообразных техниках, даже одна небольшая скульптура.

Всех заходящих в «аптеку» приветствуют как родных. В маленьком помещении не протолкнуться, особенно 2 февраля 2022 года, и можно себе представить, что здесь творится 16 июня. В книге отзывов — тексты на множестве языков. Вот, например, на французском — какой-то Эмманюэль Макрон. В очереди за мылом передо мной стояли две американки, а за мной — испанец и ирландец.

Наискосок от аптеки — паб Kennedy’s (30–32 Westland Row). Паб открылся в 1850 году и первоначально назывался Conway’s. В том же здании была овощная лавка, в которой, будучи подростком, подрабатывал по выходным живший неподалеку Оскар Уайльд, вопреки протестам родных. Может, поэтому в оформлении паба Уайльду уделено больше внимания, чем Джойсу.

«— Я был с Бобом Дореном, он снова сейчас в загуле, и с этим, как же его, с Бэнтамом Лайонсом. Да мы тут рядом и были, у Конвея» («Лотофаги»).

Тем не менее в пабе есть добрая традиция — 16 июня предлагать посетителям «Завтрак Блума» (нарушена она была только в 2020-м, из-за карантина). «Барной наградой Джеймса Джойса» паб тоже отмечен.

Барную награду Джеймса Джойса вручают дублинским пабам, бережно хранящим традиции

Джойс, Йейтс, Уайльд… Кто только не бывал в пабе Kennedy`s

От аптеки «Свени» до места знакомства Джойса с Норой Барнакл — метров 50. До дома Уайльдов, места несостоявшегося первого свидания,— около сотни. Здание бывшего отеля Finn`s — тоже рядом (1–4 South Leinster Street).

«Шагая мимо отеля Финна, Кэшел Бойл О’Коннор Фицморис Тисделл Фаррелл уставил рассерженный монокль поверх экипажей на голову мистера М. Е. Соломонса в окне австро-венгерского вице-консульства» («Блуждающие скалы»). Название «Отель Finn’s» носит впервые опубликованный в 2013 году сборник рассказов Джойса, написанных через год после первой публикации «Улисса».

«Сейчас надо в национальную библиотеку за этой "Килкенни пипл"» («Лестригоны»). Национальная библиотека Ирландии (13 Kildare street), одно из любимых мест Джойса в Дублине — тоже буквально в нескольких шагах. Из-за коронавирусных ограничений дискуссий о Шекспире, подобно той, которую вел Дедал с друзьями (эпизод 9, «Сцилла и Харибда»), в библиотеке не проводится.

А дальше — достопримечательность номер один. «Лучше перекусить у Дэви Берна»,— решает Леопольд Блум. «Нет ничего лучше, чем перекусить в пабе Дэви Берна и поднять тост за 140-летие автора и 100-летие его книги»,— решаю я. Дьюк-стрит совсем рядом.

Мысль эта пришла в голову не мне одному. «Народу сегодня — как на автобусной остановке в часы пик»,— делает вид, что жалуется метрдотель Билли. И с профессиональной наблюдательностью спрашивает: «Репортаж будете писать?»

«Он вошел к Дэви Берну. Вполне пристойное заведение. Он не болтлив. Бывает и поднесет стаканчик. Но это если год високосный, не чаще чем раз в четыре. Однажды обменял мне чек на наличные».

Мэтр проводит меня мимо зарезервированных столиков, за которые скоро сядут джентльмены и леди в костюмах образца 1904 года. Мне находится местечко у бара.

Вот он, легендарный Davy Byrnes, упомянутый Джойсом в «Улиссе» и «Дублинцах»

В пабе Davy Byrnes привыкли к посетителям, одетым по моде 1904 года

Дэви Берн — реальное историческое лицо. Начинал учеником, затем стал управляющим паба. 11 января 1889 года купил паб и назвал его своим именем. Джеймс Джойс был постоянным посетителем заведения, приятелем владельца. Кроме «Улисса» паб упоминается в другой книге Джойса — «Дублинцах». В 1954 году во время первого Дня Блума участники празднества прибыли в паб в кэбе. Фотографию этого события все заходящие в Davy Byrnes в феврале 2022-го, получают в подарок.

Меню можно не смотреть. В книге все написано.

«Добрым стаканом бургонского все запить…

— Так значит сандвич с сыром. У вас есть горгонзола?»

Сэндвич с горгонзолой в наличии имеется, как и бургундское вино, которое почему-то стоит дороже, чем бордо.

«Принесли заказ». Сэндвич с горгонзолой прекрасен. Но почему-то создается ощущение, что чего-то не хватает.

Появляется официант и исправляет ошибку: «Горчицы не угодно ли, сэр?».

Да, вот теперь правильно. «Он усеял каждый ломтик желтыми каплями».

Я почти доел сэндвич, когда ко мне подошли двое коллег — корреспондент и оператор ирландского ТВ,— чтобы взять интервью у человека, своим приездом доказавшего, в каких далеких уголках планеты знают и чтят Джеймса Джойса и главный роман XX века. Я долго рассказываю в камеру, как впервые пытался прочесть «Улисса», как слышал от знакомых ирландцев, что прочесть его — это круче, чем окончить университет, как потом я все-таки прочел великую книгу — сначала в русском переводе, а затем в оригинале, как перед тем как приехать в Дублин, снова перечитал и вдруг понял, что в этой книге нет ничего сложного, все легко и весело, а что касается потока сознания, то разве я мог пройти по Дюк-стрит, не выпив бургундского?

Леопольд Блум заплатил за сэндвич с горгонзолой и бокал бургундского 7 пенсов

В вечерний выпуск новостей Первого канала ирландского ТВ из моей длинной речи попало только: «Вот, сижу, ем сэндвич с горгонзолой, пью бургундское».

Самое удивительное, что было в Дублине 2 февраля 2022 года, в день 100-летия публикации «Улисса»,— это погода. В Ирландии в феврале обычно идет дождь или ливень, а если не идет, значит, скоро пойдет. Но в этот день, День февральского Блума, обошлось без дождя. Прекрасная погода для персональной одиссеи.

Авторы

Алексей Алексеев
обозреватель

Лента

Абраамян первой из россиянок выиграла чемпионат Европы по настольному теннису

За день над Россией сбили 41 беспилотник

Мадьяр обвинил Орбана в подготовке госпереворота в Венгрии

Почти триста у Монте-Кристо

Telegraph узнала о подготовке срочного пакета санкций Евросоюза против России

Число осужденных мужчин снизилось на 50% за десять лет

Компании в «СберБизнесе» получили доступ к коротким облигациям и финансированию под залог ценных бумаг

Аренда на сносных условиях

Захарова ответила на призыв Латвии запретить выдачу шенгенских виз россиянам

Бессент назвал безрассудными обвинения Украины в ограничении доступа к Starlink

«Гайд-паркам» добавят комфорта

Прибытие торта

Две даты

Башня, море, кладбище

Дом, памятник, редакция, отели

Почта, мыло, горгонзола