Коротко

Новости

Подробно

Фото: Екатерина Еременко / Коммерсантъ   |  купить фото

«Сейчас что-то перевернется возле Байкала, и что тогда?»

Врио главы Иркутской области Игорь Кобзев рассказал “Ъ”, нужны ли на губернаторских выборах навыки спасателя

от

Врио губернатора Иркутской области Игорь Кобзев ответил на вопросы корреспондента “Ъ” Андрея Винокурова о том, считает ли он себя «варягом», о том, удается ли ему договариваться с местными политическими и деловыми кругами, и о том, пострадает ли Байкал от новых железнодорожных проектов.


— Вы говорили, что до последнего момента не знали, в какой попадете регион. Иркутская область все-таки сложный регион. Вы не ужаснулись, когда узнали? И когда это произошло? Прямо на встрече с президентом?

— Конечно. На встрече с президентом, он принимает решение. Мне сказали: «Игорь Иванович, мы за вами давно наблюдаем, мы видим ваши соответствующие качества, способности, мы предлагаем вам поработать в другом месте на другой должности, вы согласны?» И я, как военный человек, воспринял это как приказ. Хотя мне было и отрадно его получить. Я ответил: «Есть, разберусь, не подведу». А на следующий день отправился в Иркутск, и через день уехал в Тулун.

— Буквально за день вам сказали, что вам надо в Иркутск — то есть система построена так, что даже отказаться нельзя: сказали, что губернатор, и все.

— Я еще раз говорю, что в системе государственного управления это считается поощрением. Военное управление — один из видов государственного управления. Это было решение президента. Я не знаю, как это все состоялось. Я понимал, что область была в негативном фокусе, в том числе из-за лесных пожаров и наводнений. Но все эти вопросы связаны с компетенцией МЧС.

— Среди политологов есть такое понятие «губернатор-варяг» — так называют руководителей, которые не имели до этого связей с регионом. Вы сами как оцениваете практику назначения «варягов»?

— Когда я сюда приехал, я услышал о губернаторе Ножикове, Юрии Абрамовиче (первый губернатор Иркутской области, 1991–1997 годы.— “Ъ”). Когда я наводил мосты, я встречался с новыми коллегами, все очень хорошо о нем отзывались. Но он сам варяг! Родился в Ленинграде, работал на многих объектах. Он государственный человек. Наверное, тема «варягов» искусственно раскручивается. Для большинства людей родина — это вся Россия. Например, мы сейчас будем строить Суворовского училище, иркутские дети туда поступят, а когда выпустятся, уедут защищать родные просторы, например, в Архангельск. Они тоже будут варяги?

— Ну, они-то по военной линии...

— А какая разница? Родина одна. Для меня малая родина — Воронежская область, а проходил службу я в Самарской области, это тоже часть моей истории. Я там рос по службе, знакомился с людьми, с кем я до сих пор переписываюсь. И с Московским регионом у меня связана своя история. Но уже и здесь, в Иркутской области, у меня появилось много друзей, которые меня поддерживают, а я рад, что судьба свела меня с ними. Сибирский регион удивительный, тут два крупнейших объекта мирового природного значения — сибирская тайга и Байкал. Сегодня и я, и моя семья становимся жителями Иркутской области. А само слово «варяг» — мне кажется, от него какой-то негатив идет.

Ножиков немножко успел здесь поработать до губернаторства, возможно, поэтому он считался своим.

— Смотрите, я был в Братске, в Усть-Илимске. Все эти города строили «варяги». Они приехали по комсомольской путевке и строили эти города. Они сделали историю Иркутской области, создали промышленный потенциал, ценный для Сибири и для всего российского государства. Я вижу здесь манипуляции. Говорят — вот, назначенец не будет защищать. Как не буду? Здесь моя семья живет!

— Ваши оппоненты упирают именно на то, что вы назначены федеральным центром. Если оттуда позвонят и скажут — надо повысить тарифы на электроэнергию,— то вам придется повышать.

