Игривый автомат

Роман с роботом в фильме «Я создан для тебя»

В прокат выходит мелодрама «Я создан для тебя» (Ich bin dein Mensch) Марии Шрадер, за пределами родной Германии лучше всего известной по нетфликсовскому мини-сериалу «Неортодоксальная». В фильме режиссер старается дать свой, подчеркнуто женский ответ на вопрос, снятся ли андроидам электрические овцы. Юлия Шагельман считает, что он получился довольно неутешительным.

Альме (Марин Эггерт) приходится иметь дело с воплотившейся в андроиде (Дэн Стивенс) романтической грезой

Альме (Марин Эггерт) приходится иметь дело с воплотившейся в андроиде (Дэн Стивенс) романтической грезой

Фото: Letterbox Filmproduktion

Альме (Марин Эггерт) приходится иметь дело с воплотившейся в андроиде (Дэн Стивенс) романтической грезой

Фото: Letterbox Filmproduktion

Фильм начинается с классической завязки: девушка встречает парня. Впрочем, Альма (Марин Эггерт, получившая за эту роль приз Берлинского кинофестиваля 2021 года) — уже не девица, а взрослая и вполне самодостаточная женщина, давно утратившая иллюзии касательно противоположного пола, и на свидание вслепую она идет без особого энтузиазма. В баре с приглушенным светом, преувеличенно любезной хостес (Сандра Хюллер) и сладчайшей музыкой, призванной способствовать романтическому настроению, ее ждет Том (Дэн Стивенс) — привлекательный, элегантный, обходительный — тоже с некоторым перебором. Беседа не клеится, галантное сравнение ее глаз с горными озерами Альму раздражает, а на танцполе, куда Том ее настойчиво приглашает, он после нескольких грациозных движений и вовсе зависает, как компьютер: потому что он и есть компьютер, точнее, робот, специально запрограммированный, чтобы соответствовать представлениям Альмы об идеальном мужчине.

Пожалуй, главное, что позволяет отнести картину к научно-фантастическому жанру, это нелепая сюжетная предпосылка: Альма, которая работает в Пергамском музее и специализируется по шумерской клинописи, соглашается принять участие в эксперименте по испытанию робота-партнера в обмен на обещание начальства профинансировать ее исследования. Она, видите ли, хочет доказать, что у шумеров была поэзия (что вообще-то совершенно не секрет как минимум с XIX века), а пока вынуждена поселить Тома в своей холостяцкой квартире и терпеть его присутствие целых три недели.

Казалось бы, чем не подарок судьбы — получить в бесплатное пользование помесь вибратора с клининговым сервисом, еще и похожую на главного романтического героя «Аббатства Даунтон»? Однако женщины — существа сложные, и Альму Том с его попытками всячески ей угодить скорее напрягает. К тому же не слишком-то лестно смотреть на это собрание романтических клише (вплоть до британского акцента) и понимать, что оно взято прямо из твоей головы, а ты-то полагала себя натурой гораздо более утонченной, с небанальными вкусами.

Большой кусок в середине фильма как будто снят по всем законам традиционного ромкома о том, как притягиваются противоположности. Тут и умеренно забавные ситуации, связанные с тем, что окружающие принимают Тома за живого человека (и нового партнера Альмы), и напряжение, которое создается разницей между его механистической натурой и ее эмоциональностью. Но чем больше времени герои проводят вместе, тем более меланхоличным становится настроение картины. Том — высокоразвитая самообучающаяся система, и постепенно он начинает все лучше улавливать мысли и желания Альмы, вытаскивать на свет ее потаенные страхи и комплексы, утешая ее в ее бедах так, как мужчинам из плоти и крови было действительно не под силу. В то же время растет ее фрустрация: ведь андроид — всего лишь овеществленная иллюзия, он не спасает от одиночества, а, напротив, делает его более очевидным.

К концепции машины или искусственного интеллекта как идеального партнера кино обращалось множество раз: от «Степфордских жен» (оригинал 1975 года и римейк 2004-го) до таких фильмов, как «Она» (2013) и «Из машины» (2014). Правда, во всех случаях речь шла об идеальных женщинах, созданных мужчинами под свои нужды (такая есть и в «Я создан для тебя» — Альма случайно встречает товарища по эксперименту, который, в отличие от нее, полностью доволен своей подругой-роботом). Женские потребности в любви и ласке до сих пор обеспечивал разве что Жиголо Джо из «Искусственного разума» Стивена Спилберга (2001), и хотя эта сюжетная линия была не основной, там выяснялось, что ходячий удовлетворитель не так-то прост и тоже любить умеет. Впрочем, насчет Тома вроде бы не очень понятно: действительно ли он проапгрейдился до человечности или это все-таки проекции и фантазии Альмы. Но вместо того чтобы предоставить зрителям возможность самим сделать выводы, Мария Шрадер заканчивает картину длинным закадровым монологом, где напрямую изложены все идеи и мысли фильма — и среди них нет ни одной оригинальной. Понятно, что итогом любого эксперимента должен стать подробный отчет — однако на этот раз немецкая педантичность делу скорее вредит.

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...