Коротко

Новости

Подробно

5

Фото: Amazon Studios

Любовь и големы

Татьяна Алешичева о «Карнивал-Роу»

Журнал "Коммерсантъ Weekend" от , стр. 29

Сервис Amazon Prime показал первый сезон сериала «Карнивал-Роу», где викторианский детектив пересекается с фэнтези и социальной сатирой


После войны в населенной сказочными существами стране Тирнанок и ее оккупации Пактом жители бегут из этих земель. Те, кому удается пересечь море, оседают в Бурге — государстве людей, которые выступали союзниками фей в войне с Пактом. Но здесь они оказываются существами низшего порядка, им приходится селиться в гетто под названием Карнивал-Роу, похожем на задворки викторианского Лондона, преображенного стимпанком. Выносливые фавны идут работать прислугой, а нежные феечки, которым не повезло пристроиться горничными, поступают служить в бордели. От клиентов нет отбоя — всем хочется пережить феерию, когда любовница взмывает вместе с партнером над ложем и ее трепещущие крылья начинают светиться. По слухам, подобные заведения посещают и высокопоставленные граждане Бурга вроде сластолюбивого сынка местного Канцлера. Но феям постоянно угрожает опасность: на улицах Роу завелся свой Потрошитель, который преследует и убивает их одну за другой. По следу убийцы идет честный коп Райкрофт «Файло» Филострат (Орландо Блум) — один из немногих в полицейском участке, которому претят царящие в обществе людей расизм и ксенофобия. Нетипичной и не поощряемой в его мире приязнью к феям он проникся на фронте, когда был солдатом Бурга и полюбил отважную фею Виньет Стоунмосс (Кара Делевинь). Жизнь их разлучила, и Виньет долгое время считала Филострата погибшим. Но они, конечно же, снова встретятся в Карнивал-Роу.

Что греха таить — это зрелище из разряда постыдных удовольствий, а прямолинейной социальной сатиры тут могло быть и поменьше. Вдобавок сюжет долго раскачивается, прежде чем стать по-настоящему увлекательным,— до третьей серии, где во флешбэке нам расскажут, как Виньет и Файло встретились и полюбили друг друга на войне. Поначалу кажется, что до того, как детективная и любовная интрига разовьются, мы увязаем в нагромождении ненужных подробностей и бесхитростных отсылок к хрестоматийным сюжетам — ну что нового можно добавить к уже существующим версиям истории Потрошителя? Или вот еще линия обедневших аристократов Эзры Спернроуза (Эндрю Гауэр) и его вздорной сестрицы-бесприданницы Имоджен (Тамзин Мерчант): презрев фамильную гордость, они привечают соседа Агреуса (Дэвид Гяси) — непонятно как разбогатевшего фавна, наглого нувориша, который хочет влезть со своим бычьим копытом в калашный ряд высшего общества Бурга. Да это же история Скарлетт, Ретта и «саквояжников», которых сторонилась старая аристократия Юга! Сценаристы Трэвис Бичем и Рене Эчеваррия и не пытаются это скрывать, нарочно обряжая Имоджен в алое платье,— разве что вдобавок делают эту сюжетную линию похожей еще и на коллизию из Джейн Остен.

В этом живом, шевелящемся фоне, который авторы щедро вытягивают из рукава, и заключается одно из главных удовольствий от сериала. Рассматривать всю эту кунсткамеру, которая сияет, шкварчит и переливается на задворках основного сюжета, не менее увлекательно, чем следить за похождениями главных героев. Чего только нет в этом шапито: ручной медведь на цепи во дворце правителя, сотворение голема из рыбы и крота, волшебство и превращение! Чего стоит одно только шоу кобольдов, которые, как в «Гамлете», разыгрывают в своем крошечном кукольном театре подлинные истории из жизни обитателей Карнивал-Роу. А вы видели когда-нибудь, как феи эвакуируются из-под обстрела цеппелинов — замотанные в бабьи платки и одетые в ватники, взмывают ввысь и улетают на своих перепончатых крылышках, которые оказываются такими крепкими? Для любителей дворцовых интриг тут есть линия Канцлера (Джаред Харрис) и его супруги-интриганки (Индира Варма, будто нарочно для колорита позаимствованная создателями прямиком из «Игры престолов»).

Создатели этого огромного фантастического мира увлеченно, как дети, громоздят сказку на детектив, легенду на куртуазный роман, не ленясь закрючковывать дюжину сюжетов и сюжетцев. Они тащат с миру по нитке, заимствуя не только сами истории, но и воспоминания о них. Моменты блаженного эскапизма и сентиментального томления, когда ты сидишь в уютном кресле с книжкой Диккенса, а бедный сиротка из приюта скитается там в поисках родной души. Или нищий учитель капризного барчука являет пример благородства, потому что все видел, все пережил и уже не боится поношений и нищеты.

Это эклектичное, вторичное повествование рождает убаюкивающее ощущение дежавю: все это мы уже видели, слышали и читали раньше, потому что мир — это старое, знакомое, насквозь исхоженное место, где больше не рождается новых сюжетов, а историй всего четыре. Или, по остроумному наблюдению уже не Борхеса, а Пелевина, даже две: как человека убивают из-за денег и как человека приносят в жертву — и тут есть они обе.

«Carnival Row», 2019—

Комментарии

Рекомендуем

обсуждение

Профиль пользователя