Четыре уже готовы делить на два

Банк России опубликовал план аналитических работ и мероприятий в рамках подготовки обзора денежно-кредитной политики. Обзор призван не только решить вопрос о будущей цели ЦБ по инфляции, но и оценить эффективность предыдущих политики, операционных процедур и коммуникаций с рынком. Результатом итогового доклада ЦБ во втором квартале 2022 года может стать снижение инфляционного ориентира Банка России до стандартного уровня стран ОЭСР — если к тому времени не выяснится, что в постпандемической экономической реальности остальной мир пересмотрел свои взгляды на то, какая инфляция в нем считается приемлемой и нормальной.

Опубликованный вчера Банком России план работ по подготовке обзора денежно-кредитной политики (ДКП) описывает, как именно будет происходить самое масштабное аналитическое мероприятие регулятора за последние годы. Напомним, что обзор ДКП Банк России проводит в рамках режима таргетирования инфляции, по существу, впервые после его введения. Как пояснил вчера заместитель председателя ЦБ Алексей Заботкин, проект, анализирующий ДКП ЦБ по шести направлениям (см. справку) и предполагающий систему аналитических проектов, встреч, консультаций и публичных мероприятий, должен завершиться подготовкой доклада Банка России по темам исследования. Именно в этом документе во втором квартале 2022 года будет дан в том числе ответ на вопрос о необходимости для ЦБ снижения цели по инфляции в рамках инфляционного таргетирования. Если рекомендации будут благоприятными, а выявленные риски приемлемыми, регулятор примет решения об уточнении параметров ДКП при подготовке Основных направлений единой государственной денежно-кредитной политики (ОНДКП) на 2023 год и период 2024 и 2025 годов — скорее всего, в форме перехода к «таргету» по инфляции в 1,5–2,5% годовых, то есть близкому к тому, что в настоящий момент считают оптимальным большинство регуляторов стран ОЭСР.

Напомним, что «таргет» в 4% годовых определен в ЦБ в начале 2010-х годов как оптимальный в определенной дискуссии: часть экономистов, в том числе внутри самого Банка России, предлагали достаточно быстрое снижение инфляции до однозначных уровней, затем первичную стабилизацию «таргета» на уровне около 4% и последующий быстрый переход к цели по инфляции в районе 2% годовых. При этом теоретический источник значений «4%» и «2%» как решающих какие-либо строго определенные задачи ЦБ, по крайней мере, не указывался. Алексей Заботкин вчера сослался на соответствующий раздел в проекте ЦБ доклада ОНДКП на 2022–2023 годы, однако в нем обсуждается по существу причина отказа в 2014 году от низкой цели по инфляции (угроза дефляционных процессов в отдельных трансформирующихся секторах экономики при низкой цели — по существу, исследование актуального состояния этой угрозы во многом является и целью предпринимаемого сейчас ЦБ обзора ДКП), но не уровень самой инфляции, которую Банк России считает допустимой.

Именно допустимой: заместитель председателя ЦБ дал понять, что «таргет» должен соответствовать ощущению «финансовой стабильности» для данной экономики, причем из этой логики вполне может следовать, что в понимании аналитиков Банка России неизменность цен, если бы ее можно было реализовать на практике без рисков, была бы наилучшим способом создания такого ощущения.

С одной стороны, нынешний повышенный инфляционный фон в мире по итогам пандемии на руку Банку России в этом вопросе — очевидно и то, что «таргет» в 2014 году выбирался в первую очередь как цель по инфляции, сравнимая с целями большинства крупных развивающихся экономик (Бразилия, Турция, Чили) в противопоставлении с развитыми, и то, что по итогам пандемии опасения повышения инфляции заставляют ведущие центробанки мира подтверждать намерение долгосрочно удерживать инфляцию в своих юрисдикциях на уровне до 2% годовых, но не более. Ко второму кварталу 2022 года уже будет очевидно, насколько ФРС США и ЕЦБ успешны в погашении внепланового всплеска инфляции — если в этом появятся серьезные сомнения, а повышенная мировая инфляция будет считаться среднесрочно приемлемой, шансы на снижение вдвое цели ЦБ России несколько снизятся. Впрочем, на сегодняшний день предположения о том, что происходящее — начало «мировой ценовой революции» в любом представимом смысле голословны, а мировые центробанки уверены в быстром возврате к привычным «таргетам» и скорее беспокоятся о будущем среднесрочно недостаточном, а не избыточном спросе, «японизации» развитых экономик — и будущей низкой по меркам США и ЕС, а не высокой инфляции.