«Мы должны ориентироваться на спрос»

Глава МИРЭС Анджела Уилкинсон о новой повестке в энергетике

Генеральный секретарь и исполнительный директор Мирового энергетического совета (МИРЭС) Анджела Уилкинсон в интервью “Ъ” рассказала о ключевых проблемах, с которыми сталкиваются главы компаний и эксперты в области энергетики, а также о том, как изменится отрасль в ближайшем будущем.

Генеральный секретарь и исполнительный директор Мирового энергетического совета (МИРЭС) Анджела Уилкинсон

Генеральный секретарь и исполнительный директор Мирового энергетического совета (МИРЭС) Анджела Уилкинсон

Фото: WORLD ENERGY COUNCIL

Генеральный секретарь и исполнительный директор Мирового энергетического совета (МИРЭС) Анджела Уилкинсон

Фото: WORLD ENERGY COUNCIL

— Недавно вы представили исследование по глобальным проблемам в энергетике, отличаются ли итоги опроса в России от результатов в других странах?

— Это исследование проводится уже более десяти лет, на протяжении шести недель мы опрашиваем глав компаний и экспертов о том, какие проблемы им мешают спокойно спать по ночам. На основе полученных данных строим «карты» актуальных проблем. В этом году экономическая неопределенность стала одним из ключевых рисков — ее популярность в качестве важной проблемы выросла в мире на треть. Также среди основных тем на повестке — кибербезопасность, уменьшение выбросов СО2 и доступность энергоресурсов.

В России эти экономические тренды также оказались ключевой проблемой, но ее важность респонденты оценили несколько ниже, чем в целом по миру.

Другие два ключевых риска касаются доступности энергоресурсов и влияния геополитики.

Глобально сейчас наблюдается смещение фокуса на решения в области возобновляемой энергетики. Еще одно важное направление — это повышение энергоэффективности, и эта тема крайне важна, как для России, так и для других стран. В качестве большого тренда можно назвать сближение повесток с общим уклоном на социальные аспекты энергетики — это касается как доступности энергии, так и влияния этого сектора на другие отрасли экономики.

— Что будет обсуждаться на Мировом энергетическом конгрессе, который пройдет в октябре следующего года в Санкт-Петербурге?

— Это будет крупнейшая встреча тех, кто занимается энергетикой, ее темой станет «Энергия — человечеству», и роль России в этом ключе крайне важна — это связка между потребителями и поставщиками энергии. В целом мы собираемся больше внимания уделить решениям, которые определяются спросом, а не предложением. Конгресс будет проходить в формате «Энергия +», то есть сама энергетика плюс широкий круг стейкхолдеров — мы должны совместными усилиями построить такую энергосистему, которая позволит пользоваться ресурсами так, чтобы обеспечить снижение выбросов. Еще одно направление — это цифровизация, вплоть до перехода на квантовые вычисления.

— Насколько велико расхождение в восприятии проблем энергетики между развитыми и развивающимися странами?

— Развивающиеся страны даже больше обеспокоены экономической неопределенностью, так как в нынешних обстоятельствах для них ключевым риском является неполучение инвестиций — это по факту риск для всей глобальной экономики.

— Как изменится структура предложения на энергетическом рынке в будущем?

— Я не могу дать четкий прогноз, но могу с уверенностью сказать, что структура источников энергии будет более диверсифицированной, это касается и применяемых технологий.

Мы должны отойти от моделей, которые задаются предложением, и больше учитывать те прорывные изменения, которые происходят на стороне спроса.

К примеру, совсем не очевидно, какая корпорация будет определять будущее транспортного топлива — Apple или Shell?

Существенная трансформация этого рынка может быть связана с развитием решений на основе водорода. Так называемый чистый водород может быть одним из наиболее прорывных направлений, так как это не только источник энергии, но и способ ее хранения и передачи.

— Традиционный способ производства водорода не является достаточно «чистым», станет ли это ограничением?

— Есть несколько способов производства водорода — традиционный предполагает использование угля, что сопровождается большим количеством выбросов, более чистая технология использует природный газ, и, наконец, получение водорода методом электролиза с использованием возобновляемых источников энергии является экологически нейтральным.

Но реальная проблема заключается не в том, как произвести водород — это можно делать в больших объемах и дешевле, чем сейчас, а в формировании спроса.

Пока не ясно, кто станет основным потребителем,— транспортный сектор, промышленность или строительство.

— Как вы оцениваете перспективы нефти?

— Важно понимать, что после пика потребление нефти не сократится резко, а будет некое плато. Нефть и дальше будет активно использоваться в нефтехимии, уже есть технологии, позволяющие сокращать количество выбросов на каждый добытый баррель, и это также может поддержать спрос на энергоресурс. Аналогичная ситуация и с природным газом.

— Реалистично ли считать, что энергетика когда-либо достигнет точки нулевых выбросов?

— Если это и произойдет, то существенно позже, чем можно было бы ожидать,— сейчас на энергосектор приходится 60–70% выбросов и только 20% мировой системы сейчас электрифицировано. Для подобной трансформации нужны триллионы инвестиций, но важно и распределение финансирования — его больше всего не хватает в странах, где активно используют уголь, то есть там сократить выбросы было бы проще всего.

Интервью подготовила Татьяна Едовина

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...