Коротко

Новости

Подробно

Фото: Владимир Соколов

«Стараюсь бороться со шлаком в жизни и на сцене»

Екатерина Галанова о новых проектах

от

Своим главным достижением в прошедшем сезоне Екатерина Галанова, основатель и руководитель творческого бренда Dance Open, считает «Классику на Дворцовой»: перед подлинным искусством бессильны оказались даже штормовое предупреждение и ливень. Фильм-трилогия о «Классике», подготовленный благодаря партнерству с компанией «Ростелеком», за два месяца набрал больше двух миллионов просмотров в Сети — и это опера и балет, а не детектив или футбольный матч. Видеоверсия концерта все лето «гастролировала» по стране, а в это время команда Dance Open уже работала над следующим проектом: 12 октября на сцене Филармонии покажут экспериментальную постановку Вениамина Смехова «Веселое имя — Пушкин».


— Два года назад вы уже работали с Вениамином Борисовичем над спектаклем «Прошу слова! Год 1917», посвященным 100-летию революции. Почему сейчас Пушкин?

— С Вениамином Борисовичем меня с детства связывают теплые отношения — мой папа близко с ним общался. (Отец Екатерины — Анатолий Юфит — был основателем кафедры экономики и организации театрального дела в ЛГИТМиКе.— “Ъ”). Смехов — мастер мультижанровых постановок, он прекрасно чувствует слово, соединяет совершенно разный литературный материал и создает текстовые коллажи, неожиданные по ритмике и смыслам. Кстати, он давно и глубоко интересуется наследием Александра Сергеевича. И когда возникла идея обратиться к творчеству Пушкина (именно в этом году она очевидна — 220 лет со дня рождения поэта), конечно, лучшего автора сценария, чем Вениамин Борисович, мы и представить не могли. Смехов подобрал уникальную команду исполнителей — артистов, одаренных не только драматически, но и музыкально, и даже композиторов и поэтов. Так в проекте появились Алексей Кортнев и Светлана Сурганова, Дима Высоцкий и Анна Геллер, Сережа Чекрыжов, который одновременно и музыкальный редактор, и исполнитель в спектакле. Вениамин Борисович тоже выйдет на сцену — как актер.

— А вы сами любите произведения Александра Сергеевича? Чего ждете от спектакля?

— Пушкин до такой степени стал частью нас, нашего сознания, нашей жизни, что мы иногда даже разговариваем фразами из его произведений, порой доходя до абсурда. Помните, как у Булгакова: «Никанор Иванович до своего сна совершенно не знал произведений поэта Пушкина, но самого его знал прекрасно и ежедневно по нескольку раз произносил фразы вроде: «А за квартиру Пушкин платить будет?»…

Что касается меня, то я люблю «Евгения Онегина»: наслаждаюсь всем — от музыкальности стиха до глубины смыслов. От спектакля я жду возможности освободить сознание от клише и формализма, посмотреть на Пушкина как на человека — страдающего, любящего, живого.

— Я знаю, что недавно Dance Open ездил в Дортмунд с гала-концертами звезд петербургского балета. Это бизнес или популяризация искусства?

— Проект осуществлен по государственному заказу комитета по культуре Санкт-Петербурга: это и международное сотрудничество, и популяризация российской культуры. Билеты разошлись моментально, на концерте присутствовало все руководство Дортмунда — не по принуждению, а из любви к русскому балету. Такой теплой публики я давно не помню, хотя Дортмунд — город промышленный, и там центр сосредоточения интересов — футбольный стадион.

— А есть ли вообще необходимость сегодня популяризировать русский балет или можно выехать на старых заслугах?

— На старых заслугах не выехать нигде и никогда. Вернее, можно, но ненадолго и не туда. Вот, например, приезжают иностранцы в Петербург, и есть у них «обязательная программа»: Эрмитаж и Swan Lake. И ладно бы они купили билет в Мариинский, в Михайловский или в Якобсона (эта труппа сейчас очень сильная). Но нет! Они идут смотреть «Лебединое озеро» в исполнении третьесортной труппы, которая эксплуатирует имидж русского балета XIX — начала XX веков. И если этому ничего не противопоставить, то впечатление о русском балете будет формироваться только на основе таких вот «культпоходов» и наш вековой имидж очень скоро бесследно исчезнет.

На самом деле, когда людям есть с чем сравнить, они очень хорошо отличают качество от подделки. Почти год назад мы возили гала в Шанхай, и я уверена, что после увиденного китайские зрители уже не захотят идти на компромисс и мириться с низкопробными шоу.

— Правда ли, что вы уже отсматриваете программу фестиваля Dance Open на 2021 год, а на 2020-й она уже известна?

— Конечно. И на 2021-й почти известна, формируется на 2022-й.

— Чего вы никогда не привезете в Петербург, а на какой риск готовы пойти?

— Я надеюсь, что никогда не привезу ничего бездарного, проходного, — стараюсь бороться со шлаком в жизни и на сцене. Что же касается риска, то, если мне что-то действительно понравилось, я готова рисковать. Бывают ситуации, когда мы уже все рассчитали, договорились с артистами, делаем последний «стежок»… И вдруг я понимаю, что сезон невозможен без исполнителя, которого только что увидела.

— Как часто вы сознательно идете на провокацию в программе Dance Open и насколько публика в состоянии оценить ее?