— Так сейчас все идет наоборот! Я прошу: помогите с Усольехимпромом! Никогда субъект не справится с этой экологической бомбой сам. Никогда субъект не справится с Байкальским целлюлозно-бумажным комбинатом. Никогда субъект сам не справится даже со строительством Суворовского училища. Сегодня я прошу постоянно: помогите с тем, чтобы сегодня возобновить разговоры по созданию магистрального газопровода Ковыкта—Саянск—Иркутск. Это же удобно для людей будет. А надо еще заводы создавать. Например, у нас минеральных удобрений нет, мы их покупаем в Кемеровской области за большие деньги. Я приезжаю, и мне рассказывают: здесь был колхоз-миллионер, а теперь здесь брошенные поля… Нужно создать условия, чтобы область работала не на одной только нефтяной игле. Моя задача не просто какие-то планы нарисовать на пять лет, а за два года все подтолкнуть. Дальше само пойдет. Как сейчас запустим рекультивацию на территории Байкальского ЦБК, так жители уйдут от этой проблемы и вернутся к тому, что можно свободно жить и зарабатывать и повышать свой уровень благосостояния. Взаимодействие с федеральным центром только на руку — он помогает. Сюда приезжают министры, и это очень хорошо — их четыре года здесь не было, регион был вне федеральной повестки.

— То есть вы, вообще говоря, сторонник назначения эмиссаров федерального центра, которые смогут договариваться?

— Скорее, выстраивать взаимодействие. Жителю любого региона все равно, за какие деньги построят школу, за какие деньги построят дорогу, больницу. Ему главное — чтобы это построили. Тогда не будет и оттока населения. А говорить, что мы снабжаем ресурсами чуть ли не все соседние регионы, недостаточно. Можно, например, проводить лесозаготовки и отправлять за рубеж просто необработанный продукт. Но это сразу разбивает дороги. Не лучше ли создать полную переработку на месте, чтобы малый и средний бизнес сразу же подключились? Я думаю, мы должны в составе Российской Федерации выстроить так взаимоотношения, чтобы у жителей улучшалось качество жизни. Тогда жителям все равно, кто губернатор.

«Мне не надо отжимать их бизнес, он мне не нужен»


— А почему федеральные министры четыре года не приезжали?

— Наверное, не было инициативы снизу. Я же приглашаю, звоню. Любому министру могу позвонить и сказать: слушайте, у нас проблема. Вот недавно у нас был замминистра здравоохранения Олег Салагай, он сам из Иркутска. Я ему говорю: Михаил Альбертович (министр здравоохранения РФ Михаил Мурашко.— “Ъ”) нужен здесь. И министр приезжает. Чем больше министры вникают в проблемы территории, тем опять же лучше для населения. Мы можем выстроить взаимоотношения, найти способы строительства больниц. Остро стоит проблема инфекционной больницы: можно ее построить на областной бюджет, но дальше придется сворачивать все программы. А можно войти в федеральную программу, получить федеральное финансирование при нашем софинансировании. Для жителей это будет лучше. Но есть определенные требования: для софинансирования нужны собственные средства, поэтому речь и идет о коммерческих кредитах.

Хорошо, а выборы тогда зачем? Есть назначение, есть возможность решать все вопросы с федеральным центром.

Подождите, жители сейчас выбирают — пусть выбирают. У нас самые конкурентные выборы, заметьте.

Но все уже понимают, что если победит кто-то из оппонентов, то вряд ли министры будут и впредь сюда приезжать.

— Нет. На выборах кандидат в губернаторы должен сказать избирателям, как они будут жить дальше пять лет. Вот кто-то скажет: Игорь Иванович накопил долги, а что делать дальше, не знает. Придется доказать управленческий опыт. Он есть не у всех кандидатов, но если ты идешь на выборы, то ты должен нести персональную ответственность за каждый день своей будущей работы. И избиратель должен оценивать твои качества. Выстраивание отношений с другими губернаторами, министрами — это зависит от твоих инициативных качеств. Каждый губернаторский срок должен иметь результат. В народе навсегда останется, что сделал один губернатор, второй, третий. И каждое должностное лицо, которое станет губернатором, должно сразу об этом думать и доносить до избирателей свою программу.

