Коротко

Новости

Подробно

Фото: Станислав Тихомиров / Коммерсантъ   |  купить фото

Гендерное неравенство в науке сохраняется

и даже усиливается, как показывают последние данные

от

Ученые выяснили, что мужчины и женщины публикуют в год примерно одинаковое количество статей. За последние 60 лет активного участия женщин в науке гендерные различия в публикационной активности в областях, известных как STEM, только увеличились.


С помощью данных Web of Science ученые восстановили полную историю публикационной активности более чем 1,5 млн авторов из 83 стран, публиковавшихся в 13 различных дисциплинах между 1955 и 2010 годами. Выяснилось, что в 1955 году женщины составляли 12% активно публикующихся авторов, а к 2005 году их доля возросла до 35%. В среднем мужчины на протяжении своей карьеры публиковали 13 научных статей, женщины — 10. Также было установлено, что цитируемость статей за авторством мужчин на 30% выше. Исследование было опубликовано в Proceedings of the National Academy of Sciences (PNAS).

Исследователи связывают гендерные различия в публикационной активности с тем, что женщины чаще мужчин оставляют исследовательскую карьеру. По их данным, уход из академии исследовательниц объясняет до 67% гендерных различий в публикационной активности. Ученые подчеркивают необходимость принимать меры по поддержке исследовательниц в академии на всех ступенях их карьеры. Согласно их выводам, поддержки только молодых исследовательниц недостаточно для удержания талантливых женщин в науке.

Ольга Савинская, кандидат социологических наук, академический директор аспирантской школы по социологическим наукам Высшей школы экономики, доцент департамента социологии факультета социальных наук:

— Наша история вовлечения женщин в науку несколько отличается от мировых трендов. Можно отметить довоенный период, когда проводились агитационные кампании вовлечения женщин в науку и техническое производство. Однако вместе с этим гендерные стереотипы остались уделом ежедневных практик как на производстве, так и в науке. За время советского периода женщины активнее, чем их зарубежные коллеги, включились в производство научного знания. Однако позиции их на протяжении 100 лет, когда это стало для них возможным, оставались и остаются второстепенными.

Зарплата женщин в науке на 25% ниже, чем у мужчин. В некоторых научных направлениях разрыв не так заметен и снижается до 4%. Но в целом общая картина очевидна. Это ниже, чем в среднем в экономике, но тем не менее это разрыв существенный.

В академии, как и во многих других сферах занятости, существует «стеклянный потолок». Женщины больше представлены на низших позициях в научной иерархии. Чем выше, тем их представленность ниже. Например, мы знаем, что преподавание в вузах за советское время стало «женской профессией». Сейчас порядка 60% преподавателей — женщины. Но их труд ниже оплачивается. Почему? Меньше остепененных: среди мужчин, работающих в вузах,— 14% докторов и 51% кандидатов наук. А женщин — 6% и 45% соответственно. Как следствие, только 27% женщин имеют статус профессора, доцента или старшего научного сотрудника. А среди мужчин таковых — 40%.

Женщинам сложнее продвигаться на самые высокие посты. На постах управленцев в науке и образовании женщин всего 12,8% среди руководителей институтов ФАНО, 16,3% — среди ректоров вузов Минобра и 13,3% — среди ректоров вузов Минздрава.

Исследования за 2008–2012 годы показали, что женщины на треть меньше публикуются. А вот если рассмотреть международно признанные отечественные журналы, то, как выяснилось, женщины из России публикуются в них чаще, чем мужчины.

Таким образом, инертность отношения к женщинам еще продолжает оставаться. Во многом этому способствуют гендерные стереотипы, поддержание традиционных ролей в семье, поддержание феномена «двойной нагрузки», когда женщина выполняет в доме в два-три раза больше домашнего труда, чем мужчина. Также традиционно на женщину возлагаются все обязанности по уходу и воспитанию за детьми и подростками. Все это создает неравные шансы и возможности для продвижения в карьере, полного погружения в научный труд. Вместе с тем науку женщины воспринимают как удобное место работы, поскольку это социально защищенный труд. (Хотя исследования труда в академии показывают, что женщины чаще имеют срочные договоры, нежели мужчины.) Несмотря на большие препятствия, которые есть у женщин для общественного признания их научного вклада, их роль в науке велика. Различия мужчин и женщин в восприятии мира, его функционирования и ценностей, комфортности и необходимости изменения дадут науке больше потенциала, если в науке работают смешанные, гендерно сбалансированные коллективы.


