«Важно лишь попросить президента, чтобы он издал указ о помиловании»

Режиссера Олега Сенцова этапировали в Москву в рамках обмена заключенными с Украиной. Как сообщают информагентства со ссылкой на источники, его поместили в один из столичных следственных изоляторов. Украинский режиссер ранее отбывал наказание в колонии в Ямало-Ненецком автономном округе. Российский суд отправил его туда по обвинению в подготовке терактов. Как перевод Сенцова может повлиять на обмен заключенными между Москвой и Киевом? И выглядит сама процедура обмена? Эти вопросы ведущая “Ъ FM” Наталья Жданова обсудила с адвокатом, руководителем правозащитного объединения «Команда 29» Иваном Павловым.

— Это очень непрозрачный процесс как в России, так и за рубежом. Любое иностранное государство имеет институт помилования. Обычно это указ высшего лица в стране, в России это указ президента. Иногда документы открыто публикуются, но бывают и секретные указы о помиловании. Обычно в ходе осторожных, секретных переговоров между спецслужбами, дипломатическими ведомствами стран определяется день, когда одновременно издаются эти указы, и людей освобождают. Это обычная часть процедуры обмена. Разумеется, есть разные меры освобождения людей из-под стражи, но чтобы юридически окончательно решалась судьба человека, необходим указ о помиловании.

Обычно заключенного переводят на строгий режим содержания в следственном изоляторе Москвы, чаще всего это «Лефортово» — самый строгий по режиму содержания. И там несколько человек будут его, так скажем, обрабатывать, уговаривать подписать бумаги. Практически в 100% случаев эти уговоры заканчивались тем, что человек все-таки подписывал прошение о помиловании, копии которого нигде как бы не фигурируют — они идут в администрацию президента, остаются именно там. Непонятно, под чем человек подписывается, но формально я допускаю, что признавать свою вину совершенно необязательно. Важно лишь попросить президента, чтобы он издал указ о помиловании. Если уже документ готов, то посадить людей на самолет и отправить их в Киев не составляет никаких сложностей.

— Его привезут в аэропорт под конвоем, посадят на спецрейс и отправят в Киев.

— Обычно синхронно, но необязательно, чтобы в одно и то же время, в одном и том же месте перелетали границу самолеты или производился обмен. На политическом уровне руководители могут между собой договориться так, чтобы понимать, что ни одна из сторон не обманет другую. То, что Сенцова доставили в Москву — это очень хороший знак. Давайте просто, как говорится, дождемся этого события. Не будем излишне здесь прогнозировать что-то.

— Да, защитников тоже ограничивают в возможности посетить своего подзащитного в следственном изоляторе. У меня такое было трижды. В 2017 году я защищал трех женщин, жительниц Сочи, которых обвиняли в государственной измене. Они были осуждены на длительные сроки лишения свободы, их в итоге этапировали из своих колоний в «Лефортово». Я пытался туда пробиться, и руководство следственного изолятора, улыбаясь, мне говорило о том, что мои подзащитные просто пока не хотят со мной встречаться. Все это время с ними вели работу специально обученные люди, которые уговорили их подписать прошение. В общем, я бы даже не стал здесь как-то препятствовать этому процессу. Но на всякий случай руководство решило не допускать адвоката. Я думаю, что в других случаях руководство будет поступать именно так. Можно здесь говорить о том, что это нарушение прав, и жаловаться, но если смотреть на результат, как говорится, свобода дороже.