Коротко

Новости

Подробно

Фото: Максим Кимерлинг / Коммерсантъ

«Губернатор — как дирижер: не создает звук, а его «распределяет»

Леонид Давыдов — о политических и социально-экономических процессах в Пермском крае

от

Губернатор Пермского края Максим Решетников руководит регионом почти три года. Руководство уже давно определилось с векторами развития субъектов РФ, выстроило новые правила игры с группами влияния. Политконсультант Леонид Давыдов, работающий с Максимом Решетниковым, в интервью “Ъ-Прикамье” поделился своими взглядами на идущие в регионе политические и социально-экономические процессы.


— Леонид Владимирович, вы консультируете Максима Решетникова уже значительное время. В начале февраля 2017 года вы приехали в Пермь в качестве советника. Какой увидели Пермь?

— Я был до этого в Перми, но совершенно наскоком. Первое, что потрясло — архитектура Перми. Еще с советских времен она в большом долгу перед пермяками. Сложилось впечатление, что, несмотря на «культурную революцию», последние тридцать лет в Перми ничего особенного не происходило.

Второе: сразу же бросилось в глаза отсутствие точек притяжения в городе. Реально массовых и современных, а не классических парков культуры и отдыха. Такой точкой становится эспланада, первое пространство в городе европейского уровня. Для мероприятий здесь вскоре появится еще тысяча квадратных метров отапливаемого помещения, что весьма актуально для зимнего времени года.

— Но ведь бывшие краевые власти времен губернатора Олега Чиркунова как раз создавали точки притяжения — арт-объекты.

— Как понимаю, от крупных арт-объектов того времени, по сути, осталась буква «П» (арт-объект «Пермские ворота» Николая Полисского.— “Ъ-Прикамье”).

В то же время уже очевидно — во что превращается сейчас бывший завод Шпагина. Когда я зашел туда первый раз, это были еще не остывшие цеха завода. А через полтора года здесь проходят форумы, выставки, концерты, в ближайшее время театры будут давать спектакли.

Активно идет реконструкция набережной Камы, в следующем году будет реконструировано пространство до бывшего порта «Пермь». Появится такой круг: эспланада — набережная — завод Шпагина.

— Возвращаясь еще раз в начало 2017 года. Произошла смена краевой власти. Для многих это был определенно мощный стресс.

— Понимаю их и сочувствую. Прошла выборная кампания 2016 года, в которой ее участники «выложились» и по итогам которой они, конечно, собирались построить для себя совершенно другую жизнь. Но в феврале 2017 года пермские элиты испытали известный шок. И он чувствуется в некоторой их части до сих пор. Я вижу людей, которые все еще не нашли себя, мечутся. Хотя на выборах губернатора не было прямого противодействия со стороны элит.

— В оппозиционных телеграм-каналах вас сейчас называют неофициальным руководителем администрации губернатора. Как вы сами оцениваете степень влияния на принимаемые в регионе решения?

— Кем меня только не называют в Пермском телеграмм-движении! Я просто собеседник губернатора, не более того. Все остальное — «фантомные боли». Всегда должен быть «серый кардинал», и он всегда, как рассказывают, в Перми был. На него списывается весь негатив, происходящий в регионе, всеми недовольными.

Расскажу смешной эпизод: ко мне в коридоре «власти» подходит один уважаемый человек: «К вам по поводу сельхозакадемии, там ректор меняется». Я удивляюсь, почему ко мне вопрос. А он мне говорит: «Нет-нет-нет! Мне сказали, что если вы одобрите, то так и будет». До сих пор не в курсе, что произошло в сельхозакадемии.

Это все игры с тем, чтобы показать несамостоятельность руководителя региона. В то, что существует кто-то, кто дергает главу региона за ниточки.



Максим Решетников — первый глава Прикамья, кому «посчастливилось» работать в условиях развития телеграмм-каналов. В основном анонимных, где можно безответственно всех огульно шельмовать и плести инсинуации.

Сейчас критика главы региона идет в режиме «нон-стоп». Немного странно выглядит позиция правоохраны в данном контексте в связи с отсутствием уголовных дел о клевете на госвласть. Сочувствую авторам каналов. По их заметкам видно, как они страдают: от отсутствия денег, карьеры.

Есть и другая, большая часть элиты. Они с пониманием относятся к работе главы, видят, что он находится во взаимодействии с федеральным центром и делает ровно то, что необходимо. Не наполняет свой карман. Он максимально далек от всего этого. Обвинять руководителя региона во всем том, что пишется в «телегах», с моей точки зрения, нелепо и выглядит обыкновенным «заказом».

