Коротко

Новости

Подробно

Фото: Андрей Мардарь / Коммерсантъ   |  купить фото

«Не нужно думать, что Плахотнюк белый и пушистый: он способен убивать»

Лидер партии «Платформа "Достоинство и правда"» о шансе восстановить демократию в Молдавии

от

В парламенте Молдавии, избранном 24 февраля, все еще не сформировано большинство, способное назначить правительство. Демпартия (30 мест в парламенте из 101, плюс еще десять лояльных ей депутатов) во главе с олигархом Владимиром Плахотнюком не может сколотить коалицию. Вступить в нее не готовы ни пророссийские социалисты, у которых 35 мандатов из 101, ни оппозиционеры из прозападных партий «Действие и солидарность» и «Платформа "Достоинство и правда”» (шли на выборы в блоке Acum — «Сейчас»), получившие на двоих 26 мест. Лидер «Платформы» Андрей Нэстасе рассказал спецкору “Ъ” Владимиру Соловьеву, с кем его коллеги готовы действовать сообща, чтобы вывести госструктуры из-под контроля клана Плахотнюка.


— Вы и ваши партнеры по блоку Acum жестче всех критикуете правящую Демпартию и ее лидера Владимира Плахотнюка и утверждаете, что сейчас есть шанс изменить ситуацию в стране. Как?

— Мы три с половиной года говорим: Молдова — захваченное государство. Это признано на международном уровне. В 2015 году об этом написал в газете The New York Times генсек Совета Европы Турбьорн Ягланд. В 2018 году этот факт был отражен в двух резолюциях Европарламента. Наша страна захвачена олигархическим кланом, во главе которого находится человек с паспортами минимум трех стран: Молдовы, России и Румынии. Это Владимир Плахотнюк, по румынскому паспорту он Улинич. Все госорганы в стране подчинены его клану и работают в основном на улучшение материального благополучия узкой группы лиц, превращая Молдову в серую зону. При этом собственный народ выдавливается из страны. Уехали более миллиона человек — в Россию и на Запад.

— И что предлагаете с этим делать?

— Мы получили от избирателей мандат на то, чтобы демонтировать этот режим. Но я напомню, что Плахотнюк сумел получить 40 мест в парламенте из 101 благодаря тому, что вместе с Партией социалистов изменил в 2017 году избирательную систему с пропорциональной на смешанную. Теперь главный вопрос в том, будут ли социалисты и дальше действовать таким образом или включатся в борьбу за освобождение страны. На него должны ответить сами социалисты и президент Игорь Додон. Мы выбрали путь прозрачных дискуссий по существу, а не по поводу дележа портфелей, как нам предлагали и социалисты, и демократы.

— У вас и у социалистов вместе 61 депутатский мандат — конституционное большинство. Это теоретически позволяет принимать законы без оглядки на демократов. Вы готовы к такому взаимодействию с социалистами?

— Много лет в молдавской политике существовала пагубная традиция: на второй день после выборов партии, которые прошли в парламент, начинались закулисные игры. Целью был дележ власти. Политики на второй день забывали, что обещали избирателям, и концентрировались на разделе портфелей. Так мы докатились до состояния захваченного Плахотнюком государства. В нашем лице в парламент сейчас пришел новый политический класс с новыми подходами и взглядами. Нас интересует, что нужно сделать для освобождения государства. Это нужно для живущих в стране людей. Если мы сядем вместе с социалистами и обсудим эти вопросы, это будет правильно. Пока партия Плахотнюка ищет очередную жертву для коалиции, мы с первого дня сосредоточились на выработке законопроектов и предложений по деолигархизации государства.

— Что это значит?

— Первым делом парламент должен принять декларацию, в которой констатируется факт захвата государства одним человеком.

— Зачем она нужна, если, как вы говорите, захваченным государством Молдавию признают даже на Западе?

— Хорошо, что признают, что вы — пресса — это констатируете. Но нужен юридический акт. Кстати, в 2016 году социалисты выходили в парламенте ровно с этим предложением и собрали (под инициативой.— “Ъ”) 39 подписей. Помимо принятия декларации нужно отправить в отставку руководителей правоохранительных структур и изменить ряд законов, чтобы уволить других функционеров, являющихся инструментами этого режима: генпрокурора, главу Службы информации и безопасности (СИБ).