— Провокация ради провокации — это то, что я ненавижу в любом виде искусства и с чем постоянно борюсь. Если провокация работает на художественный образ, допустимо все: обнаженные тела, нецензурная лексика и прочие «дискуссионные» приемы. А просто ради эпатажа (и тут грань очень тонкая) — это дурновкусие. Сейчас я отсматриваю спектакли для программы Dance Open на 2021 год, и один из них — совершенно потрясающий балет — начинается… с секса. Там люди одеты, но все равно это очень откровенная и яркая сцена. И главное — она оправданна: это красиво сделанная, важная для повествования завязка, и, на мой взгляд, она не должна шокировать публику.

В разные годы фестиваль привозил множество экспериментальных постановок. Например, в 2017 году — «Вирус Наарина» танцевальной компании Батшева, поставленный по пьесе Петера Хандке «Оскорбление публики», с соответствующим сюжетом. Спектаклю на тот момент было 16 лет, но он ни разу не приезжал в Россию — продюсеры опасались. Эта история про то, насколько мы готовы слушать критику в свой адрес, принимать что-то, что нам не нравится, быть толерантными к миру. Про то, что один и тот же человек может быть и подлецом, и героем... Спектакль гениальный, абсолютно философский. Я считаю, что это одна из самых удачных «провокаций» Dance Open.

— Что из того, что делает команда Dance Open, не делает больше никто?

— «Классику на Дворцовой». Я долго пыталась понять, что нужно сделать, чтобы в День города зритель, бросив все, бежал на площадь. Посетив множество open-air по всему миру, сделала вывод, что формат большинства из них — это просто очень качественный концерт на свежем воздухе. То есть, если ты не фанат оперы, глазу зацепиться не за что — картинки нет. Мы из каждого номера (а их в одной программе больше 25!) делаем спектакль — ставим танцы, готовим костюмы, отрисовываем видеоконтент, подбираем музыку и, если нужно, делаем аранжировку, приглашаем лучших вокалистов мира.

— 20 октября «Классика на Дворцовой» будет показана в эфире канала «Россия — Культура». Передаст ли видеоверсия энергию живого звука?

— Конечно, если смотреть концерт непосредственно на площади или даже в прямом эфире, то эффект живого присутствия перекрывает все. Но к телеверсии мы предъявляем бескомпромиссно высокие требования — и звук, и картинка должны быть безупречны.

Во время концерта важно, чтобы звук был равномерно распределен в каждой точке Дворцовой. Для этого на проекте работают лучшие специалисты, но студийного качества звука можно добиться только кропотливой «чисткой» в аппаратной. После того как убраны все посторонние шумы, разница в звучании — космос!

То же самое относится к монтажу. Выдавая сигнал в прямой эфир, режиссер со скоростью бешеного страуса соединяет все планы с пятнадцати камер, с трех кранов, со стрелы, стедикама, дороги (да, у нас очень много техники). Но все равно такую картинку не сравнить со студийной версией. После концерта наша режиссерская группа на месяц запирается в студии и делает чистовой перемонтаж со всех камер. И на выходе получается продукт другого уровня.

— В этом году вместе с «Ростелекомом» вы сняли про «Классику» фильм. Расскажете об этом сотрудничестве?

— Это наш первый подобный опыт за время существования проекта — и сразу в трех частях. «Золотая коллекция» — собрание лучших номеров «Классики» разных лет. Вторая часть — вackstage: творческая кухня проекта. Для зрителей это уникальный шанс заглянуть за кулисы: им хочется знать, из чего сделан реквизит, как строится сцена, как поднимается люстра, создаются костюмы, как что монтируется и… как не подрались четыре балетмейстера во время совместной постановки финального номера (смеется). И наконец, третья часть — сам концерт. Всю трилогию можно посмотреть на мультимедийной платформе Wink от «Ростелекома».

Вообще партнерство с «Ростелекомом» превратилось в отдельный проект: «Классика на Дворцовой» отправилась гастролировать по стране. В течение лета открытые показы фильма прошли в 15 российских городах. Люди собирались на площадях и в культурных пространствах и на огромных экранах смотрели трилогию про то, как Петербург отметил свой день рождения. В итоге к началу августа фильм набрал свыше двух миллионов просмотров. И это говорит о том, что культурный контент, адаптированный к современным технологиям, пользуется спросом.

— Я знаю, что в вашей жизни были разные моменты, в том числе очень трудные, связанные с потерей близких людей. Как найти в себе силы идти дальше, дайте совет.

— Моя бабушка в 1941 году потеряла мужа. Ей было 24 года, а двум дочкам — два и четыре. После войны они вернулись из эвакуации в Ленинград — есть было нечего, но она кормила и своих, и чужих детей, и всех, кто приходил в дом. Это пример настоящей стойкости духа, и таких женщин в нашей стране большинство.

Нет никакого другого совета, кроме как всеми силами цепляться за позитив и переставлять ноги в направлении цели.

— Как вам удается совмещать работу с семьей? Видят ли вас родные?

— Старшая дочка работает в киноиндустрии, много ездит по разным странам, много учится. Я ее вижу мало, ей 23 года, и у нее есть бойфренд. Утешаю себя тем, что важно не количество совместно проведенного времени, а качество. Важно, чтобы дети видели хотя бы иногда, на что ты их «променял». Поэтому при любой погоде дочери сидят на моих проектах, а старшая иногда еще и работает. Звучит парадоксально, но совет тем, кто не может уделять много времени детям: обязательно приводите их на работу.

Беседовала Наталья Лавринович


Комментарии

Рекомендуем

обсуждение

Наглядно

Профиль пользователя