Рубцы истории

Как воссоединяли Белоруссию 80 лет назад и о чем не вспоминают в разгар мероприятий по случаю юбилея начала Второй мировой войны

Две стороны одной страны: как и для чего воссоединяли Белоруссию 80 лет назад и о чем не вспоминают в разгар мероприятий по случаю 80-летия с начала Второй мировой войны в Польше. «Огонек» взглянул на обе даты из сегодняшней Белоруссии.

Cентябрь 1939-го. Красная армия выдвигается к западным границам СССР

Cентябрь 1939-го. Красная армия выдвигается к западным границам СССР

Фото: Popperfoto via Getty Images

Cентябрь 1939-го. Красная армия выдвигается к западным границам СССР

Фото: Popperfoto via Getty Images

Ганна Курак, Брест

17 сентября 1939-го Красная армия пересекла советско-польскую границу и двинулась на запад, навстречу немецким частям, которые к тому времени захватили почти всю Польшу. В ходе нынешних юбилейных мероприятий в Варшаве и Гданьске, куда приглашена канцлер Германии, но не приглашен президент России и не приехал президент Белоруссии, польская сторона жаждет эти события уравнять. При этом не особо задумываясь, что такая версия начала войны оглушительна для ближайших соседей.

Почему? Очень просто: поход РККА для подавляющего большинства жителей тех территорий, на которые она пришла в 1939-м, захватническим не был. По итогам кампании к СССР, а точнее — к республикам, в СССР входившим, были присоединены территории Западной Белоруссии, Западной Украины и часть Прибалтики, которые с 1921 года были от них отсоединены и находились в составе Польши. Собственно, все эти страны и сегодня такие: независимость после распада СССР они получили практически в границах 1939-го. Вот только говорить вслух об этом сегодня не принято...

Белоруссия по-польски и Белоруссия по-советски

Улицы, названные в честь 17 сентября, есть сегодня в большинстве городов западной части Белоруссии. Для подрастающего поколения это едва ли не единственное напоминание о том, что происходило в 1939-м. В учебниках истории дата тоже не выделятся — она скромно идет в увязке с началом Второй мировой. А вне школы об этом событии практически не говорят: даже 80-летний юбилей объединения разорванной некогда на две части республики пройдет в полной тишине. Как же так вышло? Объяснение у местных властей простое: по неоднозначному вопросу лучше молчать, чем сказать что-то не то. Примечательно и другое: чем дальше от нас эта дата и чем меньше живых свидетелей того времени, тем острее споры о том, в какой Белоруссии жить было хорошо — восточной или западной.

Так, историк и политолог Игорь Мельников считает, что период с 1921 по 1939 год был не худшим опытом для белорусов-западников. Ведь здесь на 18 лет отодвинулся приход советской власти. Но что было вместо него?

— Условно тогда Польша делилась на две части — собственно Польша и присоединенные территории, которые поляки называли Kresy Wschodnie (восточные окраины). На территории Западной Белоруссии основу населения составляли белорусы. В местечках превалировали евреи. Проживали и поляки еще со времен Речи Посполитой. Было немало вновь прибывших польских граждан. Например, «осадники» — военные, которые после польско-советской войны в 1920-м получили землю на территории восточных воеводств. Само собой, новый административный аппарат состоял в основном из поляков. Нельзя забывать о военных и сотрудниках Корпуса охраны пограничья (KOP). Каково жилось в этой компании белорусам? У крестьян (а они были преимущественно крестьянами) жизнь всегда была непростой: изнуряющий труд на земле, много налогов. Но поляки хотя бы принадлежавшую испокон веков землю не отбирали. А если и пытались это сделать, то со стороны коренного населения получали жесткий ответ.

В 1920–1930-е годы на территории Западной Белоруссии прошло много народных выступлений. Показательно, например, Нарочанское восстание. В озерном крае польский пан выкупил землю вместе с водоемами и запретил белорусам рыбачить. Народ взбунтовался, напал на полицию и вернул все как было. Вообще же в Западной Белоруссии жители массово ехали на заработки за границу. К счастью, выбраться отсюда было гораздо проще, чем из БССР, где у крестьян даже паспортов не было. Белорусские «западники» искали лучшей доли в Латинской Америке, Штатах, странах Балтии. Кто-то на родину уже не возвращался, но многие ехали именно с расчетом подзаработать, чтобы прикупить землю в Западной Белоруссии. Ведь главная проблема крестьян в то время — земельный голод.