— Некоторые иркутяне говорят, что если отделиться от Российской Федерации, то за счет богатств края можно самим выжить.

— Не выживут они, их раздирает внутриэлитная борьба.

— Иркутская область считается одним из самых сложных регионов в том числе и из-за внутриэлитной борьбы. Как вас вообще встретили, удается ли наладить контакт?

— Встретили настороженно, конечно. Были истории, когда местные элиты делали в том числе и историю выборов, мы это знаем. Думаю, здесь надо выстраивать хорошие взаимоотношения, каждый должен видеть результат. Вот ко мне строители пришли и говорят: «Игорь Иванович, мы понимаем, мы строители, те, кто должен двигать вперед развитие области. Обратите внимание на дома 335-й серии». Я их услышал. Мы взяли пилотный проект в Ангарске, дом этой серии, мы его сейчас расселяем, делаем техническое освидетельствование фундамента. Моя задача показать результаты экспертным организациям и войти в федеральную адресную программу, чтобы провести обследование фундаментов более 1300 домов: строители сомневаются, что эти дома безопасны, учитывая сейсмическую активность.

— Они хотят реновацию?

— Они, конечно, хотят реновацию. Для них это возможность удачно встроиться в реализацию серьезного проекта по созданию нового облика этих районов. Мы начинаем с Ангарска, уже заказали мастер-план в «Дом.рф». Ждем сейчас его окончательного утверждения, в том числе и с помощью и законодательных органов власти. И если все получится, то пойдем по этому пути.

— Есть два строителя, Александр Битаров и Алексей Красноштанов. Считается, что именно они обеспечили поражение Сергея Ерощенко на выборах 2015 года. Вас они вроде поддержали. Как удалось договориться?

— Поверьте, здесь история другая. Я не бизнес-партнер для них. Я государственный человек, у меня нет ни бизнес-интересов, ни родственников в бизнесе. Я работаю по-государственному. Когда выстраивались наши взаимоотношения, я сказал: коллеги, я вас поддержу, но качество строительства за вами, сроки не должны быть нарушены, вы должны понимать, что у вас единственная удачная возможность войти в федеральную повестку. Все остальное — утопия. Если это плохо — я говорю, что это плохо. Думаю, их такой прагматичный подход устроил. Мне не надо отжимать их бизнес, он мне не нужен. Мне нужно, чтобы Иркутская область стала стабильным, но динамично развивающимся регионом. И заметьте, сейчас очень много компаний, в том числе и Сбербанк там, ВЭБ, ВТБ, они все уже заинтересованы в участии.

— Допустим вы избрались. Через пару лет выборы в заксобрание. Придут к вам те же застройщики и скажут: «Мы либо сейчас проведем всех ваших оппонентов, и вы с этим заксом ничего не сделаете, либо вот в этом проекте нам нужна цена за квадратный метр выше, чем сейчас заложено».

— Я так скажу: если такие люди придут, то они бесшабашные. Все свои отношения я буду выстраивать не в интересах элит, а в интересах жителей. Любой строительный вопрос мы будем рассматривать с точки зрения комплексного развития территории. Будут вырабатываться понятные правила игры. И в любом случае, если будет инфраструктура вся подведена, то, думаю, любой застройщик скажет спасибо. А когда он одиночный дом там построит, еще не известно, как он будет продаваться, если люди будут спрашивать, где парковка, где школа ближайшая, где магазин и лечебное учреждение?

— Вас критикуют за наращивание госдолга.