Мария Врублевская, начальник управления стратегического планирования и программ развития СПбПУ:

— Будучи участником программы глобальной конкурентоспособности проекта «5–100», Санкт-Петербургский политехнический университет Петра Великого внимательно следит за развитием научного потенциала и анализирует возможные точки роста по перспективным направлениям научных исследований. За последние пять лет мы можем констатировать увеличение вовлеченности молодых женщин-ученых в реализации научной деятельности Политеха. К примеру, недавние результаты внутреннего открытого конкурса нашего университета на выделение субсидии программы «5–100» показали высокую представленность женщин в составе исполнителей проектов. Так, в 88% всех проектных групп есть хотя бы одна женщина. Примечательно, что среди заявленных тематик исследований представлены такие направления, как нанотехнологии, микросистемная техника, нейробиология, кибербезопасность, аэрокосмический инжиниринг, физика и механика материалов, биотехнологии, технологии в строительстве, цифровая трансформация и др., что подтверждает базовый принцип нашего университета — политехничность. К слову, возможности для проведения научных исследований, трудоустройства и развития в инженерном вузе для представительниц прекрасного пола оцениваются в том числе и международными экспертами. Политехнический университет, единственный среди вузов—участников проекта «5–100», вошел в топ-100 международного рейтинга Times Higher Education Impact Ranking, основанного на базовых принципах ООН, в котором данной тематике уделяется много внимания.


Наталья Завьялова, кандидат физико-математических наук, доцент кафедры вычислительной физики, заведующая лабораторией моделирования механических систем и процессов МФТИ:

— В данном исследовании есть свои тонкости: результаты основываются на научных публикациях 1955–2010 годов, но не стоит забывать, что женщины получили полноценный доступ к высшему образованию в технической области примерно к середине прошлого века. В основном дамы учились по гуманитарной направленности — литературе, педагогике, медицине, искусствоведению — даже в передовых странах. Так, в Англии женщины получили право поступать в университеты Оксфорда и Кембриджа с 1960 года.

В то же время если сравнивать показатели разных стран, то в России — паритет: мы одна из немногих стран, где примерно 50 на 50 женщин и мужчин в науке. Мне кажется, это вызвано тем, что в СССР техническое образование было востребовано вне зависимости от пола. Женщины, как и мужчины, активно работали и развивали производство.

В то же время в сложных технических вузах девушек было немного, но сейчас ситуация меняется. Например, когда я в начале 2000-х поступила на Физтех на аэрокосмическое направление, у нас было примерно семь девушек на 100 человек. У меня в группе было две девушки, затем — одна, а в некоторых группах девочек не было вообще. А сейчас их поступает около 25%. Многие выбирают компьютерные науки — престижное направление с высокооплачиваемыми специалистами, и вполне вероятно, что они в будущем станут заниматься наукой, даже если будут работать в коммерческом секторе. Наука в настоящее время приобрела широкое понятие. Крупные корпорации, такие как «Яндекс» и Google, принимают деятельное участие в практических научных разработках.

В отличие от западных компаний, у нас нет механизмов, регулирующих число женщин на руководящих должностях. В зарубежных компаниях нередко реализуется политика, закрепляющая за женщинами определенный процент должностей в руководящем составе. Это показывает, что компания правильно организована и грамотно использует все доступные ей ресурсы.

У нас женщин, занимающих руководящие позиции в науке, действительно мало, но потенциально сильных и талантливых управленцев среди них достаточно, и женщины, занимающие позиции топ-менеджеров целых предприятий, также встречаются. Так, пост генерального директора НПО «Молния» — одного из крупнейших предприятий авиакосмической промышленности России на грани банкротства — заняла женщина, Ольга Соколова. При этом предприятие не прекращало вести научно-исследовательские и проектные работы, и в отношении «Молнии» была прекращена процедура банкротства.

Я сама иногда встречаю на сторонних крупных совещаниях некоторое снисходительное отношение от ученых мужей, но в большинстве современные ученые воспринимают женщин в высокотехнических фундаментальных и прикладных направлениях вполне нормально, и я верю, что в ближайшее время нас станет больше.

Нельзя отрицать, что, когда в семье появляются дети, чаще всего в декретный отпуск выходит мама. Это происходит и в науке. Я сама стала мамой во время учебы и не вышла в академический отпуск только для того, чтобы остаться в том же режиме и сохранять свой темп жизни. Но даже не оставляя учебы, я почувствовала, как изменились мои приоритеты: на первый план вышла семья, а не хорошие оценки. Раньше я очень переживала во время экзаменов, а с появлением ребенка это стало не столь важно, и я стала спокойнее к этому относиться.