Игорь Мельников полагает, что закрепиться на белорусских землях польским властям не удалось по ряду причин. Во-первых, были допущены экономические ошибки: не была доведена до конца реформа по развитию хуторов, Варшава не уделяла должного внимания развитию промышленности на белорусских территориях. Поэтому не удивительно, что многие белорусы-западники смотрели на советский Минск как на центр объединения страны. Ведь там в 1920-х развернули белорусизацию — произошел мощный рывок в развитии национальной идеи. Бурлила культурная жизнь, массово открывались школы, появился Белгосуниверситет и Академия наук. Полным ходом шло развитие промышленности. Масла в огонь польско-белорусского конфликта на территории Западной Белоруссии подливали и советские агенты, нелегально переходившие границу с целью стимулировать антипольские настроения и агитировать за коммунизм. К слову, граница в то время была серьезная. Чтобы ее пересечь, западникам нужна была виза, которую оформляли в Варшаве.

Советские солдаты раздают газету «Правда» с публикацией закона о принятии Западной Белоруссии в состав БССР

Советские солдаты раздают газету «Правда» с публикацией закона о принятии Западной Белоруссии в состав БССР

Фото: Виктор Темин / Фотоархив журнала «Огонёк»

Советские солдаты раздают газету «Правда» с публикацией закона о принятии Западной Белоруссии в состав БССР

Фото: Виктор Темин / Фотоархив журнала «Огонёк»

Во-вторых, были просчеты политического толка. Поляки не желали идти на уступки национальным устремлениям белорусов. А между тем белорусская интеллигенция развернула активную политическую деятельность. Поначалу они пробивались в польский Сейм и старались отстаивать там национальные интересы белорусов. В 1925-м появилась Белорусская рабоче-крестьянская громада — революционно-демократическая организация, насчитывавшая не меньше 100 тысяч участников. Они развивали родную культуру и образование, берегли язык и историю. В Западной Белоруссии действовала и своя компартия. Со временем все это было запрещено, руководителей и активистов арестовали, что вызвало волнения среди белорусов. Например, Коссовское восстание, которое закончилось стрельбой и смертью нескольких демонстрантов, или Новогрудское — после него бунтарей повесили.

— Да, Польша под руководством Пилсудского была авторитарной страной. Но вместе с тем нельзя отрицать тот факт, что польская полиция сохранила жизни многим белорусам, которые на советской стороне могли бы умереть гораздо раньше. Например, Сергею Притыцкому — активному участнику коммунистического движения в Западной Белоруссии. Он в суде стрелял в поляков и был объявлен террористом, за что его приговорили к смертной казни, но вскоре помиловали и дали пожизненное заключение. В 1939-м Притыцкий сбегает из тюрьмы и становится лидером Западной Белоруссии, во время войны возглавляет партизанское движение, а после занимает руководящие должности в компартии уже объединенной республики. Сбежал бы он в БССР раньше, например в 1937 году, велика вероятность, что жизненный путь этого коммуниста окончился бы в расстрельной яме. Дело в том, что многих западнобелорусских коммунистов, бежавших от польской полиции в БССР, советские спецорганы обвиняли в работе на польскую разведку и уничтожали как «врагов народа»,— уверен историк.— Так, например, произошло с ученым и политиком Брониславом Тарашкевичем. Он был одним из лидеров Белорусской рабоче-крестьянской громады. Польские власти обменяли его на писателя Франтишка Алехновича, успевшего провести несколько лет на Соловках. Первый шел на свободу в пальто, шляпе и ботинках. Второй — в фуфайке, валенках и со вшами в волосах. Каждый был уверен, что его ждет лучшее будущее на новом месте. Увы. Тарашкевича арестовали в 37-м по сфабрикованному делу и через год расстреляли. Алехнович тоже умер не своей смертью — в 44-м был убит в Вильнюсе то ли немцами, то ли советскими партизанами.

«Люди танцевали и пели»

Понимая ценность 17 сентября для Белоруссии, отмечает собеседник «Огонька», нельзя забывать и то, какой ценой досталась целостность страны ее жителям.

— На самом деле бравый поход Красной армии, который в советской прессе называли освободительным, принес немало жертв. Сотни убитых и раненых. Далеко не все радовались «освобождению». Дело в том, что на территорию Западной Белоруссии в то время отступали польские войска, которых гнали немцы, развязавшие 1 сентября Вторую мировую. Кроме того, против большевиков сражались польские пограничные батальоны, которые до конца охраняли советско-польскую границу. 17 сентября 1939 года Красная армия начала полноценные боевые действия против Войска Польского.