— Принцип управления Виктора Басаргина — он наделял ресурсами определенные группы влияния, и они платили ему лояльностью. Максим Решетников — приверженец централизации ресурсов вокруг региональной власти. Его девиз — учет и контроль. Все ли налогоплательщики согласились с новыми правилами игры?

— Крупнейшие налогоплательщики — это база бюджета. Сотрудничество идет естественным образом. Губернатор в полной мере оказывает им поддержку, особенно при общении с федеральными министерствами и ведомствами.

— Да, но при этом политика — ничего лишнего, все группы абсолютно равны. Условно говоря, «вот тебе пост директора краевого предприятия, вот тебе лишняя ставка в ЗС». Я вот про эти методы.

— Абсолютно справедливо, никаких любимчиков. Замечу, что присутствие в парламенте представителей крупного бизнеса оправданно. Они хотят понимать, куда их налоги идут. Такое можно только приветствовать.

Есть и такие финансово-промышленные группы, которые не хотят участвовать в развитии региона. Но есть те, кто очень хочет и усиливает свое влияние. Одних нужно больше вовлекать, другим сказать: «не теряйте края».

Задача губернатора на самом деле одна: он дирижер, не создает звук, он его «распределяет». Глава региона — арбитр. Должен собрать налоги и распределить их, не забывая не социальные статьи, ни развитие.

— Грядет 2021 год. Три выборные кампании — в заксобрание, гордуму Перми и Госдуму РФ. Можете проранжировать их по значимости?

— Думаю, что говорить об этом рано. Любое сказанное слово вызовет интерпретации. Раньше весны, мне кажется, вообще нет смысла это обсуждать.

— Ваше личное мнение: парламент конструктивнее работает, если в нем больше списочников или одномандатников?

— Главное, чтобы в парламенте были нормальные люди, а партийные и самовыдвиженцы, может быть и так, и так хорошо.

Что касается уровня муниципалитетов, считаю, самый лучший вариант здесь — одномандатники. Они знают территорию, в состоянии охватить свой округ.

Что касается следующих уровней власти — региональной и федеральной, мне кажется — пропорциональная система более оправданна. На этом уровне больше политики, нежели хозяйствования.

— Среди пермских парламентов своей независимостью славится гордума Перми. Как складываются отношения у краевых властей с этим представительным органом?

— В этом представительном органе идет реальная работа по отстаиванию интересов населения. Депутаты не стесняются откладывать решения городской власти, если видят, что они не на пользу жителям. Пермяки могут считать свой парламент вполне работоспособным, а этим может похвастаться далеко не каждый регион.

Например, видна работа по транспортной реформе, которой многие недовольны. Заметно, как депутаты не оставляют в покое администрацию по данному вопросу. Там будут улучшения, как и по другим направлениям развития городского хозяйства.

— Нужна ли губернатору оппозиция?

— Конечно, нужна. И она есть. Имею в виду часть присягнувшей элиты. Это они свой «пятачок» в анонимные телеграмм-каналы вкладывают. Их авторы на что-то же живут. Лишние деньги, как известно, есть только у элиты. У них напрямую сказать о проблемах духу не хватает, а исподтишка — пожалуйста.

То, что оппозиция пользуется этими каналами, уже хорошо. Если бы их не было, можно было бы только догадываться про ее тревоги. Теперь не надо этого делать: утром открыл гаджет, и все слухи — вот они. Все, от чего всю ночь в подушку плакали — вот, пожалуйста.

— Противники губернатора подают уход Теодора Курентзиса как промах краевых властей. Можно ли было его удержать, или это было предопределено?

— Несколько лет назад была совершена, на мой взгляд, большая ошибка: крайне одаренного и находящегося на подъеме дирижера назначили на хозяйственную должность. Его надо было ставить главным приглашенным дирижером. Но ни в коем случае не ставить над директором театра. Человеку, который бывает в Перми считанное количество раз в году, трудно тащить репертуар. Мне кажется, тогда кто-то принял не совсем продуманное решение.

— Сам Курентзис признавался, что его уход связан появлением в Перми худрука императорских театров Владимира Кехмана.

— Надуманный предлог. Мне кажется, Теодор Курентзис сейчас об этом жалеет. Говорят, что приедет в декабре. Теперь, как художественный руководитель Дягилевского фестиваля, лично расскажет о программе предстоящего мероприятия.

Теперь он будет заниматься фестивалем по-другому. Сейчас у него жесткий контракт с директором театра, который теперь заказчик. Поменялись роли. Кажется, для общества которое ждёт нового этапа сотрудничества региона с маэстро, такой формат даст больше.

