Коротко

Новости

Подробно

7

Фото: Courtesy of Le 19M

Килт против худи

Как дизайнеры вспомнили об этнике

"Стиль Женщины". Приложение от , стр. 18

Казалось бы, в наше время, когда политкорректность приняла характер глобального невроза и всякая самоидентификация грозит унизить-обидеть-задеть кого-то, кто оказался за ее пределами (не важно, о чем зайдет речь: о вопросах гендера, фигуре или этнической принадлежности), любое обращение к местной традиции должно восприниматься настороженно: «неловко следовать обычаям — это может задеть тех, кто вырос в другой культуре». Даже новогодние елки теперь вызывают вопросы.


Все эти килты, вышиванки, тирольские шорты в сегодняшнем мире, стремящемся никого не обидеть, должны выглядеть подозрительно. А обращение к чужим культурам и подавно — достаточно вспомнить, как отреагировала прогрессивная общественность на рекламную кампанию Dior с танцующим индейским шаманом. Чуть не любая апелляция к этнической теме стала восприниматься ставшим чувствительным обществом как попытка дискриминации: «Мы вам не сувенирные матрешки!» Но сила действия, как водится, равна силе противодействия, и, вопреки глобальному тренду на нейтралитет и единообразие (парадоксально, но все эти серые худи и белые кроссовки заполоняют мир как раз под флагом борьбы за права индивидуальности), все отчетливее становится потребность в исторической памяти, в поиске корней, в сохранении национальной идентичности и традиций ручного ремесла, в конце концов. И как Великобритания будет жива до тех пор, пока в Тауэре не умрет последний ворон, так Франция не закончится, пока в ней останется хоть один кутюрье (и, кстати, так Россия не перестанет быть Россией, пока в Большом будет кому танцевать «Лебединое озеро»).



В октябре этого года в Париже состоялось примечательное событие — торжество по случаю окончания строительных работ в новом центре ремесел под названием Le 19М, где разместятся практически все разбросанные по Парижу мастерские, работающие с Chanel Metiers d’Art,— те самые крошечные ателье, без которых невозможно себе представить настоящий haute couture: вышивальщицы Maison Lesage, мастерицы дома Montex, хранящие рукодельные традиции Лотарингии, обувщики Massaro, Maison Lemarie с его уникальной коллекцией экзотических перьев, в котором изготовляют знаменитые камелии Chanel, модистки Maison Michel, Ateliers Gerard Lognon, делающее лучшие в мире плиссировки, ателье Paloma, которое работает с макраме, а также ювелирная мастерская Goossens. Ценность этих микромонополий для французской культуры настолько велика, что сегодня уже невозможно сказать, существуют ли эти ателье для того, чтобы не исчез haute couture, или haute couture существует для того, чтобы обеспечивать заказами уникальные производства, которые иначе канули бы в Лету. Так или иначе, сам факт строительства центра Le 19M — вполне ясное послание миру: не спешите сбрасывать хранителей традиций с корабля современности. По крайней мере в XXI веке.

Еще один интересный сюжет, возвращающий нас в «славное прошлое»,— это летняя коллекция Dries Van Noten, которую дизайнер сделал совместно с Кристианом Лакруа. Перед нами яркий пример коллаборации наоборот: известный дизайнер обращается с предложением о сотрудничестве не к какому-нибудь хайповому художнику, не к производителю модных кроссовок или к очередному гиганту street-fashion, чтобы сделать свою коллекцию более «современной» и пытаться соблазнить ею поколение Z, а призывает в соратники «олдскульного» кутюрье, который уже десять лет, как закрыл свой дом, и который всей своей эклектичной эстетикой связан с буйными 1980-ми (помните «Absolutely Fabulous» и главную героиню, которая была просто помешана на Christian Lacroix?) и при этом с роскошью в духе Людовика XIV — с эпохой, в которой ничего не могло быть слишком и чересчур и в которой никому не приходило в голову обижаться на фотографии моделей на фоне индейцев, воинов племени масаи или матросов с крейсера «Аврора». Дрис Ван Нотен почувствовал потребность снова превратить моду в искусство и вернуть одежде качество почти драгоценного украшения, не гнаться за новым, а снова вынести на свет (или в свет) старое. И надо сказать, что сегодня, когда весь мир увлечен новыми технологиями, робототехникой, 3D-принтерами и материалами Hi-Tech, это воспринимается почти как вызов. Но в том-то и дело, что чем совершеннее становятся машины, тем драгоценнее становится все то, во что вложена живая человеческая душа.