Игорь Мельников обращает внимание и еще на одну интересную деталь: после воссоединения белорусских земель граница, делившая Белоруссию пополам, продолжала существовать. Больше того, там находились советские пограничники.

— Пропуск через КПП на этой «белорусско-белорусской» границе осуществлялся только по документам, полученным в НКВД. Почему? Очевидно, нужно было время, чтобы «уравнять» две успевшие сильно измениться за 18 лет части страны. Ликвидировать так называемый несоветский элемент: польских военных, полицию и работников госаппарата, зажиточных крестьян и лесников, которые служили у панов. Известно, что за неполные два года до начала Великой Отечественной на западных территориях прошло четыре волны депортации. Последняя, к слову, началась всего за несколько дней до нападения Германии на СССР. Эшелоны с депортированными немцы застигли в Минске: бомбили их нещадно, думали, что в поездах солдаты Красной армии.

И все же, учитывая противоречивость происходящего на западных территориях до и после воссоединения, Мельников признает: поход Красной армии сыграл судьбоносную роль в истории республики.

— Мое твердое убеждение: если бы не 17 сентября, сегодня не было бы Белоруссии как таковой. Со временем восточная часть, скорее всего, стала бы частью РСФСР, а западная окончательно закрепилась за Польшей. И ни о каких белорусах как нации мы бы сейчас не говорили.

Новые границы СССР от 1939 года спустя полвека стали границами новых независимых государств

Новые границы СССР от 1939 года спустя полвека стали границами новых независимых государств

Фото: Фотоархив журнала «Огонёк»

Новые границы СССР от 1939 года спустя полвека стали границами новых независимых государств

Фото: Фотоархив журнала «Огонёк»

Кандидат исторических наук, доцент Белорусского госуниверситета Валентина Теплова с коллегой не согласна:

— Воссоединение белорусских земель в 1939-м — это закономерная справедливость. Исторически Польша никогда не имела прав на эти территории. Поскольку это были этнические земли белорусов, пусть они и входили в состав тех государственных объединений, которые на протяжении многих веков здесь существовали. Польша, воссоздавшая свою государственность после Октябрьской революции 1917-го, рассматривала Западную Белоруссию, скорее, как материальный ресурс, где есть земля и дешевая рабочая сила. Можно понять политические амбиции правящих кругов Польши, которые формировались столетиями политико-экономического и культурного доминирования на этих территориях (с XIV по конец XVIII века). Такая позиция открыто проявлялась и в межвоенный период с 1921 по 1939 год через ополячивание. Особенно в системе образования, религии и практике права на труд. Преподавание практически во всех школах велось на польском языке. Из сохранившихся воспоминаний мы знаем о случаях, когда за белорусскую или русскую речь учащихся наказывали. Впрочем, условия были такими, что дальше четвертого класса мало кто учился: чтобы выжить, дети, как правило, шли работать. Православным белорусам приходилось слышать: «Jak pan bedzie katolikiem, to pan bedzie miec prace» («Если будете католиком, то будете иметь и работу»).

Кто-то под давлением веру менял, но большинство, пусть и во вред себе, оставались в этом вопросе твердыми.

Один такой пример на памяти и в моей семье — обычный ученик польской государственной гимназии белорус Михаил Уласик, который при выпуске имел в аттестате только «отлично». Власти предложили парню: «Переходи в католичество — как поляку тебе будут открыты все двери!» Юноша обратился за советом к матери. Та не лукавила: «Продашь веру, значит, продашь и меня. Выбирай сам, ты уже взрослый…» В итоге парень отправился на заработки в Латинскую Америку.

— Увы, нередкими были моменты высокомерного и неприязненного отношения польских властей к коренному населению Западной Белоруссии: людей считали темными и неотесанными, способными лишь на тяжелый труд на земле,— подчеркивает Валентина Теплова.

В силу этих причин прихода Красной армии в Западной Белоруссии большинство белорусов действительно ждали. И это не выдумки советских пропагандистов. Например, минчанин Лев Колосов, чье детство прошло «под поляками», вспоминает: «Для встречи красноармейцев на въезде в город Лунинец установили арку. Она была украшена осенними цветами, хвойными лапками, перевита красными лентами. По обе стороны висели портреты партийных деятелей и эмблемы СССР. На тротуарах стояла большая толпа народа с флагами, транспарантами, портретами, цветами. На некоторых домах были вывешены красные флаги. На улицах выступали командиры Красной армии и лунинчане — бывшие политзаключенные польских тюрем, члены компартии. Люди танцевали и пели. Веселье продолжалось почти целую ночь».

А завтра была война.

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...