Коротко

Новости

Подробно

Фото: Вячеслав Прокофьев / Коммерсантъ   |  купить фото

«Этот кризис должен пройти в течение года»

Экономист Андрей Мовчан — о прогнозах развития ситуации в стране

от

Все больше экономистов, финансистов и бизнесменов сходятся во мнении, что российские власти недооценивают масштабы коронакризиса. Экономике нужны финансовые вливания, но власть с такими решениями не спешит. Сейчас поддержка, которую государство пообещало экономике, уже превысила 5% ВВП, заявил РБК глава Счетной палаты Алексей Кудрин. У экспертов ФБК Grant Thornton оценка скромнее — 2-3%. Но и Кудрин, и экономисты сходятся в одном: этого недостаточно, потребуются дополнительные финансовые вливания на уровне еще 2-3% ВВП или 3-4 трлн руб. Так или иначе, предсказывают эксперты, грядущий кризис будет «матерью всех рецессий». Пережить его относительно без потерь можно, если государство начнет тратить деньги, говорит гендиректор консалтинговой компании Movchan Consultants Андрей Мовчан.


— По вашему мнению, сколько нужно денег вложить в экономику, чтобы кризис не ударил так сильно, как прогнозируют?

— Этого на самом деле никто не знает, просто потому, что мы не знаем, как будет развиваться кризис. Если принять за данность сегодняшний прогноз, что эпидемия пойдет на спад к концу апреля, и мы сможем открывать карантин и выпускать людей, заниматься своим привычным делом уже к концу мая, то денег потребуется не так много — это всего лишь 1/6 года. И даже если бы нам пришлось заместить собой выпадающие доходы у более чем половины населения за 1/6 часть года, все равно дополнительная поддержка не превысит где-то 2-3 трлн руб. Но все, конечно, понимают, что кризис будет значительно более сложным структурно, и карантины будут не такими короткими, возможно, придется сделать карантин веерным, возможно, придется сделать второй карантин в Москве, а, может быть, даже и третий.

И даже после карантина сохранится еще достаточно много проблем в экономике в связи с тем, что потребительские паттерны будут восстанавливаться далеко не так быстро, и компании, которые за это время успели остановиться, не смогут так быстро начать работать.



Мы в свое время вместе с Центром Карнеги, да и отдельно подсчитывали в течение марта, во сколько это может обойтись экономике, и получается от 10% до 20% ВВП. Соответственно, меры поддержки должны составить где-то от 5% до 10% ВВП, то есть от 5 до 10 трлн руб. И в то же время вот то, о чем говорит сейчас Кудрин, о 5%, мы просто не видим, где они находятся — может быть, они есть в каких-то частных обещаниях, данных крупному бизнесу. Но меры официально объявленные, публичного характера далеко не приближаются к этой цифре.

— Предположим, государство выделило все-таки дополнительные деньги на поддержку экономики, куда они должны быть направлены? Что в первую очередь нужно сделать, чтобы смягчить удар?

— Это очень сильно зависит от вашего взгляда на то, какой вы хотите видеть экономику. Значительно проще отвечать на этот вопрос, скажем, в Германии, где взгляд, совершенно понятно, единый — экономика частная, поддерживать нужно частного производителя и частную инициативу. И для того, чтобы не разрушилась юридическая ткань общества, то есть просто не погибли предприятия за время кризиса, деньги надо выдавать через банки, которые это умеют, предприятиям, которые их будут дальше распределять. Разумеется, не покрывая выпадающие доходы, а в том объеме, который позволяет предприятиям выжить и выплатить минимальные суммы своим работникам, чтобы те могли прожить это время и вернуться обратно к работе.

В России все сложнее. В России малый и средний бизнес занимает всего 17% нашего и без того небольшого ВВП. И, вообще говоря, даже если половина этого бизнеса погибнет, то мы потеряем от ВВП, скажем, 8,5%. А для России потеря 8,5% ВВП — вещь привычная, мы это делаем часто. Мы от падения цены на нефть, скорее всего, потеряем не меньше. Поэтому в правительстве могут считать, что это вещь переживаемая и можно дать возможность малому и среднему бизнесу просто погибнуть, а потом заново возродиться, что, наверное, не совсем, конечно, так. Возрождаться он будет сложно. И малый, и средний бизнес — это не только рестораны или барбершопы, но и еще практически все IT-обеспечение, огромный объем ритейла и логистики.

Как предприниматели оценивают меры поддержки правительства

Читать далее

Малый и средний бизнес — это очень много разработок в добавленной стоимости, много подрядчиков крупного и государственного бизнеса. И поэтому, конечно, падение будет значительно больше, чем 8% ВВП. Но пока от правительства не слышно, чтобы они хотели пойти по немецкому сценарию, то есть дать возможность малому и среднему бизнесу выживать. Мы по некоторым косвенным данным — скажем, по потреблению бухгалтерских услуг, по быстрой логистике — видим, что закрыто уже более 50% предприятий в той или иной форме закрыто, то есть они перестали получать выручку.

Очень многие будут увольнять людей, несмотря ни на какие угрозы со стороны правительства, потому что никто не хочет остаться в итоге с долгами и с субсидиарной ответственностью, несмотря на то, что это предприятия с ограниченной ответственностью, наши законы не позволяют полностью использовать эту норму.



Поэтому мы увидим много безработных в этом секторе. И государству все равно придется этим людям платить, но только платить уже в форме для государства неудобной, логистической и не приносящей дохода в бюджет.

— Как вы считаете, можно ли согласиться с фразой, что грядущий кризис будет «матерью всех рецессий»? Действительно ли он перебьет, скажем, кризис 2008 года или, может быть, даже по своим масштабам и объему перекроет Великую депрессию 1929 года? Или нельзя сравнивать эти два явления?

— Человеческая психология так устроена, что самое страшное всегда у нас за ближайшим углом впереди. Я помню достаточно много уже кризисов разного рода. И каждый из них пытались назвать самым глубоким, самым страшным, каждый сравнивали с Великой депрессией. И этот, конечно, не исключение. При этом, я думаю, что сравнение абсолютно неуместно.

Кризис этот не экономический.



Экономика была достаточно здоровой во всем мире к моменту начала этого кризиса, она достаточно здоровой и останется, если сделать все правильно. Кризис этот достаточно короткий. Великая депрессия, если вы помните, продолжалась в течение 12 лет с улучшениями и ухудшениями. Кризис 2008 года рассасывался примерно два-три года. Кризис 2014 года в России продолжался, как минимум, три года до адаптации. Этот кризис, в общем, в течение года должен пройти. Он оставит нам экономику в том состоянии, в котором она была перед кризисом. Если только мы сами сейчас не порушим, сэкономив денег, как нам кажется, на помощи предприятиям.

Беседовал Борис Блохин


Комментарии
Профиль пользователя