Трудовой страж со стажем

Ровно 20 лет назад, 1 февраля 2002 года, в России вступил в силу нынешний Трудовой кодекс. Вчера работодатели, профсоюзы и Минтруд на совместной пресс-конференции поговорили о том, как положения этого документа соотносятся с современным состоянием российского рынка труда, отметив сохранение его актуальности за счет постоянных правок. Они продолжат появляться и в этом году — так, профсоюзы хотели бы отредактировать регулирование платформенной, а работодатели — заемной занятости.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Нынешний Трудовой кодекс начал действовать в России 20 лет назад — 1 февраля 2002 года. Чтобы принять его и отойти от принципов еще советского Кодекса законов о труде РФ от 1971 года, тогдашнему правительству и Госдуме потребовалось провести несколько лет в спорах, выбрав в итоге один вариант документа из семи возможных. Большинством его положений в итоге остались недовольны и работодатели, и профсоюзы — кроме, как отмечал тогда “Ъ”, предложения сделать 23 февраля, День защитника Отечества, выходным днем. Неудивительно, что первые попытки снова реформировать ТК начались уже через девять месяцев с момента его вступления в силу и продолжаются до сих пор.

Впрочем, именно благодаря процессу постоянного обновления, как заявил вчера один из авторов кодекса, замглавы фракции «Единая Россия» в Госдуме Андрей Исаев, ТК и сегодня продолжает быть «актуальным и идеологически верным документом». «Более 150 раз были внесены в него поправки и предложения, но они не противоречили концепции ТК, а ее развивали. Как правила дорожного движения защищают пешехода больше, чем автомобилиста, потому что он слабая сторона, так ТК должен больше защищать работника, потому что он слабая сторона в этих отношениях, но при этом учитывать интересы работодателя»,— отметил он.

За последние два года в ТК внесены несколько важных нововведений, и часть из них как раз является реакцией на изменившуюся ситуацию на рынке труда.

Так, например, пандемия коронавируса и введение правительством противоэпидемических ограничений по всей стране привели к появлению в ТК подробно описанного понятия дистанционной занятости, благодаря чему для российских сотрудников был узаконен новый формат работы (подробнее см. “Ъ” от 1 августа и 26 ноября 2020 года), а число переходивших на него доходило до 3 млн человек, и, как отметил статс-секретарь — замминистра труда Андрей Пудов, теперь их права защищены законом. Также начал развиваться электронный документооборот — и в ТК появились нормы его ведения на предприятиях (переход на электронные трудовые книжки).

В перспективе, как отметил глава Федерации независимых профсоюзов России Михаил Шмаков, необходимо также подумать о том, чтобы ТК защитил и новую категорию сотрудников — работающих с помощью платформ. «В частности, относительно платформенной занятости сейчас идут дебаты о том, присутствует ли в принципе в этой системе отношений работодатель. Также идет развитие индивидуального предпринимательства и самозанятости. Эти сферы трудоустройства сегодня недостаточно отражены в ТК, и люди остаются незащищенными»,— отметил он. Глава РСПП Александр Шохин, напротив, традиционно выступил за изменения ТК с другой идеологической позиции — в пользу расширения применения договорных начал между работником и работодателем. «Речь идет о коллективном и трудовом договорах, локальных актах, в которые можно многие вопросы перенести с уровня законодательного регулирования на уровень вот этих договорных отношений — в частности, для регулирования заемного труда»,— отметил он.

Этот диалог некоторым образом подводит итог всех 20 лет обсуждений ТК и показывает, что никаких принципиальных изменений в позициях спорящих сторон не произошло.

Впрочем, теперь, в 2022 году, у профсоюзов есть больше возможностей продвигать свои аргументы, потому что рынок труда РФ, похоже, на долгое время переходит к состоянию минимальной безработицы, а значит, ему будет важен каждый работник.

Анастасия Мануйлова