«Высокие титры антител не могут служить противопоказанием к прививке»

Ученый-вакцинолог Михаил Костинов о возможностях и пределах эффективности вакцин от коронавируса

Штамм «дельта» окончательно похоронил надежды человечества на то, что прививка от коронавируса сможет полностью предохранить организм от заражения и поможет наконец справиться с пандемией. Вакцинирование, скорее всего, не обеспечит коллективный иммунитет. Так зачем же нужна вакцина и вообще стоит ли прививаться? Об этом заведующий лабораторией вакцинопрофилактики и иммунотерапии аллергических заболеваний федерального государственного бюджетного научного учреждения «Научно-исследовательский институт вакцин и сывороток имени И. И. Мечникова», профессор, доктор медицинских наук Михаил Костинов рассказал корреспонденту “Ъ” Елене Туевой.

Заведующий лабораторией вакцинопрофилактики и иммунотерапии аллергических заболеваний федерального государственного бюджетного научного учреждения «Научно-исследовательский институт вакцин и сывороток имени И. И. Мечникова», профессор, доктор медицинских наук Михаил Костинов

Заведующий лабораторией вакцинопрофилактики и иммунотерапии аллергических заболеваний федерального государственного бюджетного научного учреждения «Научно-исследовательский институт вакцин и сывороток имени И. И. Мечникова», профессор, доктор медицинских наук Михаил Костинов

Фото: Нина Зотина / РИА Новости

Заведующий лабораторией вакцинопрофилактики и иммунотерапии аллергических заболеваний федерального государственного бюджетного научного учреждения «Научно-исследовательский институт вакцин и сывороток имени И. И. Мечникова», профессор, доктор медицинских наук Михаил Костинов

Фото: Нина Зотина / РИА Новости

— Сейчас начинают заболевать привитые — штамм «дельта» преодолевает вакцину. Проведенное в Британии исследование показало, что с появлением «дельты» эффективность вакцин снизилась до 49%. Но ведь раньше говорили о том, что эффективность вакцин составляет больше 90%.

— Не надо путать такие понятия, как «иммуногенность вакцины» и «эпидемиологическая эффективность». Иммунологическая эффективность — способность вакцины вызывать иммунный ответ у привитого. Эпидемиологическая эффективность — различия в заболеваемости среди привитых и непривитых. Здесь речь идет об эпидемиологической эффективности.

Иммуногенность вакцины любого производителя составляет от 65% до 95,6%. То есть после двух доз вакцины иммунологическая эффективность составляет в среднем 75–78%.

А дальше определяется эпидемиологическая эффективность. Она всегда на 5–10% ниже иммунологической. Соответственно, при 75-процентной иммуногенности эпидемиологическая эффективность должна быть в пределах 60%.

— Но тут-то она до 49% упала. Что делать? Новую вакцину для штамма «дельта» создавать?

— С вирусами всегда происходят мутации, причем каждые две недели, возможно, даже быстрее. Но вирус будет считаться другим только тогда, когда в его структуре произойдет больше 6–10% изменений. Пока этого нет, вакцины работают, и работают весьма неплохо. Смотрите, эпидемиологическую эффективность оценивают в 49%, а сколько летальных исходов среди привитых? Нет. Или если есть, то единицы.

— Значит, при вакцинации от COVID-19 невозможно достичь так называемого стерильного иммунитета, как при прививках от оспы, столбняка и других болезней? То есть даже привитые могут заболеть?

— На 100% от коронавируса ни одна вакцина сегодня не может защитить. Соответственно, даже вакцинированные могут болеть. Так часто бывает с вакцинами, поскольку их эффективность напрямую связана с иммунным статусом пациента: при нормальной функции иммунной системы защита будет надежной, а вот при дефектах в ее работе того же защитного эффекта достичь не получится. Не вакцина плохая, а мы сами так созданы, что кто-то неполноценно отвечает на ее введение. Иммунный ответ зависит от генотипа. Не важно, что это будет — «дельта», «бета» или «гамма», человек может после прививки заболеть коронавирусом, потому что его иммунная система не видит этот антиген, а значит, иммунитет к нему просто не может выработаться. Кто-то не отвечает на прививку от кори, кто-то — от гриппа, кто-то — от дифтерии. Эта популяция составляет от 5% до 10% населения. Поэтому в России много вакцин. Вероятно, какие-то из них будут рекомендованы в последующем пациентам с особенностями иммунного статуса. А в будущем мы мечтаем об индивидуальных вакцинах.

