«Сибмост» встал в копеечку

Апелляционный суд признал действительной совершенную в 2017 году сделку по продаже за 92 копейки 92,5% акций ранее крупнейшей в Сибири мостостроительной компании «Сибмост». Определение предыдущей инстанции, по которому покупатель — «Сибмост групп» — должен был вернуть акции в конкурсную массу попавшего позже под банкротство продавца — Альберта Кошкина, отменено. Судебная экспертиза обошлась господину Кошкину в 235 тыс. руб. На действительности договора купли-продажи настаивали «Сибмост групп» и основной кредитор «Сибмоста» — Сбербанк. Эксперты объясняют интерес покупателя к активу намерением восстановить платежеспособность компании.

Седьмой арбитражный апелляционный суд, отменив определение предыдущей инстанции, отказал финансовому управляющему экс-владельца АО «Сибмост» Альберта Кошкина в признании недействительной сделки по продаже за 92 копейки принадлежавших ему 104 559 обыкновенных акций (92,5%) компании. На обжаловании решения первой инстанции настаивали покупатель акций — ООО «Сибмост групп», а также крупнейший кредитор «Сибмоста» и его бывших совладельцев — Сбербанк. Новое решение основано на данных заказанной в рамках судебного разбирательства экспертизы. Она установила, что на момент заключения договора в сентябре 2017 года розничная стоимость этого пакета акций действительно составляла 1 руб. Сама экспертиза обошлась господину Кошкину в 235 тыс. руб. Суд отметил, что выводы эксперта не содержат противоречий. «Заключение участниками спора не оспорено»,— отметил суд, придя к выводу, что договор от 4 сентября 2017 года был заключен по рыночной цене.

Суд первой инстанции в сентябре 2020 года пришел к выводу «о совершении сделки купли-продажи акций, направленной на причинение вреда кредиторам, который выразился в уменьшении стоимости активов должника». При этом он опирался на данные бухгалтерской отчетности за 2016 и 2017 годы. На тот момент у АО «Сибмост», по данным суда, имелись основные средства стоимостью 2,25 и 2,08 млрд руб., запасы стоимостью 3,87 и 3,53 млрд руб., дебиторская задолженность на 5,7 и 2,6 млрд руб., а по итогам 2016 года на балансе было отражено 879,8 млн руб. нераспределенной прибыли. Суд также указал в определении, что Сбербанк является «одним из бенефициаров покупателя спорных акций „Сибмост групп“, а акции по-прежнему находятся в залоге у Сбербанка». Об аффилированности Сбербанка и «Сибмост групп» неоднократно заявляли в суде миноритарные кредиторы компании, сами компании это опровергают. По данным «СПАРК-Интерфакс», 24% в ООО «Сибмост групп» принадлежит ООО СКБ «Баланс», которым владеет ООО «СБК проект», принадлежащее структуре Сбербанка — «Сбербанк капитал».

Апелляционный суд вопрос заинтересованности участников сделки рассматривать не стал, сославшись на то, что «в условиях заключения сделки по рыночной цене сам факт заинтересованности не может являться основанием для признания сделки недействительной».

Оперативно получить комментарий «Сибмост групп» не удалось. В феврале этого года гендиректор компании Олег Мамаев сообщал „Ъ-Сибирь“ о планах восстановления платежеспособности «Сибмоста»: «Мы мониторим, остается ли ценность у компании, а это зависит от решения кредиторов (о возможности заключения мирового соглашения.— „Ъ“). Наша задача — при возможности компанию восстановить, но сейчас будем смотреть, как будет развиваться ситуация». Управляющий партнер Shevelevski Consulting & Partners Артур Шевелев, представляющий в суде интересы миноритарных кредиторов «Сибмоста», уточнил „Ъ-Сибирь“, что на данном этапе вопрос заключения мирового соглашения с кредиторами не рассматривается. «Сейчас конкурсный управляющий занимается привлечением контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, но, по нашему мнению, список тех лиц, кого он привлекает, неполный. Там должны быть и другие лица, прямо аффилированные, которые состояли в структуре собственников должника и спонсировали его. Мы не видим в числе этих лиц Сбербанка, который, по нашему мнению, тоже должен быть привлечен к субсидиарной ответственности»,— считает он. Господин Шевелев полагает, что «Сибмост» пройдет всю процедуру банкротства, а по ее завершении «будет образована новая компания с теми же действующими лицами, которая будет заниматься тем же самым, что и „Сибмост“».

Партнер КА «Юков и парт­неры» Светлана Тарнопольская отмечает, что на момент заключения сделки АО «Сибмост» практически было банкротом, что делает рыночную стоимость его акций нулевой. Единственной практической целью приобретения акций предприятия-банкрота, по ее мнению, могут быть планы по восстановлению его платежеспособности. Но никаких гарантий этого нет, добавляет госпожа Тарнопольская. «С точки зрения оценок на основе методики чистых активов справедливая стоимость АО „Сибмост“ по итогам 2016 и 2017 годов составляет 2,7 млрд и –2,3 млрд руб. Примерно ту же картину мы наблюдаем при сравнении оценок на основе остаточной стоимости имущества при вынужденной продаже. Она составляет 1,1 млрд руб. по результатам 2016 года и –1,5 млрд руб. по итогам 2017 года. Поэтому фактически стоимость акций в 1 руб. представляется адекватной»,— считает аналитик управления торговых операций на российском фондовом рынке «Фридом финанс» Александр Осин. Он обратил внимание на то, что, судя по статистике баланса, в течение 2017 года происходило сокращение активов — с 12,9 до 9,5 млрд руб. — при росте объема заемных средств и кредиторской задолженности — с 10 до 11,6 млрд руб. «Причина конфликта, полагаю, заключается в неопределенности в отношении того, когда какое имущество в течение 2017 года было выведено с баланса. То есть на момент сделки по продаже акций „Сибмоста“ компании „Сибмост групп“ какие-то значимые активы могли на балансе сохраняться, а долг мог быть меньше»,— сказал он, предположив, что «теоретически» это дает основание оспорить саму сделку. Господин Осин также отметил, что Сбербанк за счет своих денежно-кредитных ресурсов располагает возможностями финансировать на данный момент убыточный бизнес «Сибмоста». У компании, по данным аналитика на 2020 год, по-прежнему есть 1,7 млрд руб. основных средств и на 5 млрд руб. запасов, краткосрочных финансовых вложений и дебиторской задолженности. «Вопрос в том, чтобы урегулировать отношения с кредиторами. При этом крупнейший из них — аффилированный, по данным истцов, — Сбербанк. То есть проблема не представляется не решаемой, исходя из обычной практики»,— считает господин Осин.