Да, с появлением детей женщины могут уйти из науки, но остаться активными в своих жизненных позициях и открыть свой бизнес, нередко связанный с детьми. Так, моя подруга, выпускница Физтеха, мама четверых детей, открыла успешную частную начальную школу, и ее ученики уже поступают в лицеи с физико-математическим уклоном и показывают хорошие результаты в учебе. Но остаться в науке довольно тяжело: это увлекательная, но напряженная, зачастую ненормированная работа.


Александр Сорокин, кандидат исторических наук, заведующий кафедрой отечественной истории, руководитель сетевого исследовательского центра «Человек, природа, технологии» ТюмГУ; Михаил Грибовский, доктор исторических наук, доцент кафедры российской истории Национального исследовательского Томского государственного университета:

— Имперский период. Гендерное неравенство было характерно для академической сферы в имперский период, а дореволюционная наука и университетская среда были почти исключительно мужской сферой. Это во многом проистекало из общеупотребимых представлений того времени о роли и месте женщины в обществе.

Объективным препятствием для «женской науки» долгое время было отсутствие профессиональных учебных заведений, где девушки могли бы постичь основы знаний о науках и актуальных научных проблемах. Например, профессор Московского университета Михаил Богословский, который, как и многие мужчины-современники, скептически относился к перспективам женщин в науке, высказывал следующую идею: «Для ученой деятельности нужно творчество; эта деятельность не есть пассивное усвоение, а творчества нет у женщины. Нет женщин-композиторов, нет поэтов, нет живописцев, не может быть и крупных ученых, хотя могут быть, и нужны, и должны быть очень образованные. Мы работаем на Высших женских курсах над повышением уровня женского образования, над вооружением женского труда знанием, а не для выработки женщин-ученых».

Однако к началу XX века отношение к идее привлечения женщин к научному знанию изменилось. Так, в 1915 году во время обсуждения очередного проекта нового университетского устава большинство профессоров Саратовского университета проголосовали за «необходимость приема в университет женщин на все свободные от мужчин вакансии». А к излету имперской эпохи русские женщины отстояли право на научную деятельность, хотя по-прежнему женщина в науке оставалась исключительной редкостью.

Советский период. В советский период де-юре женщины были уравнены в правах на получение высшего образования, поступление и обучение в аспирантуре, занятие преподавательской, научно-исследовательской и административно-управленческой деятельностью. Так, декрет СНК от 2 августа 1918 года в рамках всей страны уравнял женщин в праве на получение высшего образования. Женщины могли стать выдвиженцами или занять позицию на кафедре через открытый Всероссийский конкурс преподавательских должностей. Эти и многие другие практики, применяемые советской властью, способствовали вовлечению в академическую сферу женщин. Женщины стали первооткрывателями многих явлений и изобретателями лекарственных препаратов. Например, изобретательница первых антибиотиков (пенициллин и стрептомицин) Зинаида Ермольева, изобретательница люминесцентных ламп Фатима Бутаева, изобретательница вакцины против чумы Магдалина Покровская и многие другие. Даже в нестоличных вузах женщины стали основоположниками крупных научных школ и направлений. Например, в Томском государственном университете в 1930-е годы работали первые женщины-ученые в советской физике — основательницы научной школы в области спектроскопии профессора Наталья Прилежаева и Вера Кудрявцева.

Несмотря на эти примеры, на протяжении советского периода количественно мужчины преобладали в академической сфере. В обществе все еще были сильны консервативные патриархальные традиции во многих научных институциях и научных школах. Кроме того, мотивация самих женщин для занятий наукой и преподаванием была довольно низкой. Они уходили в практику и семейные обязательства. Сказывалась, конечно, и необходимость выполнять сразу несколько ролей — и дома, и на работе.

Европейский кейс. Проблема гендерного неравенства характерна и для европейских университетов. В результате проведенной в 2016–2018 годах А. Н. Сорокиным и М. В. Грибовским серии полевых интервью в вузах Великобритании, Франции и Германии гендерные противоречия в академической сфере также порой находили отражение в ответах информантов:

  • «Когда у вас есть так много женщин-преподавателей, проблема заключается не в том, что нет достаточного количества женщин-ученых. Проблемой становится то, что женщины не получают профессуры» (научный сотрудник, визитирующий преподаватель, женщина, старше 30 лет, Бирмингемский университет);
  • «У женщины, занимающейся исследованиями, голос не имеет такого веса, как у мужчины» (координатор проекта, постдок, женщина, старше 30 лет, фонд «Дом наук о человеке»);
  • «Женщины меньше зарабатывают, чем мужчины» (преподаватель, женщина, старше 40 лет, Институт политических исследований, SciencesPro).

Подготовила Мария Грибова, с использованием материалов


Комментарии
Профиль пользователя