Коротко

Новости

Подробно

Фото: Иван Водопьянов / Коммерсантъ   |  купить фото

Территории с особым статусом

Как ОЭЗ способствуют развитию высоких технологий

Быстрорастущие бизнесы во всем мире признаны главным источником создания новых рабочих мест и развития инноваций. По данным Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), в среднем лишь 4–6% от общего числа всех компаний покрывают 75% увеличения занятости. В свою очередь, специальные экономические зоны во многих странах являются одним из основных инструментов диверсификации экономики и ускоренного развития высокотехнологичных отраслей.


Поддержкой быстрорастущих средних инновационных компаний занимаются правительства многих как развитых, так и развивающихся стран — именно этот сегмент зачастую отвечает за рост занятости в экономике, а также скорость ее технологического развития. В ОЭСР, отбирающей лучшие практики в области поддержки инноваций, пришли к выводу, что правительства способны влиять на развитие быстрорастущих компаний, создавая для них более удобную среду, в частности за счет обеспечения доступа к профильным сообществам и крупным корпорациям, трансферу технологий и знаний, развитию навыков и финансированию. На более поздних стадиях маркетинговые инструменты и защита интеллектуальных прав также становятся важными условиями расширения бизнеса.



Одним из наиболее важных инструментов диверсификации экономики и привлечения инвестиций в высокотехнологичные сектора во многих странах считаются специальные экономические зоны (СЭЗ). В мире действует больше 4,3 тыс. особых экономических зон более чем в 130 странах. По оценке Международной организации труда, в них занято больше 65 млн человек, в том числе 55 млн — в азиатских странах.

Международные организации относят к СЭЗ выделенные территории с единой администрацией, особыми преимуществами для инвесторов, льготным таможенным режимом и упрощенными процедурами. Также зачастую в зоне действуют более либеральные экономические правила, чем на остальной территории страны. При этом такие территории могут быть разного предназначения: от предоставления складов для беспошлинного транзита товаров до отдельного правового режима для целых городов. Мировая практика показывает, что наиболее успешными являются зоны, тесно встроенные в цепочки поставок внутри страны, а также имеющие выход на мировые рынки, что повышает ценность качественной инфраструктуры. К тому же все чаще новые зоны создаются там, где частные инвесторы готовы разделить c государством часть издержек — это позволяет избежать появления СЭЗ «на бумаге» и является гарантией реального интереса со стороны бизнеса.

В числе самых крупных и успешных примеров применения режима СЭЗ — особые портовые зоны в Китае, которые были учреждены с целью проведения рыночных экономических реформ в ограниченном масштабе. Эксперимент начался в 1980 году с четырех зон, резидентам которых были предоставлены финансовые, инвестиционные и таможенные льготы. Три зоны — в Шэньчжэне, Чжухае и Шаньтоу — располагались в провинции Гуандун, еще одна — в Сямыне (провинция Фуцзянь), во всех случаях был обеспечен легкий доступ к морским перевозкам. Самая крупная из этой четверки — СЭЗ в Шэньчжэне: вначале ее территория составляла 400 кв. км, однако в 2010 году она была расширена в пять раз и включает теперь весь город (это, впрочем, несопоставимо с площадью СЭЗ «Хайнань», охватывающей остров площадью 30 тыс. кв. км).

Сейчас в КНР действует более 200 зон такого типа, а также несколько десятков особых территорий с меньшим количеством льгот. По оценке Всемирного банка, суммарно на СЭЗ приходится 22% китайского ВВП, 46% зарубежных инвестиций и 60% экспорта. В них не только установлен режим свободной таможенной зоны, но и расширены полномочия административных органов, которые, в частности, имеют возможность самостоятельно принимать муниципальные акты и менять регулирование. Действуют и фискальные послабления: налог на прибыль для фирм с зарубежным капиталом был снижен вдвое — до 15% (позже ставку повысили до 25% для всех резидентов), также инвесторов освободили от уплаты подоходного налога. Помимо этого с учетом ограничения доступа мигрантов в крупные города (в Китае действует система обязательной регистрации) портовые зоны смогли привлечь большое количество квалифицированных работников, которым предоставлялись жилье и субсидии на обучение, компании же получили возможность нанимать и увольнять сотрудников на более гибких условиях.

В Южной Корее помимо традиционных для особых зон льгот очень развита система поддержки технологических «газелей». В 2001-м стартовала Inno-biz Programme, в рамках которой имеющие действующие сертификаты программы компании в приоритетном порядке получают доступ к технологическим программам и инструментам господдержки, в том числе льготному финансированию, маркетинговой помощи, инновационной инфраструктуре.

Одна из стран, достигших наибольших успехов в реализации политики зонирования,— Малайзия. Согласно данным журнала FDIMagazine, зона «Искандар» входит в пятерку наиболее эффективных СЭЗ мира. Льготы включают освобождение на пять-десять лет от импортных таможенных пошлин ввозимого сырья, компонентов, машин и оборудования, необходимых для производства, освобождение от экспортных таможенных пошлин товаров, вывозимых с территории зоны за рубеж, сроком на пять-десять лет, освобождение от уплаты налога на прибыль корпораций сроком на пять-десять лет (эта льгота, впрочем, будет отменена в 2020 году).

Развивает формат особых экономических зон и Египет: в 2015 году в целях привлечения в страну иностранных инвестиций появилась ОЭЗ Суэцкого канала, теперь же предполагается, что в ее рамках будет создана и российская промышленная зона, в которой компании из России смогут локализовать производство и выйти таким образом на малоконкурентные, но пока достаточно закрытые африканские рынки. Уже подписано межправовое соглашение между Россией и Египтом, в 2019 году в планах проектирование, а в 2020–2022 годах — начало строительства внутриплощадочной инфраструктуры первой очереди и заход первых резидентов. Со стороны России в создание первой очереди строительства в соответствии с разработанным управляющей компанией технополиса «Москва» бизнес-планом предполагается инвестировать $190 млн. Египетская же сторона должна обеспечить рекультивацию земель и подведение необходимых коммуникаций.

Татьяна Едовина


наглядно

Профиль пользователя