Коротко

Новости

Подробно

Фото: Eric Draper / AP

Хороший, красивый, злой

Умер Кирк Дуглас

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 11

В среду в Беверли-Хиллз на 104-м году жизни умер Кирк Дуглас — легендарный актер 1950-х или, попросту говоря, «мистер Голливуд», как назвал его журнал Variety.


На пике славы, в 1952-м, Дуглас сыграл в фильме Винсента Миннелли «Злые и красивые» необычно ироничную для него роль продюсера Джонатана Шилдса. Бесстыжего, беспощадного манипулятора, готового идти по трупам тех, кто доверился ему. Все, кто имел с ним дело, клянутся страшными клятвами никогда в жизни больше не работать с этим подлецом. Но финал подсказывает: вскоре они позабудут все клятвы не в силах устоять перед обаянием и напором Шилдса. Ведь Шилдс-Дуглас не просто грешный человек, а, как и было сказано, «мистер Голливуд», злой и красивый.

Урожденный Исур Даниелович, сын старьевщика из Могилевской губернии, был неотразимо красив: стальные глаза, раздвоенный выдающийся подбородок, стать борца. Кроме того, Дугласу нравилось казаться злым.

После триумфа в фильме Марка Робсона «Чемпион» (1949) создательница и разрушительница репутаций журналистка Хедда Хоппер покровительственно похлопала его по плечу: «Ну, теперь ты станешь настоящим сукиным сыном». Дуглас парировал: «Ошибаетесь. Я всегда был сукиным сыном. Вы просто этого не замечали».

В этой реплике уже заключалась философия Дугласа, так им сформулированная: «Добродетель не фотогенична. Что значит быть хорошим парнем? Это значит быть никем. Большим жирным нулем с приклеенной улыбкой». Отвоевав на Тихом океане, он не столько попал — по протекции Лорен Бэколл, соученицы по актерской академии,— сколько ворвался на экран, наполнив его неудержимым отрицательным обаянием. Первый же его герой в «Странной любви Марты Айверс» (Льюис Майлстоун, 1946) никак не умещался в рамки «роли второго плана»: его прокурор лжесвидетельствовал, убивал, заливал совесть виски, плакал и сводил счеты с проклятой жизнью.

Так же терзались и погибали — непременно погибали,— причиняя зло себе и миру, и другие его герои, вызывающие, несмотря ни на что, искреннее сочувствие. И боксер-чемпион, и одержимый бесчеловечной справедливостью полицейский из «Детективной истории» (Уильям Уайлер, 1951), и бессовестный журналист, строящий карьеру на чужих страданиях, в «Тузе в рукаве» (Билли Уайлдер, 1951). Погибал, не выдержав испытания жизнью, и Ван Гог, сыгранный Дугласом в «Жажде жизни» (1956): именно ему фильм Миннелли обязан тем, что остался в истории, а не безнадежно устарел, как прочие байопики.

Один только Шилдс ничуть не мучился угрызениями совести и превосходно себя чувствовал. А в 1955-м продюсером стал и сам Дуглас. На этом поприще за ним по большому счету числится лишь одно — зато какое! — достижение: поддержка молодого Стэнли Кубрика, снявшего благодаря Дугласу антивоенный манифест «Тропы славы» (1957) о показательных расстрелах французских солдат в Первой мировой войне. Второй опыт работы с Кубриком — «Спартак» (1960) — принес Дугласу-продюсеру славу победителя черных списков. По версии самого Дугласа, он настоял на включении в титры сценариста Дальтона Трамбо — коммуниста, отсидевшего в тюрьме и работавшего «литературным негром». Это категорически оспаривает и семья Трамбо, и сотрудники Дугласа, обвинившие его самого в эксплуатации репрессированных драматургов. Что ж, продюсер ведь обязан быть злым.

По странному совпадению именно с середины 1950-х герои Дугласа утрачивают неотразимую двусмысленность. Теперь он играет именно что ненавистную добродетель. Полковника («Тропы славы»), защищающего осужденных солдат, и непреклонного шерифа («Последний поезд из Ган-Хилл», Джон Стёрджес, 1959), другого полковника, разоблачающего военно-фашистский заговор («Семь дней в мае», Джон Франкенхаймер, 1964), и легендарного генерала Паттона («Горит ли Париж?», Рене Клеман, 1966). А еще — поддается искусу эксплуатировать свою стать, играя в суперпостановках Одиссея и Спартака. Именно такой Дуглас потряс воображение советских мальчишек: у нас перехватывало дыхание в изуверской сцене из «Викингов» (Ричард Флейшер, 1958), где ворон раба Эрика выклевывал глаз королю Эйнару-Дугласу.

Дуглас сознавал, что теряет актерскую уникальность. Иначе он бы не сыграл в фильме Элиа Казана «Сделка» (1969) охваченного смертельной тоской бизнесмена: его жизнь, безусловно, удалась, но мечтает он лишь о «втором шансе» прожить ее заново и по-другому.

Жизнь Дугласа, с любой точки зрения, была счастлива, пусть даже трижды номинированный на «Оскар» в 1950-х тогда он его так и не удостоился. Дуглас удостоился гораздо большей награды: стал при жизни актером-мифом, «мистером Голливудом», вырастил четырех детей, один из которых — Майкл — знаменит ныне почти как отец. Но даже по поводу детей злой и красивый Кирк не удерживался от философического ехидства: «У них не было того огромного преимущества, которое было у меня: я-то вырос в нищете».

Михаил Трофименков


Комментарии
Профиль пользователя