Мы предлагаем создать парламентские комиссии для расследования отмывания денег через молдавские банки, в том числе миллиардов долларов, выведенных из России, расследования масштабной кражи из нашей банковской системы и так называемой амнистии капитала, очень похожей на попытку узаконить большие объемы «грязных» денег. Еще одно предложение касается отмены нынешней смешанной избирательной системы, которая позволила Плахотнюку использовать свои финансовые и информационные ресурсы для подкупа избирателей на недавних выборах.

Мы — проевропейская политическая сила и настаиваем на курсе Молдовы в ЕС. Но все эти наши инициативы начисто лишены геополитики. Мы предлагаем всем неподконтрольным Плахотнюку депутатам их обсудить. Социалисты во время избирательной кампании много говорили о борьбе с олигархами. Заявили, что в парламенте будут выступать единой командой. В таком случае хотелось бы услышать от них такое же однозначное обязательство не создавать коалицию с Плахотнюком.

Дальше мы с ними можем максимально прозрачно и открыто взаимодействовать в парламенте и совместно начинать деолигархизацию. Об этом мы, кстати, говорили на недавней встрече с президентом Додоном. Он сказал, что считает наши предложения хорошими и что их можно дополнить предложениями антикоррупционного характера от социалистов. Мы можем принять предложения, которые будут в русле деолигархизации.

— Если Игорь Додон это поддерживает, что мешает начать действовать?

— Должна быть политическая воля со стороны депутатов, считающих себя неподконтрольными Плахотнюку. Прошло больше десяти дней с момента начала первого учредительного заседания нового парламента. По решению председательствовавшего депутата-социалиста оно было прервано на неопределенный срок из-за того, что не создано парламентское большинство. Люди нас избрали для решения своих проблем, нам уже месяц платят зарплату, а мы никуда не двигаемся.

Нужно как можно скорее начать обсуждать не вопросы дележа портфелей, а очищение важнейших госструктур и привлечение к ответственности тех, кто захватил государство. Мы открыты для обсуждения направленных на это законопроектов, в том числе тех, о которых говорил Игорь Додон, которые дополнят или улучшат наш пакет антиолигархических инициатив. Готовы говорить и о решении вопросов, необходимых для начала полноценной деятельности парламента: формировании комиссий, постоянного бюро, избрания спикера и его заместителей. Но, подчеркиваю, властные функции для нас — лишь инструменты освобождения государства.

В 2016 году у нас был шанс усилиями всего общества освободить страну (с 2015 года страну сотрясали протесты, а в январе 2016-го митингующие даже попытались взять штурмом парламент.— “Ъ”). Но для кого-то тогда было более важно получить пост президента. Это было целью. Прошло два с половиной года. Главе нашего государства сейчас представилась возможность сыграть важную роль в борьбе с режимом. Это роль средства для достижения главной цели — борьбы с мафией. Есть все предпосылки, чтобы переломить ситуацию. Возможно, это наш последний шанс. Время пошло. У нас есть три месяца на это. Две недели уже потеряли.

— Вы и ваши коллеги по партии не раз обвиняли Игоря Додона в сотрудничестве с Владимиром Плахотнюком. Как договариваться, если между вами, судя по всему, нет доверия?

— Уровень доверия действительно нулевой. Но сейчас не время поминать старое и сводить счеты. Я был одним из самых непримиримых оппонентов Игоря Додона, потому что знаю, как все происходило между ним и Плахотнюком, как он решил прекратить протестовать вместе с нами в 2016 году. Но для меня самая главная цель — освободить мою страну, чтобы в ней можно было нормально жить. Социалисты предложили нам встретиться, не обозначив четко предмет дискуссий. Предложили прийти к ним и поговорить. Мы не в той ситуации, чтобы вести стерильные беседы о политической погоде в условиях, когда мы друг другу не доверяем. Говорить о коалиции между нами бессмысленно.

Но искреннее и прозрачное взаимодействие в парламенте на благо страны и всех живущих в ней людей — это то, к чему мы призываем всех, кто не под Плахотнюком, в том числе 35 депутатов-социалистов, обещавших не продаваться ему. Мы считаем, что теперь все зависит от того, насколько намерения президента Додона и социалистов искренние и насколько они желают воплотить в жизнь то, что обещали в предвыборной кампании,— бороться с олигархическим режимом.