— Ну, любая нормальная семья берет кредит. Мы покупаем машину или еще что-то — так и здесь. Я расходую или на безопасность, или на развитие. Есть нацпроект, но нам нужна еще школа. Можно еще одну школу за счет себя построить за 90 млн, но у нас есть показатели. У меня самого ребенок идет в первый класс, мне жена позвонила: 35 человек в классе. Мы к 2025 году должны на односменку перейти, а здесь, в Иркутской области, для этого надо более 60 школ построить. Сможет ли другой кандидат это сделать? Если он говорит «да» — это очень хорошо. Я сам буду аплодировать. А как он это сделает? Нужно или идти на кредитное финансирование, или заручаться поддержкой федерального центра. Или безопасность: вот временные дамбы, которые мы построили в Тулуне. Мы вложились в безопасность, дамбы выдержали летний паводок, и сегодня население не страдает. Когда я первый раз приехал и встречался с жителями затопленных территорий, у них была одна просьба: «Сделайте так, чтобы наводнений больше не было. Сделайте так, чтобы мы не боялись». Факт — упрямая вещь. Сегодня те дамбы, которые мы построили, выдержали! Но надо, как это принято в МЧС, думать на три шага вперед. Есть затратные проекты, но их нужно делать. Можно, конечно, не брать кредиты, сидеть в домике и говорить: ну, не получилось, денег у меня нет. А я рискнул! И буду дальше рисковать. Кто не работает, того не критикуют. Я думаю, что у нас есть предел в районе 31 млрд, когда Минфин запретит дальше кредитоваться. Мы не будем допускать этого.

«Вот это и есть конкуренция»


— Вы идете на выборы самовыдвиженцем — почему не от «Единой России»? Так или иначе, это ваша основная опора в заксобрании.

— Я же военный человек, я беспартийный. Я только давно был воспитанником Коммунистической партии Советского Союза и комсомольцем. Сегодня мне кажется, что все — и «Единая Россия», и коммунисты, и ЛДПР, и «Справедливая Россия», и «Гражданская платформа» — все они вместе опора. Там есть очень много хороших профессиональных людей. Им всем нужен объединяющий фактор. Я как раз и думаю, что проблема Сергея Левченко была в том, что он делил всех на красных и не красных. А для меня все они одинаково жители Иркутской области.

— Добиваться большинства единороссов в парламенте не планируете?

— Пусть жители сами изберут. Изберут «Единую Россию» — пусть с ней и работают. Партия сама здесь уже должна работать, как я сейчас делаю, в том числе и в ущерб личному времени. И я думаю, что это будет отмечено со стороны жителей, если у «Единой России» будут какие-то свои направления, у КПРФ — свои. Вот это и есть конкуренция.

— Но «Единая Россия» поддерживает самовыдвиженцев, представляющих федеральную власть. Все говорят, что самовыдвижение — это просто попытка избавиться от антирейтинга ЕР.

— Я так скажу: я все-таки хотел бы увидеть, как сама партия поработает. Она не должна быть заавансирована. Она должна выстроить хорошую, правильную политику в отношении жителей. Думаю, что жители должны сами определять, я за это.

Вам заксобрание не дало Дмитрия Бердникова назначить первым заместителем, но вы все равно от него не отказываетесь. Вы потом выясняли, почему так произошло? Это элиты вас пытались проучить?

— Мне важен результат. Сегодня Дмитрий Бердников, имеет хороший управленческий опыт работы мэром города Иркутска. Многие жители его поддерживают. Он мне нужен в том числе для того, чтобы он свой управленческий опыт применил на пострадавших от наводнения территориях. И сегодня я вижу результат.

Если он справляется, а вы изберетесь, вам опять придется проводить его кандидатуру через заксобрание после выборов. И что скажет та же ЕР?

— К тому времени мы обязательно проведем необходимые встречи и консультации и найдем компромиссное решение. Если вопрос по Дмитрию Викторовичу Бердникову будет рассмотрен положительно, я думаю, мы сможем договориться.

— А с Сергеем Левченко будет взаимодействовать?

— Я недавно с ним виделся в музее. Мы поздоровались, если у него будет желание, то я готов. Я уже говорил ему: вы мне можете все рассказать, может быть, у вас действительно есть хорошие идеи, которые я дальше смогу реализовывать. Я ни от кого не отказываюсь, я открыт.

