Арест по-домашнему

Подозреваемому во взятке Борису Петрову удалось избежать СИЗО

Бывший глава Приволжского управления Ростехнадзора Борис Петров, скорее всего, отметит свое скорое 65-летие в узком семейном кругу в коттедже в Константиновке. Он является подозреваемым в получении 1,48 млн руб. взятки от подрядчика строительства завода стиральных машин Haier в Набережных Челнах. Вчера суд в Казани вопреки ходатайству следствия, настаивавшем на СИЗО, отправил экс-чиновника под домашний арест. Впрочем, эту меру намерена оспорить прокуратура.

Фото: Ольга Кудрина

Фото: Ольга Кудрина

Вчера Приволжский райсуд Казани отправил бывшего главу Приволжского управления Ростехнадзора 64-летнего Бориса Петрова, подозреваемого в получении 1,48 млн руб. взятки (ч. 6 УК РФ ст. 290), под домашний арест до 1 мая. Судья Тимур Зарипов посчитал, что следствие недостаточно обосновало причины, по которым в отношение подозреваемого должна быть применена более жесткая мера пресечения — арест в СИЗО.

О ней ходатайствовал следователь СУ СКР по Татарстану Дмитрий Линевич. Он рассказал суду, что, согласно материалам дела, Борис Петров летом 2019 года дал своим подчиненным — главе челнинского подразделения Ростехнадзора Ренату Хакимову и инспектору Динару Гайнутдинову – «указание всячески воспрепятствовать» подрядчику строительств завода стиральных машин Haier в Набережных Челнах — ООО «Энергоинжиниринг» в получении разрешения на ввод электроустановки в эксплуатацию. «Не имея возможности отказать своему руководителю», они привлекли к проверке АО «Безопасность» и ООО НТЦ «Промтехэксперт», которые «без проведения контрольных измерений» предоставляли в Ростехнадзор отчеты «о якобы имеющихся на данной энергоустановке нарушениях». «В последующем Хакимов по указанию Петрова довел до сведения заявителя («Энергоинжиниринга» — «Ъ-Казань»), что разрешение… будет получено только в том случае, если с подконтрольной Петрову организаций будет заключен фиктивный договор на оказание работ, и только в том случае, если на счет данной организации будут перечислены денежные средства».

«Так как для заказчика было необходимо сдать энергоустановку в эксплуатацию, ничего не оставалось, как пойти на условия Петрова»,— сказал следователь. По его данным, 19 августа 2019 года между «Энергоинжинирингом» и «Промтехэкспертом» был заключен договор. Хотя «работы по нему не производились», 21 августа счет последнего поступили 1,48 млн руб. «В тот же день, получив от Петрова указание, Хакимов подписал разрешение и акт осмотра энергоустановки»,— заключил Линевич.

Он не сказал, каким образом деньги со счета «Промтехэксперта» оказались у Бориса Петрова в качестве вменяемой ему взятки.

Этим воспользовался адвокат господина Петрова – Андрей Олифир. Ссылаясь на проведенный им 1 марта опрос директора «Промтехэксперта» Шамиля Саетханова, он сообщил, что деньги господину Петрову тот не передавал — средства через два дня после поступления на счет предприятия были выплачены сотрудникам в качестве вознаграждения за работу на «Танеко». Также он попытался отмести утверждения следствия о том, что компания «Промтехэксперт» подконтрольна Бориса Петрову: со слов господина Саетханова, он лишь изредка встречал последнего на разного рода совещаниях.

Впрочем, сам адвокат дал понять, что с деньгами действительно что-то не так. Он рассказал, что в связи с этой сделкой 1 декабря 2020 года по подозрению в мошенничестве и превышении полномочий был задержан выше упомянутый Ренат Хакимов. Господин Петров тогда проходил как свидетель. Позднее, 24 февраля, дело о взятке на 1,48 млн руб. было возбуждено «в отношении неустановленного должностного лица из числа руководящего состава Приволжского управления Ростехнадзора». Господину Хакимову предъявили содействие в получении взятки (ч. 4 ст. 291.1 УК РФ). А 1 марта в качестве подозреваемого в получении взятки был задержан Борис Петров.

«Постановление о возбуждении уголовного дела было вынесено лишь для того, чтобы обратиться с ходатайством об аресте Петрова»,— заявил Андрей Олифир.

Борис Петров на суде называл нонсенсом инкриминируемое ему преступление. «Я не знаю эти организации, которые называют. И никаких указаний – как выдавать, так и не выдавать – я не давал. Сам порядок не предусматривает мое участие. Все бумаги подписываю не я»,— сказал он и попросил «объективно разобраться».

Защита господина Петрова, пытаясь избежать для него СИЗО, то и дело обращая внимание на плохое состояние здоровье клиента — больное сердце и суставы, гипертония. Сам он, лишь менее года отставной федеральный чиновник, выглядел немощным стариком. «Мне тяжело стоять. Можно я обопрусь», — обратился он к судье. Тот разрешил ему отвечать на вопросы сидя. Адвокат Елена Точилкина даже предложила вызвать в суд скорую или хотя бы принести в зал тонометр, чтобы «проверить самочувствие, которое ставится под сомнением следователем».

«Вам действительно нужна скорая помощь»,— спросил судья. «Когда я выезжал из следственного изолятора, мне замерили давление. Оно было 215»,— ответил Борис Петров, но вы итоге согласился обойтись без медиков.

Дмитрий Линевич, обосновывая ходатайство об аресте подозреваемого в СИЗО, сказал, что «постоянные заявления об ухудшении состояния здоровья объективными доводами медицинских работников не подтверждаются». За два дня с момента задержания ему, по словам следовали, успели провести «медицинское обследование»: «состояние его стабильно».

Господин Линевич передал суду рапорт «работников оперативной службы, которые сопровождали Петрова до изолятора и в медучреждении». «Петровым принимались меры по симулированию рассасывания медицинских препаратов», он «отказывался от получения уколов для уменьшения артериального давления», сказал следователь. Также он добавил, что Борис Петрова отказался от допроса с полиграфом, ссылаясь на медпоказания.

«Семейное положение подозреваемого, его возраст, состояние здоровья и другие обстоятельства позволяют находиться в условиях содержания под стражей»,— заключил представитель СКР. «Находясь на свободе, Петров будет противодействовать следствию, подговаривать свидетелей, давать ложные показания»,— предположил он, отметив, что подсудимый «представляет особую опасность для общества и нуждается в изоляции».

«Я плохо передвигаюсь. У меня артроз первой степени обоих ног. Со своими работниками бывшими я не общаюсь»,— ответил на подозрения Борис Петров.

В итоге ему предстоит отметить свое 65-летние (состоится 25 апреля) под арестом в собственном коттедже в Константиновке.

Прокуратура уже заявила о намерении обжаловать такое решение судьи.

Ольга Кудрина

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...