Коротко

Новости

Подробно

10

В стеклах машин

Мотив дороги и образ автомобиля на картинах Виктора Цоя

Журнал "Коммерсантъ Автопилот" от , стр. 78

Вроде бы тридцать лет прошло, но спроси сегодня любого: «Кто такой Цой?» – тебе удивятся в ответ: «Как кто? Музыкант, автор песен, группа „Кино", не знаешь, что ли?». Все это так. Однако о том, что легендарный рокер за свою короткую жизнь успел проявить себя и как талантливый художник, не знают не только сегодняшние пятнадцатилетние, подбирающие на гитаре аккорды «Пачки сигарет», но и те, кто «росли» на его песнях. Сегодня же у нас появилась возможность узнать именно Цоя-художника. В чьем творчестве тема дороги и автомобиля занимала значительную часть.


Наталья Афанасьева


Первая персональная выставка Виктора Цоя состоялась этим летом в петербургской KGallery. На ней были представлены ранее не экспонировавшиеся графические и живописные работы так называемого московского периода, сделанные Цоем в конце 1980-х, а также авторские поляроиды и его личные вещи из коллекции Натальи Разлоговой. Куратором выставки стал писатель и художник Дмитрий Мишенин, участник арт-группы Doping Pong. Он был одним из первых, кто еще десять лет назад увидел картины и вещи, представленные на выставке.



Капсула времени


«Коллекция абсолютно уникальна тем, что донесла до нас не только художественные произведения, но и быт, и творческую атмосферу мест обитания Виктора Цоя, где он жил и творил последние годы, с 1987-го по 1990-й. Это были московская квартира в районе Беляево и дача в латвийском местечке Плиеньциемс, – рассказывает Дмитрий Мишенин. – Двадцать лет этот архив лежал нетронутым по причинам глубоко личным и поэтому превратился в такую „капсулу времени". Которую я бы сравнил с историей творений Уорхола – тот упаковывал личные вещи в коробки, архивируя собственную жизнь для будущих исследователей его творчества. Но в случае с Цоем это получилось, разумеется, не специально».

Действительно, только спустя десятилетия после трагической аварии Наталия Разлогова, подруга и спутница Виктора, смогла найти в себе силы распечатать коробки, в которые когда-то сама сложила личные вещи Цоя. Одежду, так знакомую всем по фотографиям и видеозаписям. Кассету с песней «Атаман». Двухкассетник, на который и была сделана эта аудиозапись. Коллекцию моментальных фотографий вместе с фотокамерой Polaroid, на которую снимал Виктор. Его фломастерные рисунки вместе с фломастерами и живописные холсты вместе с красками, которыми они были написаны. Архив Наталии Разлоговой – самая полная на сегодняшний день коллекция графики и живописи Цоя.

В последние месяцы жизни Виктор Цой рисовал машину, дорогу, себя за рулем, будто предчувствуя свою судьбу.

Дмитрий Мишенин узнал о существовании этой «капсулы времени» от самой Наталии. И как художника его, конечно же, заинтересовала именно та часть архива, в которой Виктор Цой представлен как художник. После разбора коробок и ему, и Наталии стало понятно, что перед ними – готовая выставка.

Удивительно, но переговоры со многими галереями и музеями ни к чему конструктивному не приводили – отказ был получен даже от музея современного искусства Эрарта. Но все же подходящее место было найдено, и вслед за петербургским вернисажем более масштабная выставка должна состояться в ближайшее время уже в Москве.

«Виктор Цой давно занял свое место в истории рок-музыки и кинематографа. Теперь, когда о его роли художника узнала широкая общественность и его творчество нашло своего зрителя, вопрос времени – как скоро в массовом сознании Цой-художник будет равен Цою-музыканту и Цою-актеру».