— Значит, привитые от полиомиелита и кори тоже могут заболеть?

— Да. Возьмем, к примеру, полиомиелит. Инактивированная полиомиелитная вакцина, которая содержит убитый полиовирус и вводится внутримышечно, не может вызвать заболевание, а вот оральная, которая содержит ослабленный живой вирус, может привести к вакциноассоциированному паралитическому полиомиелиту, и такие случаи время от времени фиксируются во всем мире. Вакциноассоциированный полиомиелит возникает в редчайших случаях — речь идет о тысячных долях от всех привитых — у малышей, получивших «живую» вакцину, чаще всего с первичными иммунодефицитами. Могут болеть привитые корью, гриппом, но после прививки эти болезни все переносят легко, часто на ногах. В период пандемии гриппа 2009–2010 годов никто из получивших вакцину не умер, а среди непривитых было много летальных исходов. Потому что вакцина защищает от летальных исходов и тяжелых осложнений.

— Но многие заболевают именно после вакцинации. Одна знакомая через десять дней после первой дозы вакцины заболела ковидом в тяжелой форме, лежит в больнице с температурой 40, уже неделю не снижается температура.

— Вакцина способна защитить только тогда, когда произойдет формирование антител, а это случается через четыре недели после двух доз препарата.

— То есть у нее иммунитет еще не успел сформироваться?

— Очень часто заболевают через семь-десять дней после первой дозы. Одна доза активирует клеточный иммунитет, но антитела не формируются, и человек подхватывает инфекцию, потому что иммунитет неполноценный. И часто вторую дозу вакцины он получает в инкубационный период, ведь особенность этого вируса в том, что он может долго сохраняться в организме. Это так называемый персистирующий вирус.

— Что это значит?

— Обычные вирусы живут в организме три-пять дней, и то пять дней чаще всего у людей с иммунодефицитами. Коронавирус SARS-CoV-2 может сохраняться неограниченно долго, не случайно возникло название «постковидный синдром», когда пациенты уже переболели, выздоровели, вышли из клиники, пришли через месяц на повторный ПЦР-тест — и у них снова выявляют вирус. Это и есть персистенция. Люди могут долго оставаться носителями вируса — 35–40 дней, особенно тяжелые больные, прошедшие реанимацию. Чем больше дефектов в иммунной системе, тем вероятнее, что коронавирус надолго сохранится в организме. Более того, он может прямо в организме мутировать, осложняя течение болезни. С этим связано и заболевание после прививки. Вроде кажется, что прививка виновата в том, что вы заболели, а на самом деле вы уже носите вирус, и после прививки, пока еще не сформировался иммунитет, болезнь развивается.

— Но согласно проведенному в Англии в июне-июле исследованию под названием REal-time Assessment of Community Transmission-1 (REACT-1, оценка в реальном времени распространения инфекции-1), в ходе которого на коронавирус были протестированы около 150 тыс. англичан, 44% случаев заболевания ковидом отмечалось среди полностью вакцинированных.

— Повторяю: стопроцентной защиты от коронавируса нет, но и американские, и отечественные вакцины оставляют след в иммунной системе. После вакцинации болезнь не будет протекать так тяжело, как у человека, который никогда не встречался с вирусом, и не закончится летальным исходом. Сейчас в мире растет заболеваемость, в России тоже, но спросите любого главного врача, какой процент привитых и не привитых лежит у него в стационаре.

