Коротко

Новости

Подробно

Фото: Reuters

ЕСПЧ просят сказать «нет» самоизоляции

В Страсбурге получили первую жалобу на приговор за фейки о коронавирусе в РФ

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 4

Первая жалоба из России на приговор за фейки о коронавирусе (ст. 207.1 УК) направлена в ЕСПЧ. За что именно — за посты о ковиде или за комментарии к ним — суд назначил летом прошлого года 300 часов обязательных работ жительнице Перми, до сих пор не знает ни она, ни ее адвокаты из международной группы «Агора». Притом оказалось, что заявителя, обратившегося в полицию с жалобой на эти посты, не существует, а потерпевшими по делу суд назначил минздрав Пермского края и администрацию губернатора. Теперь защита требует от ЕСПЧ признать нарушение права пермячки на свободу выражения мнения, указывая, что приговор основан в том числе на термине «самоизоляция», которого в российском законодательстве нет.


Евгения (она не хочет, чтобы ее фамилия звучала в СМИ) отработала 300 часов в том же суде, который выносил ей приговор,— она подшивала дела и сортировала корреспонденцию. Получив в четверг справку о снятии с учета, жительница Перми рассказала “Ъ”, что до сих пор не знает, за какие именно сообщения ее осудили: «Я писала посты, комментировала их и так поняла, что дело только в моем мнении. Из-за него прошли обыски у меня, у родителей, у родителей бывшего мужа, проведено около 15 экспертиз — от лингвистической до психологической, изымалась вся техника, в том числе у ребенка, он не мог доучиться из-за этого и пропустил четвертую четверть в школе. В полиции мне сразу сказали, что это дело станет показательной поркой».

Ст. 207.1 УК действует с 1 апреля 2020 года и предполагает наказание за фейк-ньюс, которые граждане могут распространять в интернете об эпидемии и о мерах борьбы с ней. Наказание — от штрафа в 300 тыс. руб. до колонии на три года. По данным МВД, к декабрю прошлого года по ст. 207.1 УК за высказывания о COVID-19 в России было возбуждено 37 дел.

Евгения рассказала “Ъ”, что работает «менеджером по продажам, на себя» — обходит потенциальных клиентов, заключает договоры,— поэтому введение локдауна в Перми стало для ее работы «приговором».

Распоряжением губернатора горожанам было указано оставаться дома. Исключение составляли люди, которым работодатель выдал спецразрешение, но Евгения объяснила “Ъ”, что не могла сама себе такое выписать. «Ребенок находился у бабушки с дедушкой, я осталась без заработка, была в панике,— вспомнила она.— Я обошла район, как в апокалипсисе, никого не было, вернулась домой и написала в группе "Нет изоляции" пост». Он начинался с призыва «выходите на улицу» и был опубликован 4 апреля. «Вы имеете на это законное право (выходить.— “Ъ”). Можете в перчатках и масках, можете без,— писала Евгения.— Давайте покажем властям, что мы не согласны с этой изоляцией и хотим вернуть нормальный ритм жизни». Далее следовал рассказ о ее походе по «апокалиптической» Перми и призыв фотографировать себя на улице и выкладывать фото в соцсетях с хештегами «нет самоизоляции», «против самоизоляции», «нет карантина». Отметим, на 4 апреля 2020 года в Пермском крае был зафиксирован 21 случай заражения COVID-19; режим самоизоляции был отменен 5 августа.

6 апреля Евгению пригласили в полицию для объяснения, а 29 апреля возбудили дело. Причиной, следует из материалов, стало заявление некоего Вадима Вальтета «с просьбой проверить размещенную информацию». Впрочем, из рапорта майора полиции, сотрудника пермского центра «Э» Ивана Куриляка от 26 мая следует, что Вадима Вальтета «не существует». Тем не менее, заявление стало поводом инициировать проверку, которая якобы показала наличие состава преступления, говорит адвокат Анастасия Шардакова, представлявшая Евгению в пермских судах. В материалах дела содержится не только цитата этого поста, но и другие сообщения Евгении пользователям соцсетей при обсуждении публикации о введении самоизоляции в Перми. За какие именно высказывания суд назначил наказание, указывают адвокаты, из приговора неясно.

В деле Евгении четыре тома и более тысячи страниц, а также 11 свидетелей, из которых суды первой и второй инстанции смогли найти и допросить только двух.

Госпожа Шардакова сообщила, что потерпевшими по делу признаны «администрация губернатора Пермского края и минздрав региона». «Суд установил, что им причинен моральный вред, но такая формулировка абсурдна, ведь моральный вред юрлицу или органу госвласти причинен быть не может — у них нет моральных переживаний,— рассказала адвокат.— В России отсутствует практика взыскания морального вреда министерствами, поэтому если они решат подать соответствующий иск, неясно о каких суммах пойдет речь».

Директор департамента пресс-службы администрации губернатора Пермского края Артем Вороненко признался “Ъ”, что не знает о данном деле, и обещал ответить на запрос позже.

Из жалобы в ЕСПЧ, составленной адвокатом Ириной Хруновой, следует: ее доверительница своим постом не призывала к фактическому распространению эпидемии и указывала на отсутствие термина «самоизоляция» в российском законодательстве. Отметим, что группа «Нет самоизоляции», созданная Евгенией, заблокирована по требованию Генпрокуратуры. Суды позже полностью удовлетворили требования прокуратуры о назначении наказания в виде 300 часов обязательных работ. Решение, указывает в жалобе в ЕСПЧ Ирина Хрунова, является нарушением права на свободу выражения мнения, а сама ст. 207.1 УК «оставляет чрезмерно широкие возможности для интерпретации». Из-за публикаций Евгении «не было волнений, нарушения закона со стороны других лиц, массового заражения инфекцией», подчеркивается в жалобе.

Мария Старикова


Комментарии
Профиль пользователя