— Вы сказали, что со всеми партиями хотите быть в контакте. А с Михаилом Щаповым общались, пытались выстроить отношения?

— Мы встречались, как и со всеми депутатами Госдумы. Я думаю, они уважаемые люди, раз их избрали, и сегодня у меня нет ни к ним никаких вопросов. Это его решение, он хочет стать губернатором. Я думаю, здесь важно, чтобы уже после того, как все состоится, мы могли прямо посмотреть друг другу в глаза. Я считаю, что сегодня не должно быть грязи, люди должны сами определиться, они просто устали от этой грязи. Он депутат Госдумы, кто-то — депутат заксобрания, все равно они государевы люди, и я государственный человек. Я думаю, что здесь должна быть политическая культура. Она должна быть в духе состязательности, народ должен увидеть светлое что-то в будущем, что за пять лет изменится.

«Это хорошее решение — и модернизация, и безопасность экологическая»


Ваши оппоненты боятся, что ради федеральных проектов железнодорожного строительства вы можете согласовать решение, способное нанести урон Байкалу.

— Мои коллеги-оппоненты писали про сплошные рубки. Но какой результат? Закон, изменяющий правила природопользования, на федеральном уровне все равно приняли. А мы сейчас с РЖД заключаем соглашение, что по каждому участочку будем определять, где сплошные рубки, а где нет. Там строят канализационно-очистные сооружения, они нужны? Нужны. Они берут на себя лесовосстановление: вырубают 40 гектаров, 80 высаживают. Это же нормальное, хорошее, компромиссное решение. И модернизация, и безопасность экологическая. Баланс-то есть. Можно конечно, сказать: я против. Но у нас сама магистраль железнодорожная требует модернизации, там проезжают составы с цистернами с опасными отходами. Сейчас что-то перевернется возле Байкала, и что тогда? Мы подпишем меморандум с РЖД соглашение о том, что будем тщательно детализировать такие вопросы. Мы вместе: председатель правительства Иркутской области, руководитель Восточно-Сибирской железной дороги, руководители экологического и научного сообществ. Но это необходимо. Ведь по сути Запад нас аккуратненько кидает, мы переходим на восток, где у нас заказов в тысячу раз больше. Но мы пока просто пропускную способность не можем обеспечить: ни уголь отгрузить, ни нефть. К тому же эти проекты связаны с созданием рабочих мест.

— А что с энерготарифами все-таки? Повышать не будете?

— Слухи о повышении энерготарифов — это манипуляция. К этому нет даже никаких предпосылок. Модернизация — да, но не повышение тарифов. А там посмотрим. Может, за счет областного бюджета, за счет федеральных программ ее будем проводить. Повышать тарифы будем только на инфляцию. О том, чтобы выше, нет никаких разговоров. Жители заслужили это, повысить тарифы это — просто их предать.

— Вы с Сергеем Кириенко общаетесь?

— С Сергеем Владиленовичем? Ну как общаюсь: общался, когда меня согласовывали. Я не знаю такого слова «общаться». Я попросил единственное донести до президента тему сплошных вырубок. Я все объяснил, меня поддержали, и президент потом сказал: это нормальное решение, закон принимаем, но реализация будет в рамках отдельного соглашения. РЖД берет на себя все социальные обязательства по согласованию с Иркутской областью.

А Сергей Чемезов на вас не выходил? Некоторые считают Иркутскую область территорией его интересов.

— То же самое. Я поздравлял его с днем рождения, у нас очень много проектов. Мы заказали много ИВЛ, и думаю, что в ближайшие месяцы все контрактные обязательства исполним. Для нас это важно. Думаю, что «Ростех» — это важный стратегический партнер. Для меня нет плохого партнера, для меня важен результат. Я и в «Росатом» зашел, конечно. Мы сегодня с ним в рамках концессии строим радиологическую лабораторию.

Комментарии
Профиль пользователя