Коротко

Новости

Подробно

Фото: DPA / ТАСС

Как работает Фонд Гумбольдта

Стипендиаты считают, что он спас российскую науку в 1990-х годах

от

Фонд имени Александра фон Гумбольдта — одна из самых известных в мире организаций, выдающих стипендии и научные гранты молодым ученым. Но у этого фонда есть особенности, выделяющие его из череды ему подобных: он поддерживает своих стипендиатов, а стипендиаты — друг друга.


Фонд имени Александра фон Гумбольдта — некоммерческая организация, он основан в 1860 году в Германии. (Александр фон Гумбольдт — знаменитый натуралист, основатель науки географии.) Сперва фонд финансировал иностранные поездки немецких ученых и их научные исследования, однако после расформирования в 1923 году и фактического возрождения в 1953 году направление его деятельности изменилось: с тех пор фонд прежде всего стимулирует развитие международного сотрудничества в области науки, особенно между учеными из Германии и их иностранными коллегами.

Фонд Гумбольдта оказывает поддержку ученым более 130 стран: дает стипендии и гранты на проекты. Размер стипендии позволяет приехать в Германию, чтобы работать с немецкими коллегами или самостоятельно. Стипендии разные и выдаются на разный срок — от шести месяцев до двух лет, размер зависит от научного стажа стипендиата. Стипендиаты получают и дополнительное финансирование, если приезжают с семьями.

Фонд также выдает стипендию федерального канцлера Германии, предназначенную вовсе не для ученых, а для будущих лидеров из России, США, Китая, Бразилии и Индии: они получают возможность познакомиться друг с другом и поучаствовать в общих проектах.

Все деньги фонд распределяет на конкурсе — желающий должен подать заявку. В некоторых случаях есть ограничения: к примеру, стипендия Софьи Ковалевской разыгрывается среди кандидатов наук, получивших степень не ранее чем за шесть лет до начала стажировки.

Одно из ключевых отличий Фонда Гумбольдта от других подобных организаций — его научный космополитизм: приоритетных направлений нет, поддержку получают любые проекты, представляющие научный интерес, будь то исследование по квантовой механике или о немецких скульпторах-фарфористах в России в XIX-XX веках. Более того, Фонд Гумбольдта ставит первоочередной целью не финансирование научных проектов, а налаживание сотрудничества между перспективными учеными из разных стран. Как говорят сами стипендиаты, отношения с иностранными коллегами не прекращаются с окончанием программы, а фонд активно поддерживает связи между участниками программы. Во многих странах существуют гумбольдтовские клубы — локальные объединения бывших стипендиатов, создание которых активно поддерживает сам фонд. Клубы создаются для того, чтобы дать возможность гумбольдтианцам не терять связи друг с другом и проводить совместные встречи.

Мнения стипендиатов


Стипендиаты, что и неудивительно, положительно оценивают деятельность фонда: например, доктор философских наук, профессор Российской академии народного хозяйства и государственной службы Татьяна Илларионова считает фонд уникальным явлением в послевоенной науке. По ее мнению, только благодаря фонду многие российские ученые смогли продолжить карьеру и прокормить семьи.

Похожего мнения придерживается и другой гумбольдтианец — доктор физико-математических наук, профессор Специального учебно-научного центра Московского государственного университета имени Ломоносова (СУНЦ МГУ), президент Московского гумбольдтовского клуба Виктор Задков, который считает Фонд Гумбольдта одним из ведущих фондов в сфере поддержки прежде всего не научных организаций, а отдельных людей.

Еще один бывший стипендиат — доктор экономических наук, профессор Высшей школы экономики Александр Чепуренко считает, что Фонд Гумбольдта, равно как и некоторые другие, спас российскую науку от полного вымирания в 1990-е годы.

А еще Чепуренко вспоминает, как у него возникли трудности во время стажировки: его перестала интересовать тема его проекта, и он хотел заняться другим исследованием. Чепуренко поделился переживаниями с принимающим профессором — Александром Фишером. А Фишер не только посочувствовал, но и заверил его, что постарается по возможности помочь взяться за другой проект, что и получилось.

Задков, в свою очередь, утверждает, что он «практически переквалифицировался» за время программы благодаря своему принимающему коллеге — профессору Дитеру Мешеде: благодаря его влиянию Задков полностью поменял тему своего научного исследования. Более того, за время работы в Германии Задков установил настолько тесные контакты с немецкими коллегами, что они до сих пор организовывают совместные конференции, а также программы обмена для своих студентов и аспирантов.

Но нередко участие в программах Фонда Гумбольдта оказывало и негативное влияние на карьеру стипендиатов. Илларионова считает, что «пребывание там никаких преференций для жизни в России не дает», а в каком-то смысле даже «отбрасывает назад», поскольку пока все российские коллеги занимаются своей карьерой, стипендиаты работают за границей. Помимо этого далеко не все руководители стипендиатов положительно реагируют на отъезд подчиненных, поскольку довольно велика вероятность полноценного переезда сотрудника из России по окончании программы. По возвращении на родину многие стипендиаты лишались работы. Зачастую это было связано с тем, что они становились невостребованными в своих вузах из-за увеличившейся разницы в качестве преподавания между ними и остальными преподавателями.

Однако и в таких ситуациях Фонд Гумбольдта не оставлял гумбольдтианцев на произвол судьбы и оказывал им материальную поддержку до тех пор, пока они не находили новую работу. Фонд и сейчас может спонсировать бывших стипендиатов в случае, если им не хватает оборудования или научной литературы. Так, Задков утверждает, что Фонд Гумбольдта подарил СУНЦ несколько десятков компьютеров, а также на регулярной основе предоставляет новейшие научные исследования.

Гумбольдтианцам нравится, как устроен в фонде отбор стипендиатов: Илларионова считает, что система «работает просто потрясающе», а Чепуренко уверен, что за счет сложной структуры выдачи грантов «конфликт интересов исключен».

Чепуренко утверждает, что Фонд Гумбольдта финансирует клубные мероприятия бывших стипендиатов, а также частично спонсирует немецкие конференции и коллоквиумы, в которых принимают участие бывшие стипендиаты. К любым гумбольдтианцам за счет фонда могут приехать на работу немецкие стипендиаты. Наравне с научными гумбольдтианцы поддерживают и неформальные связи: Илларионова до сих пор общается с бывшими коллегами по программе, поскольку они «очень интересные люди, которые много сделали для России», а Задков поддерживает общение со многими членами иностранных гумбольдтовских клубов.

Сейчас в «семью Гумбольдта» входят более 29 тыс. человек, и все они могут рассчитывать на поддержку фонда, а также других стипендиатов в трудную минуту. Задков утверждает, что, если у гумбольдтианца во время командировок возникают проблемы с жильем, он или она может связаться с другими гумбольдтианцами и попросить помочь: коллеги по программе едва ли откажут в поддержке.

А один из респондентов вспоминал, как Фонд Гумбольдта предоставил ему материальную помощь, даже несмотря на то, что сам он не обращался к фонду и уже долгое время не был действующим стипендиатом.

Примерно 50 стипендиатов фонда стали лауреатами Нобелевской премии, почти каждый год в числе номинантов на нее есть гумбольдтианцы.

Григорий Яковлев


Комментарии
Профиль пользователя