— Есть еще, на ваш взгляд, какие-то неразвенчанные мифы в Перми?

— Фейк, который уже отпал: завод Шпагина будет застроен высотными домами. Осталось еще множество мифов: театр никогда не будет построен, железнодорожная ветка никогда не будет закрыта.

Все фейки вбрасываются людьми, которым надо в свою пользу подработать ситуацию. Они и вешают лапшу на уши тем, кто не понимает. Но делается это зачастую топорно. Авторы мало работают над качеством материала, чтобы он выглядел более-менее достоверно.

— Вот Максима Решетникова провожают раз в квартал в Москву…

— «Все, ребята, он точно уходит, хочет в Москву обратно, мечтает об этом» — это, наверное, главный миф. В каждом регионе один и тот же. Куда бы вы ни приехали, вам расскажут или вы прочитаете в местных телеграм-каналах, что их губернатор вот-вот уходит. Это везде. Должен разочаровать пермяков, здесь ничего эксклюзивного нет.

Пермские строители измучили себя фейком, что власть их всех задушит, а на их место придут столичные девелоперы. Дорогие мои! Какие москвичи на пермскую экономику строительства придут?!



Из этого вытекает второй фейк: норма прибыли, которая была у застройщиков в нулевые, должна сохраниться. Но, ребята, теперь нет этой нормы прибыли. Вы либо будете жить по средствам, либо вас не будет. Причем не из-за желаний губернатора, президента или кого угодно, а из экономических соображений. Надо создавать комфортную среду, а не «голые» метры. Такое востребовано все меньше.

Строители пишут в анонимных каналах, что цены на метр дорогие из-за того, что власти повесили на них дополнительные расходы. Пардон, но покрывать их застройщики должны из прибыли, а не за счет покупателя. Если вы нерентабельны, так меняйте экономику строительства. Отрасль меняется, и не желаниями губернатора, это федеральный тренд!

— Какой вы находите пермскую журналистику? Нет ли ощущения, что она деградирует, живет ради сиюминутного трафика?

— Это общероссийский, не пермский тренд. Но, в оправдание журналистики, отмечу, что и информационное поле сильно изменилось. Медиапотребление с приходом телеграма, агрегаторов новостей, дзена стало другим — очень скоростным. Никто не хочет читать тексты. Все хотят прочитать три строчки: «муж ножом на кухне в пьяном угаре зарезал жену». Лозунг нынешней журналистики: к черту подробности, все уже понятно. Сейчас главное выдать три строчки, и чтобы они были кровавые. Криминал — вот это читаемо, ну и порнография, естественно. А все остальное — нет.

Это сойдет, я уверен. Журналистика, как общение с тем, кому ты доверяешь, у кого есть определенная репутация — это будет. У любого качественного СМИ есть круг читателей. Они не хотят три строчки, им надо, чтобы ситуацию подробно разъяснило издание, которому они верят. В такие СМИ уйдут наиболее профессиональные журналисты. Их будущий формат — доверительный рассказ.

— Краевые власти официально не владеют никакими СМИ, но продолжают оказывать серьезное влияние на медиарынок. Так ли это необходимо власти?

— Безусловно, власть имеет право доносить свою точку зрения. Другое дело, что с развитием соцсетей СМИ потеряли эксклюзивное право на общение с населением. СМИ уже не дает того эффекта, как десять лет назад, когда обладание медиа акцентировало твою доминирующую позицию. Во всяком случае, сейчас этого невозможно добиться только через СМИ.

Вот Instagram Максима Решетникова — это явление, новый тип медиа. На наших глазах он превращается в главное медиа в регионе. Уже почти 100 тыс. подписчиков. На этой площадке можно задать любой вопрос, виден график поездок, личная точка зрения главы региона, ежемесячные онлайн.

На мой взгляд, Instagram Максима Решетникова сформировал совершенно новую коммуникацию в крае между властью и обществом. У нас пирамидальная система управления, но здесь происходит прямое общение администраторов с любым рядовым гражданином. Это уже завтрашний день. Скорость общения с властью — мгновенная. Раньше чиновник готовил ответ в течение месяца, теперь он должен его дать прямо здесь, онлайн. В Instagram Максима Решетникова регулярно заходят профильные чиновники. Можно задать вопрос и тут же получить ответ. Не всегда пока эти ответы обладают должной эффективностью, но прогресс есть. Уверен, что прямые формы общения составят будущее коммуникации.

Беседовал Вячеслав Суханов


Комментарии

Рекомендуем

обсуждение

Профиль пользователя