Нил делят на троих

Египет, Судан и Эфиопия после трехмесячного перерыва возобновили переговоры о строительстве крупнейшей в Африке ГЭС «Хыдасе», ставшей предметом спора между тремя странами. Каир и Хартум опасаются, что новая плотина на эфиопской части Нила лишит их необходимых водных ресурсов и это больно ударит по экономике. В прошлом году Москва была готова стать посредником между сторонами конфликта, однако ее опередил Вашингтон. Впрочем, успеха США не добились: подписание трехстороннего соглашения сорвалось в последний момент. Теперь времени на поиск компромисса почти не осталось. В июле Эфиопия планирует приступить к заполнению водохранилища ГЭС вне зависимости от итогов переговоров.

Первые с февраля переговоры между министрами водных ресурсов Египта, Судана и Эфиопии о будущем ГЭС «Хыдасе» состоялись во вторник вечером в режиме видеоконференции. Перед началом встречи Каир настоял на жестких временных рамках для переговоров. Предполагается, что они завершатся к 13 июня. Египет надеется, что к этому моменту должно быть достигнуто соглашение о совместном контроле над заполнением водохранилища и эксплуатации ГЭС.

Каир требует отказаться от этих планов до решения всех спорных вопросов. Среди них — сроки заполнения водохранилища. За пять лет переговоров назывались разные цифры: от трех до семи лет — по мнению Эфиопии, от семи лет до 21 года — по мнению Египта.

«Хыдасе» в переводе с амхарского языка означает «возрождение». Полное название сооружения — «Плотина великого возрождения Эфиопии», и это неслучайно. На ГЭС у эфиопского правительства большие планы. Сейчас доступ к электроэнергии есть примерно у 45% населения. Новая ГЭС в полтора раза мощнее, чем все ныне работающие электростанции страны. В Египте и Судане, напротив, опасаются, что запуск ГЭС и быстрое заполнение водохранилища, не ограниченное никакими дополнительными условиями, могут обернуться для них трагедией: засухой, перебоями в работе Асуанской ГЭС и, как следствие, снижением производства электроэнергии, потерей урожая и рабочих мест. По подсчетам экспертов, только в Египте речь идет о 1,5 млн потенциально безработных. Кроме того, Каир не хочет смириться с тем, что больше не может распоряжаться водными ресурсами Нила единолично.

Начало строительства ГЭС совпало с «арабской весной» в Египте. Первое время Каиру было не до споров, хотя претензии и даже угрозы в адрес Аддис-Абебы все равно звучали. Хартум оказался между двух огней и пытался выступать в качестве примиряющей стороны, не забывая о своей выгоде. Так, тогдашний президент Судана Омар Башир договорился с Эфиопией о поставках суданцам электричества после запуска ГЭС. В 2015 году три страны подписали в Хартуме декларацию, в которой провозгласили принцип «равноправного и разумного использования ресурсов Нила без причинения вреда окружающей среде и нанесения ущерба экономическим интересам прибрежных государств». Однако технические детали, включая сроки заполнения водохранилища, так и остались неурегулированными. К 2017 году переговоры зашли в тупик.

В октябре 2019 года Вашингтон с подачи Каира пригласил представителей трех стран провести переговоры в США. Американское предложение было обнародовано накануне саммита Россия—Африка в Сочи, в рамках которого прошла встреча президента Египта Абдель Фаттаха ас-Сиси и премьер-министра Эфиопии Абия Ахмеда. За несколько дней до этого между ними чуть не вспыхнула ссора. Каир выразил недоумение в связи с заявлением господина Ахмеда о том, что Эфиопия «мобилизует миллионы, чтобы противостоять враждебным силам», если придется вести войну за плотину. Личная встреча сняла все вопросы. По итогам переговоров было объявлено о возобновлении работы технической комиссии. Удачное завершение встречи на российской площадке вызвало вопрос: не собирается ли Москва посредничать в урегулировании проблемы ГЭС «Хыдасе». По словам пресс-секретаря президента РФ Дмитрия Пескова, Владимир Путин говорил в ходе сочинского саммита о «возможностях России» по содействию в урегулировании спорных вопросов, если это будет востребовано. Но очевидно, что к тому моменту вопрос о посреднике уже был решен.

Консультации при посредничестве американских дипломатов и содействии Всемирного банка продолжались почти четыре месяца. Подписание соглашения должно было состояться в конце февраля в Вашингтоне. Но египтянам пришлось парафировать документ в одиночку. Эфиопская сторона заявила, что ей нужно дополнительное время для согласования текста внутри страны. Суданцы в этой ситуации решили не приезжать. Переговорный процесс был остановлен.

Суданские СМИ также сообщили о развертывании в районе плотины российских зенитных ракетно-пушечных комплексов «Панцирь-С1», поставленных в Эфиопию в прошлом году. Публикации появились на фоне столкновений в районе эфиопско-суданской границы в конце мая, когда погибли несколько человек. Конфликт не был связан с плотиной, но возникли опасения, что он может помешать возобновлению диалога.

Однако здравый смысл все же возобладал, стороны вернулись к переговорам. Правда, от своих позиций никто не отступил. Каир настаивает, что будущие договоренности должны базироваться на документе, разработанном при поддержке США, и до решения всех споров требует от Аддис-Абебы воздержаться от заполнения водохранилища. Эфиопия же по-прежнему считает, что диктовать ей никто не может.

Еще в начале июня Москва подтвердила свою позицию: проблему плотины следует решать «в рамках действующих механизмов при соблюдении норм международного права и в соответствии с духом Хартумской декларации о принципах 2015 года».

«Россия как партнер Египта не могла промолчать по важной для него теме. Вероятно, российское предложение о посредничестве все еще в силе. Москва позиционирует себя как глобальный экспортер безопасности. Вопрос в том, готовы ли видеть Россию посредником другие»,— сказал “Ъ” эксперт РСМД египтолог Дмитрий Тарасенко. При этом он отметил, что согласованный в Вашингтоне документ был всеобъемлющим и теперь Каир не согласится на меньшее. «Однако у Египта нет рычагов давления на Эфиопию, и он нуждается в поддержке международного сообщества. Для Каира, который долгие годы был лидером в Африке, осознавать свою уязвимость и тот факт, что его соперники окрепли, весьма непросто. Вопрос, что могут сделать международные посредники, разве что угрожать Эфиопии санкциями»,— добавил эксперт.

«Когда Египет строил Асуанскую плотину, он никого не спрашивал и фактически единолично использовал воду Нила. Теперь Аддис-Абеба считает, что имеет право поступать в своих интересах, которые раньше никто не учитывал. Тем не менее переговоры неизбежны, хотя для Эфиопии было бы выгодно, чтобы эта тема поднималась международным сообществом как можно реже»,— сказала “Ъ” главный редактор информационно-аналитического ресурса «Интеграция экспертизы» африканист Анна Маслова. По ее мнению, российское заявление было «на руку Египту». «Важно направить диалог таким образом, чтобы, не подвергая сомнению суверенное право Эфиопии строить плотину, обеспечить транспарентность процесса запуска ГЭС и анализа последствий этого для соседей»,— отметила она.