Коротко

Новости

Подробно

2

Фото: Александр Подгорчук / Коммерсантъ   |  купить фото

Присяжные не поверили, что врачи убили ребенка

Калининградских медиков оправдали по громкому делу о смерти в роддоме

от

В четверг ночью присяжные вынесли вердикт по одному из самых громких «врачебных» уголовных дел. Они признали главврача калининградского роддома Елену Белую и неонатолога-реаниматолога Элину Сушкевич невиновными в гибели новорожденного в 2018 году. Присяжные согласились с защитой и посчитали недоказанным тот факт, что младенцу ввели ядовитый препарат.


Прения завершились в четверг, всего за два дня, хотя изначально предполагалось, что они продлятся до 11 декабря. Это было уже 29-е судебное заседание по делу о смерти ребенка в 2018 году в калининградском роддоме №4. Напомним, и. о. главврача роддома Елене Белой и неонатологу-реаниматологу Элине Сушкевич было предъявлено обвинение в сознательном убийстве новорожденного (ч. 2 ст. 105 УК РФ; убийство малолетнего или иного лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии). Елена Белая проходила по делу как организатор преступления (ч. 3 ст. 33 УК РФ), ей также было предъявлено обвинение в превышении должностных полномочий (ч. 1 ст. 286 УК РФ).

Как следует из материалов дела, вечером 5 ноября 2018 года в калининградский роддом №4 поступила 27-летняя гражданка Узбекистана Замирахон Ахмедова. Полугодом ранее она пережила выкидыш, но на учет в женскую консультацию так и не встала. После Замирахон Ахмедова рассказала следователю, что рожать собиралась в Узбекистане, а самочувствие ее во время второй беременности не подводило.

Наутро после госпитализации, на 24-й неделе беременности, госпожа Ахмедова родила недоношенного мальчика весом около 700 г. После родов ребенка перевели в палату интенсивной терапии и подключили к аппарату искусственной вентиляции легких, так как дышать самостоятельно он не мог. Для улучшения работы легких новорожденному ввели препарат «Куросурф». Около восьми утра медики роддома вызвали из калининградского регионального перинатального центра реанимационную бригаду во главе с врачом-неонатологом Элиной Сушкевич. Та приняла решение не перевозить ребенка в перинатальный центр из-за слишком низких давления и температуры и шокового состояния. Около одиннадцати утра новорожденный умер, а на следующий день следователи регионального управления СКР получили анонимное сообщение о том, что «в роддоме №4 врачи убили ребенка».

Следователи считают, что и. о. главного врача опасалась ухудшения показателей статистики роддома, а также решила «сэкономить ресурсы» — не использовать дорогостоящий препарат, который рекомендуется давать детям в таких ситуациях.

Для этого она якобы отдала указание приехавшей Элине Сушкевич ввести ребенку, родившемуся на 23-24-й неделе беременности, смертельную дозу сульфата магния. После чего «в историю родов были внесены заведомо ложные сведения о том, что имел место факт гибели плода». Обвинение против Елены Белой и Элины Сушкевич состояло в основном из свидетельских показаний работников роддома. Завотделением новорожденных Татьяна Косарева сообщила следователям, что на совещании с медперсоналом Елена Белая выражала недовольство появлением недоношенного ребенка и отчитывала коллег за попытки спасти ребенка без шансов на выживание и «порчу статистики». Заведующая родильным отделением Татьяна Соколова и неонатолог роддома Екатерина Кисель подтвердили это на следствии. К материалам дела была также приобщена видеозапись, сделанная госпожой Соколовой на этом совещании.

Сами врачи категорически отрицали обвинение, их поддерживали коллеги по всей стране.

Врач Элина Сушкевич

Фото: Александр Подгорчук, Коммерсантъ

«Вы прошли с нами длинный путь, анализируя по минутам шесть часов жизни маленького мальчика Оллоберди Ахмедова,— обратилась к присяжным прокурор Анна Ефремова в среду, в первый день прений в Калининградском областном суде.— Короткая жизнь этого ребенка стоит того, чтобы разобраться в его смерти и ее причинах. Вам предстоит ответить на главные вопросы, поставив точку в этом деле. Очевидно, что Ахмедов родился живым, не погиб в утробе матери, не скончался при родах. Отчего же он умер?»

Прокурор пояснила, что неонатальная смерть является неблагоприятным для роддома показателем. А если бы ребенок умер в реанимобиле или в перинатальном центре, куда его необходимо было доставить из роддома, то эта ситуация «стала бы причиной разборов, разборов в том числе действий Сушкевич». Описывая ситуацию в медучреждении при принятии решения о судьбе ребенка (на суде ранее была представлена аудиозапись с совещания в кабинете Елены Белой), госпожа Ефремова сравнила фразы, которая произносила и. о. главврача, с цитатами Германа Геринга, в которых содержался призыв к убийству. Судья прервал госпожу Ефремову и попросил присяжных не учитывать подобные доводы.

«Я попросила, чтобы спасли ребенка,— сказала на суде мать мальчика.— Пусть получают срок за свое убийство».



Адвокат Элины Сушкевич Камиль Бабасов заявил, что за несколько месяцев следствие так и не предъявило доказательств, что Елена Белая заставила ввести ребенку сульфат магния. Еще он сообщил, что госпожа Ахмедова принимала в ходе беременности препарат, который содержал магний. Говоря о заключении, которое выявило магний в организме ребенка, адвокат заявил, что магний содержится в организме каждого человека. Также он назвал несостоятельными доводы о причинах, которые могли бы стать реальными причинами для преступления. Адвокат напомнил, что ребенок родился с экстремально низкой массой тела, а также с незрелыми внутренними органами и был изначально «нежизнеспособен, он не мог поддерживать свои жизненные функции без специальных условий». Также он усомнился в показаниях главного свидетеля обвинения — завотделением новорожденных Татьяны Косаревевой: «Она говорит, что осматривала ребенка, а согласно показаниям в суде, она ребенка не видела». Напомним, ранее госпожа Косарева заявляла, что согласилась скрыть убийство из-за давления со стороны Елены Белой.

