Коротко

Новости

Подробно

Фото: Петр Кассин / Коммерсантъ   |  купить фото

Хлеб в помощь

«Огонек» прощается со своим героем — владельцем магазинчика, помогавшим тем, кто беднее

Журнал "Огонёк" от , стр. 8

«Талон на выдачу одного батона и половинки черного» — такие бумажки с печатью «Продуктовый магазин ООО "Ерик"» выдавали малоимущим в городе Струнино Владимирской области с 2009 года. Мамуд Шавершян, открыв магазинчик и назвав его в честь внука, сразу решил, что будет помогать тем, «кто беднее» — пенсионерам, малоимущим, инвалидам.


Наталья Радулова


Так и делал, тихо, без огласки раздавал свежий хлеб — в месяц почти 2 тысячи «белого» и около тысячи «черного», плюс сушки, печенье, сухарики. Справок не требовал, национальностей не различал, документы предъявлять не просил — городок маленький, и так все знают, кто как живет.



Почти 200 жителей Струнино получали по 10 таких талонов в месяц и о хлебе насущном могли не беспокоиться. «Мы рассчитали, что бабушке как раз хватает на два дня батона и половинки "Дарницкого". А потом она за свежим приходит»,— объяснял нам Мамуд в марте 2017 года, когда мы о нем узнали и приехали в гости. Мы тогда долго разговаривали, пили чай с его семьей, ездили с ним по делам, провели день в его магазине, пообщались с продавцами и со всеми, кто приходил за хлебом с талонами. Подготовили репортаж. И на следующий день после выхода «Огонька» бизнесмен буквально проснулся знаменитым. «Что случилось? — звонил он нам.— Вы ж вроде ничего особенного обо мне не написали, а меня везде обсуждают — в интернете, в администрации, на остановке! Сегодня ко мне едут брать интервью из Радио "Свобода", завтра — из "Новой газеты", на "Эхо Москвы" еще приглашают».

О маленьком продуктовом магазине владимирской глубинки тогда узнали не только в России. В нашу редакцию звонили и звонили иностранные журналисты — из Франции, Германии, Канады, Прибалтики, Украины.

Все просили контакты армянского бизнесмена езидского происхождения и уточняли: «Правда, что этот человек раздает русским старикам хлеб, а они жалуются, что мало дает?» Все хотели поскорее рассказать о хорошем Мамуде и плохих русских, которые его помощь не ценят и даже проклинают за то, что он их обворовывает.

Действительно некоторые струнинцы подозревали Мамуда в корысти: «Не сам же он такой добрый! Наверное, от администрации это помощь, а может, распоряжение Путина вышло, чтоб малоимущим выделять по целой черной буханке. А этот половинку себе отрезает. Армяне своего не упустят». Все местные жители привыкли, что в «Ерике» бесплатно раздают хлеб. Но не все разобрались, кто и зачем это делает. Кто-то действительно был уверен, что это происходит по распоряжению самого президента — и не только в Струнино, но и в каждом населенном пункте России, кто-то считал, что это мэр города постарался, кто-то писал благодарственные письма губернатору Светлане Орловой: «Спасибо, кормилица наша!» Поэтому, если вдруг к вечеру хлебные запасы в магазинчике Шавершяна кончались, эти люди могли выразить неудовольствие или поругаться с продавцом: «Мне положено! Я инвалид!»

На предпринимателя даже собирались писать заявления в прокуратуру, администрацию президента и санэпидемстанцию, обзывали черномазым и обещали посадить. Шавершян воспринимал все нападки смиренно, обещал с утра новую доставку прямо из пекарни и успокаивал своих продавщиц, которые первыми выслушивали претензии стариков: «Девочки, этим людям никто никогда не помогал, поэтому они не верят в добро и злятся». А нам, закрыв двери, тихо признавался: «Немного обидно... Но для меня важнее, когда внуки мной гордятся, хотят быть на меня похожими».

Он сам старался быть похожим на своего деда, ветерана Великой Отечественной, чей портрет повесил над столом в кабинете. «Я его завету следую: "Каждый день помогай людям, получится 365 добрых дел в год. Недоедай, недопивай, а людям помогай и сам добро помни". Вот почему я нерусский, а отчество у меня Максимович? А потому что дед всех сыновей называл в честь своих фронтовых друзей. Максим — это был начальник штаба, они вместе на Курской дуге воевали».

Даже Роза, его жена, сказала ему однажды: «Мамуд, зачем ты тратишь деньги и нервы, тебя ведь проклинают за этот хлеб», а потом увидела, как какой-то старик в магазине подошел и попытался поцеловать ее мужу руку, а тот испуганно дернулся: «Отец, что ты делаешь!» Тогда Роза заплакала и позже попросила: «Мамуд, прошу, ради меня, найди возможность, внеси в списки на талоны еще 50 человек».

Больше всегда в Струнино было больше тех, кто благодарил бизнесмена — какие СМИ об этом рассказали? А пенсионерка Нина Бушмелева признавалась нам, что всегда в своих молитвах упоминает Максимовича, ведь на еду у нее после оплаты всех счетов за квартиру и лекарства остается только 100 рублей в день: «Я беру 300 граммов сырку, 300 — маслица, вот это мой завтрак на месяц. Хлебушек тут получу, маслом примажу, 10 граммов сыра положу — кушаю. И сушечки иной раз наш помощник нам дает, и прянички. Такое подспорье, жить можно». А ветеран труда Сергей Васильев тожественно объявил, что считает Шавершяна благотворителем: «Спасибо, что позволяет хоть немного экономить. Хотя вот честно, нам девочки вроде и говорили, что талоны выдают по личному распоряжению Мамуда Максимовича и он сам не раз к нам выходил, но мы все равно не верили: как это, неужто из своего кармана дает? Многие до сих пор считают, что это горсовет все придумал».

Горсовет в дела магазина не вмешивался, ни одной грамоты, ни одной благодарности от властей за эти годы Шавершян так и не дождался. Да и не ждал. Зато воодушевил своим примером многих предпринимателей в России, которые тоже стали бесплатно раздавать хлеб нуждающимся. Сам он не только малоимущим из своего района помогал. В соседний детсад доставлял сушки и печенье, в церковь регулярно привозил горячие булки, в Армении много лет практически полностью содержал школу, в которой учился. Вот поэтому теперь и в армянских, и в российских блогах и соцсетях скорбят: «Светлая память Мамуду Шавершяну». На его похоронах вместе с его семьей плакали все его русские старики. Может быть, и те, кто когда-то его проклинал. Но даже если его критики и остались при своем мнении — это не важно. Мамуд никогда не считал это важным. Объяснял нам и сидящим рядом внукам: «Только Бог может ценить доброту».

Комментарии
Профиль пользователя