Нео взялся за старое

На экраны вышло очередное продолжение «Матрицы»

В прокат вышла «Матрица: Воскрешение» Ланы Вачовски — не то чтобы очень долгожданное продолжение культовой трилогии. Юлия Шагельман считает, что для фильма, обличающего капиталистическое мироустройство, запоздавший на двадцать лет квадриквел слишком уж откровенен в своей маркетинговой эксплуатации зрительской ностальгии.

Постаревшему Нео (Киану Ривз) снова приходится брать дело освобождения человечества от иллюзий в свои руки

Постаревшему Нео (Киану Ривз) снова приходится брать дело освобождения человечества от иллюзий в свои руки

Фото: NPV Entertainment

Постаревшему Нео (Киану Ривз) снова приходится брать дело освобождения человечества от иллюзий в свои руки

Фото: NPV Entertainment

Декабрь 2021 года в кино получился месяцем возвращений — что, наверное, неудивительно для индустрии, последние лет десять предпочитающей опираться на доказавшие свою прибыльность старые бренды, а не рисковать с новыми. На стримингах снова рассекают по Нью-Йорку повзрослевшие физически, но не морально героини «Секса в большом городе», а в кинотеатрах, подобно Нео и армии агентов Смитов, сходятся в предновогодней битве за кассу герои «Матрицы» в слегка измененном составе и единый в трех лицах Человек-паук. Чьи фанатская ностальгия и покупательная способность окажутся сильнее — зрителей помладше или тех, кто был достаточно взрослым, когда в 1999 году первая «Матрица», о чем несколько раз напоминают в новом фильме, «взорвала всем мозг»?

Итак, после событий «Матрицы: Революции» (да, никто не хотел бы вспоминать о существовании этого фильма, нет, Лана Вачовски не позволит нам такой роскоши) прошло шестьдесят лет. Это в реальном мире, а в Матрице, где мы снова оказываемся вместе с персонажами,— всего двадцать. Нео (Киану Ривз) забыл о том, что он Нео: теперь он гейм-дизайнер Томас Андерсон, создатель культовой игры «Матрица», проживающий в Сан-Франциско, регулярно посещающий психоаналитика (Нил Патрик Харрис), который носит очки в красивой синей оправе, и принимающий красивые синие таблетки, избавляющие от ночных кошмаров и суицидальных мыслей. У доктора есть кошка по кличке Дежавю, но и на этом поток плоских каламбуров и пост-пост-мета-мета-шуток не заканчивается. Например, в рабочих перерывах мистер Андерсон наведывается в кофейню Simulatte, где его внимание привлекает «огненная милфа» (это цитата из его младшего коллеги, сам Нео бы никогда!) с лицом, как у героини его снов (Кэрри-Энн Мосс). Она, увы, оказывается замужней домохозяйкой и матерью двоих детей с мещанским именем Тиффани, но при знакомстве, спровоцированном тем самым молодым коллегой, между ней и Томасом что-то вспыхивает.

Их жизнь, конечно же, больше не будет такой, как прежде. В том числе потому, что упирающегося мистера Андерсона вынуждают заняться разработкой четвертой части «Матрицы». На этом настаивает его деловой партнер по фамилии — да, вы правильно догадались — Смит (Джонатан Грофф, в какой-то момент не без оснований замечающий, что он гораздо красивее оригинального мистера Смита). А также компания Warner Bros., которая в реальности этого кино владеет фирмой-разработчиком игр, а в нашей — студией, снимающей «Воскрешение» (нет, вы только посмотрите, до чего же мы самоироничные, толсто намекают создатели картины). Томас считает, что новый сиквел никому не нужен, но ему все-таки приходится взяться за этот проект и погрузиться в рабочие совещания, на которых слово «бинарность» будет звучать примерно каждые три минуты. Малоудивительно, что ему хочется сбежать куда подальше, да хоть бы в другое измерение, и такую возможность ему наконец предоставляют хакерша Багз (Джессика Хенвик), всю жизнь мечтавшая разыскать Нео и вырвать его из Матрицы, и новая версия Морфеуса (Яхья Абдул-Матин II, настолько похожий на молодого Лоренса Фишберна, что действительно начинаешь верить, что его специально создала нейросеть).

Слова «бинарность» и «небинарность», а также «выбор», «судьба» и «предназначение» прозвучат еще много-много раз. Хотя прошло уже двадцать лет, герои новой «Матрицы» снова оказываются в точке зеро, на том же самом месте, откуда началось когда-то их путешествие, и задаются теми же вопросами. Единственное, что с тех пор шагнуло вперед,— это технологии, но в 2021 году эффектом bullet time и пролетами между небоскребами никого уже не удивишь, поэтому каждый раз, когда Лане Вачовски нечего сказать (а случается это часто), она вставляет в картину кадры из первой «Матрицы», которые, как ни удивительно, все так же поражают воображение. К несчастью, по контрасту новый фильм выглядит ровно тем, чем является: бесплодной и бездушной утилизацией старых идей и образов, чей срок годности давно истек. И даже то, что очередной «ироничный» монолог о бесконечных сиквелах, ребутах, ремейках и спин-оффах авторы вложили в уста отрицательного персонажа, не делает его менее правдивым.

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...