Еще один адвокат Элины Сушкевич Андрей Золотухин заявил, что «если речь шла бы об убийстве, то использованная ампула сульфата магния осталась бы в палате интенсивной терапии». Он указал, что «исправления в документах не свидетельствуют об убийстве, а о том, что его желали оформить мертворожденным, но оформить его мертворожденным желали врачи роддома №4, а не Сушкевич, которая никакого отношения к этому учреждению не имела».

Адвокат Елены Белой Тимур Маршани выразил мнение, что «оговор (его подзащитной.— “Ъ”) совершен под давлением органов предварительного следствия». «Шприц не найден, ампула тоже. Прямых улик, доказательств убийства ребенка Элиной Сушкевич и Еленой Белой не найдено. Мы полагаем, что нужно внимательнее относиться к фактам, представленным в суде»,— сказал господин Маршани.

«Установлено, что смерть ребенка наступила от введения 10 мл сульфата магния,— напомнил адвокат.— Это огромный шприц, размером с новорожденного. Это немыслимо».



Защитник Елены Белой Михаил Захаров заявил, что, хотя сторона обвинения заявляет, что Елена Белая дала указание ввести сульфат магния ребенку, «но эта фраза не была произнесена ни одним свидетелем». «На записи совещания нет указаний на совершение убийства. Белая высказывала недовольство действиями сотрудников»,— сказал он.

Во второй день прений в суде вновь выступали стороны обвинения и защиты, а затем подсудимым дали последнее слово. Елена Белая заявила, что «версия событий 6 ноября 2018 года, предложенная гособвинителем, не соответствует действительности». Елена Белая принесла «извинения за медпомощь», которая «не выдерживала никакой критики».

«Я пришла на работу, и мне доложили, что родился тяжелый ребенок,— рассказала она.— Мы знаем, что при таком низком давлении это была терапия отчаяния. Никто не доложил, что ребенок стабилен. Никто не донес информацию до мамы, какими могут быть исход и риски. Я решила сказать ей правду. Я сказала, что все плохо, прогнозы плохие, может быть смерть. Только я разговаривала с семьей, и весь негатив, горе и боль легли на меня».

Она заявила, что никаких указаний Элине Сушкевич не давала. А Элина Сушкевич, которая ранее неоднократно сообщала, что не вводила ребенку сульфат магния, пояснила, что вообще «не связана со статистикой». «Нас не наказывают за количество умерших детей»,— сказала она. По словам врача, она сделала все возможное, чтобы стабилизировать состояние ребенка, которого до ее приезда в роддом «не лечили, а у него было кровотечение».

Что касается записей в документации ребенка, которые были изменены, то она отрицает, что имеет к ним отношение. «Записи, которые я делала в листе осмотра, оставила в роддоме — их нет в истории ребенка. Низкое давление и кровотечение привели к критическому состоянию»,— сказала она. Элина Сушкевич попросила присяжных вынести ей оправдательный приговор: «За свою практику я не допускала, что можно причинить смерть пациенту. Я оказывала всю помощь. Недоношенность и незрелость привели к смерти ребенка. Это подтверждается материалами дела». После чего присяжные удалились для вынесения вердикта. Они вернулись в 21:35 (по московскому времени). Судья поставили перед ними семь вопросов, первый был сформулирован так: «Доказано ли, что в роддоме №4 недоношенному младенцу Ахмедову был введен препарат "Магния сульфат", вследствие чего он скончался?» «Нет, не доказано»,— посчитали присяжные. После такого ответа все следующие вопросы отпали сами собой.

Судья заявил, что Елена Белая и Элина Сушкевич "считаются оправданными". Он постановил освободить их из-под домашнего ареста. Как передает Klops, «Елена Белая поблагодарила участников процесса, Элина Сушкевич расплакалась в зале суда».

9 декабря, за день до вынесения вердикта присяжными, президент Национальной медицинской палаты Леонид Рошаль заявил в Twitter, что присяжным будет «непросто вынести обоснованное решение», так как «судья не дал слова ни одному представителю профессионального сообщества со стороны защиты обвиняемых». А Российское общество неонатологов опубликовало свою позицию в открытом письме с мнением экспертов, которые «не согласились с доводом экспертизы и обвинением во внутривенном введении пациенту сульфата магния». Неонатологи заявили, что «произошла путаница», уровень магния в органах ребенка превышен не был, а следствие руководствовалось нормами концентрации этого элемента для взрослого человека. «Мы полагаем, что обвинение Элины Сушкевич ошибочно»,— написали они. Неонатологи также обращались к главе СКР Александру Бастрыкину, заявляя, что «факты на самом деле доказывают невиновность врача-неонатолога Элины Сушкевич». «Мы надеемся, что ваши сотрудники сделали все возможное, чтобы обвинение Элины Сушкевич и Елены Белой стало не очередным “делом врачей”, а делом защиты чести и достоинства всего неонатологического и врачебного сообщества России»,— говорилось в обращении. Также в защиту Элины Сушкевич активно выступают мамы детей, которым раньше помогла реаниматолог, а врачи в соцсетях меняли юзерпик на фотографию Элины Сушкевич с надписью «Я/мы Сушкевич».

Валерия Мишина, Мария Литвинова, Александр Черных


Комментарии
Профиль пользователя