Мария Грация Кьюри в новом сезоне не случайно заказала ткани для новой круизной коллекции Dior на фабрике Uniwax из Кот-д’Ивуара, которая выпускает знаменитый африканский батик.

Модели после показа круизной коллекции Dior в Марракеше

Фото: Nadine Ljewere for Dior

Идеей поиска и сохранения традиционных ремесленных мастерских увлекся в последнее время и кутюрье (если так можно сказать о дизайнере обуви) Кристиан Лубутен. Началось все с чистой благотворительности еще в 2015 году, когда он выпустил лимитированную коллекцию сумок Africaba, средства от продажи которых были направлены на поддержку суданских женщин, пострадавших от домашнего насилия. В создании этих сумок принимали участие сами женщины, поселившиеся небольшой коммуной. Опыт оказался для дизайнера настолько интересным, что следующая коллекция, Mexicaba, была создана совместно с брендом Taller Maya, цель которого сохранить традиционные ремесла полуострова Юкатан. При создании коллекции Portugaba, которая вышла весной 2019 года, дизайнер уже не ограничился одной коммуной, а проехал всю страну и нашел ткачей, изготовителей традиционных фарфоровых бус, тесьмы и бахромы и уникальную мастерскую, которая шьет накидки для монахов. Все эти этнографические вылазки предпринимаются затем, чтобы, с одной стороны, дать работу местным ремесленникам, а с другой — большую часть вырученных от продажи их изделий средств направить на их же поддержку. И тут культурная и просветительская тема пересекаются с еще одной очень важной — этической.

Модель в одежде из новой коллекции J.Kim

Фото: Courtesy of J.Kim

Джонатана Андерсона из Loewe в отличие от Кристиана Лубутена трудно заподозрить в любви к этнике — от его коллекций веет скорее холодком будущего, чем ароматом прошлого, но и этот авангардист неожиданно проникся темой Arts and Crafts. Зимой 2018 года Андерсон выпустил вполне типичную для него капсульную коллекцию, посвященную Рене Макинтошу (если бы не знаменитый стул на фотографиях, мы никогда не догадались бы об историческом первоисточнике), а потом пошел дальше: в этом сезоне, обратившись к керамисту из той же группы Arts and Craft Вильяму де Моргану, создал коллекцию, полную исторических аллюзий, цветочных принтов, жаккардовых тканей, отделанных тесьмой платьев-рубашек — словом, всего того, что называется «народные мотивы». Ни с какими ремесленными мастерскими он, конечно, не сотрудничал, но, как хороший визионер, точно почувствовал, что сегодня «прошлое» это «новое будущее» и мода, как бы высоко и далеко ни заносили ее новые технологии, должна время от времени возвращаться к «рукоделию». Помните, какой бум совсем недавно, в 2015 году, пережили вышиванки Vita Kin? Они разлетелись на Net-a-porter за полчаса, а The Wall Street Journal назвала их самым популярным летним платьем. Однако подход к теме традиции не обязательно должен быть прямолинейно историческим. Дизайнер из Ташкента Женя Ким (J.Kim), которая уже успела войти в список самых влиятельных россиян моложе 30 лет журнала Forbes, весь прошлый год провела на родине в Узбекистане, занимаясь изучением национальной культуры, артизанальных техник и местного текстильного производства. Результатом стала абсолютно современная коллекция, в которой дизайнер использовала узбекские ткани, узбекский печворк, национальные мужские платки и наивную вышивку. И это еще один путь: не замыкаться в рамках традиции, не превращать ее в самоцель, а легко вписывать в современный дизайн, добавляя ему новых красок, создавая новые смыслы и новую эстетику.

Алена Исаева


Комментарии
Профиль пользователя