При любой инфекции, не обязательно коронавирусной, привитой будет болеть в более легкой форме, с меньшим числом осложнений, и останется в живых. Это все должны знать.

— По итогам исследования, которое я процитировала, британские специалисты решили: если вакцинированные люди могут заражаться, значит, они могут быть и переносчиками инфекции, заражая других…

— Действительно, привитой может быть носителем. Объясню почему. Есть такое понятие — временное транзиторное носительство. Таким носителем может быть и привитой, и переболевший. Как это происходит? Допустим, вы оказались рядом с инфицированным человеком и на вас попали вирусные частицы. Обычно они попадают на слизистые оболочки верхних дыхательных путей. Иммунная система постарается как можно быстрее вирус нейтрализовать, но это произойдет не сразу, а в течение 15–30 минут, точно никто не знает. И за это время при чихании или разговоре можно передать вирус кому-то, кто находится рядом, при этом сами вы не заболеете. Поэтому что рекомендуется? Маски носить.

— Кроме масок есть еще какие-то средства защиты? Некоторые надеются на оксолиновую мазь…

— Есть и другие способы защиты — так называемые протекторы слизистой верхних дыхательных путей, топические иммунотропные препараты, которые увеличивает функциональную активность мукозального иммунитета. У аллергиков применяется спрей, который формирует защитную пленку на слизистых, так что вирус попасть на нее может, а проникнуть внутрь — нет. Но эти профилактические методы рекомендованы не всем, а лишь тем, у кого есть дефекты в иммунной системе, кто склонен к частым ОРЗ, а также пожилым людям. А то вы напишете, и все побегут, как имбирь, их покупать. Это имеет право на существование лишь для определенной категории людей.

— А насчет «Спутника V» есть какая-то информация об эпидемиологической эффективности?

— Разработчики показали иммунологическую эффективность этой вакцины на уровне 96–98%, то есть намного лучше AstraZeneca. Эти данные официально опубликованы. А вот насчет эпидемиологической эффективности не могу сказать, но думаю, в ближайшее время такие данные появятся, ведь в больницах постоянно ведут учет, кто из госпитализированных привит, а кто — нет. Статистика очень важна, чтобы убедить человека сделать прививку.

— Можно ли сравнить побочные явления «Спутника V» и западных вакцин, например Moderna, Pfizer, AstraZeneca?

— Побочные эффекты, можно сказать, все одинаковые, потому что есть мировые критерии безопасности вакцин. Бывают местные реакции: покраснение или болезненность в месте укола. Могут возникнуть системные реакции: повышение температуры, общий дискомфорт и, очень редко, тромбозы, а также поражение сердца, почек.

Самая опасная системная реакция — анафилаксия, когда человек испытывает удушье, может даже потерять сознание, если вовремя не оказать помощь. Все это очень редкие явления — по западным вакцинам от 5 до 11 случаев на миллион доз.

По нашим информации пока нет.

— Но если такая опасная реакция возникает, значит, человека вообще нельзя прививать?

— Это не так. Нельзя в дальнейшем применять ту вакцину, на которую случилась реакция, нужно продолжать вакцинацию препаратом другого производителя. Если, не дай бог, был анафилактический шок на введение первого компонента вакцины — все, эту вакцину я больше не буду рекомендовать. Но при этом никто не говорит: прививку делать нельзя. Даже если у вас есть анафилактическая реакция, но не на этот вакцинный препарат, прививку можно делать. Да, вы не получите вакцину этого производителя, но вакцины другого производителя, который имеет иную технологию изготовления, вам не противопоказаны. Это не мои рекомендации — так советует ВОЗ.

— В инструкции к «Спутнику V» говорится, что анафилаксия в анамнезе служит противопоказанием. У меня есть знакомая — владелица небольшого зоомагазина на рынке, которая очень боится прививки. Говорит: у меня была анафилактическая реакция в детстве, я боюсь делать, но врач не дает отвод — мол, ничего не знаю, вашей истории болезни у меня нет. Между тем всех работников торговли заставляют привиться. И эта женщина спрашивает: что же делать?