Не кончится лето


Виктор Цой. Поляроид картины «Дорога». 1990. Фотодокументация В. Цоя

«Все, кто близко знал Виктора Цоя, вспоминают, что он как сел впервые за руль, так и стал гонять, – рассказывает Дмитрий Мишенин. – При этом Цой не без иронии нередко цитировал Лао Цзы и его „Дао". Идея Пути была ему не чужда. Оригинальность мышления Цоя выражена даже в его влечении к автомобилям. Согласитесь, мало кому из нас дорога навевает мысли о даосизме. По всей видимости, Виктор в шоссе усматривал всегда нечто мистическое и сюрреальное. Поэтому появление визуальной темы Пути и Дороги в творчестве Виктора предначертано его философией, а впоследствии и судьбой. Абсолютно ясно, что Дорога – символ путешествия в мире Виктора Цоя. Причем путешествия в одну сторону. Машина – это финальная деталь этого путешествия. Технологический Харон, перевозящий героя через разноцветное пространство реки Стикс в Потусторонний мир, который выглядит как неоновый ночной город».

Впервые мотив дороги и автомобиль появляются в работах Цоя в 1988 году на картинах «Колхозница» и «Фантом». На первой – женщина в косынке, сидящая за рулем, ведет свой автомобиль сквозь абстрактно размытое пространство. На второй будто бы присутствует сам Виктор, точнее, как бы его призрак, расположившийся на пассажирском сиденье и смотрящий на абстрактный пейзаж за окном.

В том же 1988 году появляется работа на целлофане «Лабиринт», где мир изображен в виде примитивной компьютерной игры, в которой по разные стороны городского пейзажа находятся силуэт автомобиля и легкоузнаваемый силуэт самого Цоя. Где-то должна произойти их неминуемая встреча.

Сохранился поляроидный снимок Виктора Цоя за рулем автомобиля – он обвел себя на нем черной рамкой. На самом деле это – лишь техническая деталь, таким образом он выделил композицию для своей будущей картины, но уже через год это будет восприниматься как предсказание судьбы.

«Виктор Цой оказал непосредственное влияние на такие арт-объединения, как „Новые художники" и „Новая Академия". Достаточно увидеть несколько картин, например „Полет" и „Новый мир", чтобы понять, где именно в 1990 году зародилось такое направление, как „неоакадемизм", и кто действительно был его родоначальником. Будущие „новые академики" только повторили за Цоем его находки».

Сегодня и сейчас


Среди других работ Цоя – автопортрет на пластиковом пакете, где за лобовым стеклом разлилась все та же психоделическая абстракция, а также холст «Мегаполис», созданный по мотивам модного в 1980-е документального фильма «Коянискацци».

«Последняя картина Цоя – „Дорога", где он едет по ночному городу, утопающему в неоновых огнях, – рассказывает Дмитрий Мишенин. – Абстракция ушла. Герой увидел, что находится за лобовым стеклом, и бесстрашно въезжает в этот потусторонний неоновый город на полной скорости. То, что эта картина была последней, сообщает нам цвет красок, оставшихся в баночке из-под черной икры, которую художник использовал как палитру и которая сохранилась до наших дней. Это была весна 1990 года».

«А то, что спустя несколько месяцев жизнь Виктора Цоя оборвалась за рулем автомобиля, – продолжает Дмитрий, – делает эту финальную картину действительно пророческой. В момент автокатастрофы Виктор слушал в магнитоле кассету своих коллег по питерскому андеграунду – „Новых композиторов". И звучал трек „Именно сегодня и именно сейчас". И этот факт находится уже за рамками любых случайных совпадений. Когда это было установлено, все произошедшее приобрело форму законченной киноленты со своим специально подобранным саундтреком. И окончательно превратило жизнь Виктора Цоя в кино и легенду».

«Выставка состоялась не только как память о замечательном художнике Викторе Цое, но и как восстановление исторической справедливости – необходимо было рассказать широкой публике о его роли в художественной жизни страны тех лет».

Комментарии
Профиль пользователя