— В случае с вакцинами опасаться стоит лишь анафилактической реакции на вещества, которые входят в состав определенной вакцины. Допустим, приходит ко мне бабушка с внуком: ой, мой внук как берет яйцо, то задыхается или отекает. Все, вакцину от кори, паротита, краснухи, ветрянки или гриппа я не буду делать, но все остальные-то можно! От дифтерии, столбняка, пневмококковой инфекции и менингита я буду прививать на всю катушку. Я много раз вакцинировал людей, у которых в жизни случалась анафилаксия, но не на тот препарат, который я ввожу, и у них не было никаких побочных явлений.

— Но ведь не все, кто приходит на вакцинацию, попадают к грамотному врачу. Их сажают в большой зал, они подписывают информированное согласие, а дальше — укол…

— Что я могу сказать? Будьте осторожны, если у вас в анамнезе были непонятные состояния, связанные с введением иммунобиологических препаратов, не прививайтесь в торговом центре. Но если человек хочет, он пойдет в специализированный центр, где занимаются людьми, имеющими отклонения в состоянии здоровья.

И с ишемической болезнью сердца, и с почечной недостаточностью вплоть до гемодиализа, и с эпилепсией, и с анафилаксией — всех можно привить, если применить индивидуальный подход.

Ну а тех, у кого анафилаксия возникает на вещества, входящие в состав вакцины, можно не вакцинировать. Их вряд ли наберется 500 человек на всю страну, так что ничего страшного: они не играют роли в популяционном формировании иммунитета.

— Многие спрашивают: я переболел, вероятно, бессимптомно, потому что анализ выявил у меня антитела. Зачем мне делать прививку, если уже есть антитела? Ведь цель вакцинации — выработать иммунитет против COVID-19, а антитела и есть иммунитет. Что же тогда дает вакцина, если не выработку антител?

— По идее, если человек имеет антитела, значит, он защищен. Ради чего делают вакцину? Формировать антитела. Но у человека есть антитела. Что делать дальше? Пока такого ответа на планете нет. Конечно, если у человека есть антитела — оставьте его в покое, а когда антитела исчезнут, проведите вакцинацию. Но кто будет заниматься определением титра антител? Представляете, какие это проблемы: человек идет на вакцинацию, а тут надо взять кровь, потом через два-три дня получить результат, снова прийти — уже на прививку, если антитела не обнаружены. Вот и боятся, что начнется хаос и врачи не смогут проводить вакцинацию. Поэтому людей с антителами к коронавирусу, официально не зарегистрированных как переболевшие, и направляют на прививку.

— А не опасно вакцинироваться, если уже есть антитела? Не возникнет ли антителозависимое усиление инфекции?

— Теоретически такое может быть, но пока таких данных нет. Практически еще никто этого не доказал. Больше того, британские и американские исследования показали, что вакцинация не подавляет антитела. Когда западные медики проводили первые три фазы испытаний, среди участников были люди с антителами, но об этом никто не знал. Это выяснилось уже после вакцинации: у некоторых был высокий титр антител, то есть люди переболели. Но после вакцинации титры только росли. Так что высокие титры антител не могут служить противопоказанием к прививке.

— Обычно после трех фаз клинических исследований еще три-пять лет изучают действие медицинских препаратов, поэтому антипрививочники и говорят, что отсроченные эффекты вакцин против коронавируса пока неизвестны.

— Нынешняя жизнь существенно отличается от той, что была 10–20 лет назад. Сегодня все делает компьютер, даже музыку пишет. Раньше не умели геном читать, а сейчас расшифровка генома стала не сложнее анализа крови. И не нужно длительные исследования проводить, чтобы спрогнозировать действие вакцины, потому что сегодня можно все запрограммировать: что будет с этой клеткой через час, через два, через месяц, через пять, через десять лет. Так что рассуждать подобным образом могут только люди, далекие от науки.

Интервью взяла Елена Туева

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...