— Чтобы парламентская площадка заработала, нужно избрать спикера, постоянное бюро парламента, прочие рабочие органы. Кто в таком случае должен быть спикером — представитель Acum или социалистов?

— Давайте по порядку. Мы предложили обсудить, что нужно делать для освобождения страны. Социалисты должны для начала ответить: они хотят оставаться в захваченном государстве, разделив в нем власть с Плахотнюком, или готовы вступить в борьбу с ним? Пусть определятся. Пусть посмотрят на наш пакет инициатив, предложат свои. После этого, как я уже отметил, можно поговорить, как все реализовать, в том числе как формировать рабочие органы парламента. Пока же от них нет никакого ответа на главный вопрос: они готовы начать реальную борьбу с мафией или нет?

— На какой площадке хотите с ними все это обсуждать? В парламенте?

— Только там. Все решения должны быть приняты в законодательном органе, а не за его стенами. Нужно возобновить прерванное заседание парламента, принять антиолигархическую декларацию, обсудить пакет решений по деолигархизации, а дальше одновременно говорить про технические вопросы, необходимые для принятия этого пакета мер: формирование постоянного бюро парламента, комиссий, возможно, выборы спикера, который станет гарантом движения дальше.

— Кто должен стать спикером?

— Блок Acum предложил мою кандидатуру, поскольку мы никогда не вступали ни в какие отношения с этим режимом. Мы с ним только боролись, тогда как Партия социалистов вместе с демократами голосовали за смешанную систему, а президент Додон подписывал законы, принятые Демпартией. Для прогресса важно, чтобы социалисты и Додон вышли и сказали: больше они с этим режимом ни на какое сотрудничество не пойдут. Это будет для всех нас лакмусовой бумажкой.

— Если предположить, что социалисты согласятся взаимодействовать с вами, какими должны быть первые шаги?

— Мы можем быстро уволить главу СИБ. Будет труднее с генпрокурором. Но давайте хотя бы с чего-то начнем. Докажем, что мы искренне хотим менять ситуацию в стране, что мы не на стороне Плахотнюка. Блок Acum не раз заявлял, что не пойдет на коалицию с Плахотнюком. То же самое мы говорили о коалиции с социалистами — слишком мы разные.

— То есть вы говорите не о коалиции с Партией социалистов, а о ситуативном голосовании вместе с ними?

— Меня не интересует, как это называется, меня интересует наличие политической воли для освобождения государства, захваченного мафией. Методы можно найти. Додон и социалисты, будучи в этих гибридных отношениях с Плахотнюком, совершали ошибки: то голосовали с демократами, то критиковали их. Они должны понять, что если не перешагнут через свой страх, то останутся на годы пленниками этого режима, который может с любым сделать все, что угодно,— посадить и даже убить. Люди, которые пришли в парламент, должны побороть страх. На встрече с Додоном я сказал ему: освобождайтесь и участвуйте в освобождении страны.

— Что ответил?

— Пока ничего. Раньше у него была цель стать президентом, он им стал. Пришло время на этой позиции что-то сделать для страны.

— Предположим, вы с социалистами начнете принимать законы, которые, по вашим словам, должны привести к освобождению государства. Но среди институтов, контроль над которыми приписывают Владимиру Плахотнюку, значится и Конституционный суд. Он может объявить эти законы неконституционными. Что тогда?

— Они могут. Но мы будем все делать по закону. Беспределом заниматься никто не собирается. Мы знаем, что это за Конституционный суд, и знаем людей, которые в нем заседают. Это бывший генпрокурор Корнелиу Гурин, который должен сидеть в тюрьме, Артур Решетников (экс-депутат, близкий к Демпартии.— “Ъ”) — то же самое. Если они пойдут по беспределу, у нас будут все предпосылки, чтобы вывести на улицу людей. Но давайте докажем, что мы соблюдаем законы, конституцию, можем действовать эффективно в интересах народа и страны. Тогда никакой Конституционный суд им не поможет.

— Итогом всего должны быть досрочные выборы парламента?

— Необязательно. Мы заявили, что готовы взять на себя ответственность по управлению страной. Если мы все очистим, проголосуем за возвращение к пропорциональной избирательной системе, можем и выборы провести. Но сначала нужна деолигархизация.

— Если не удастся договориться с социалистами, что будет?

— Будет так, как решит Плахотнюк. В этом случае будет ясно, что президент и Партия социалистов несвободны и захвачены тем же олигархом. Это будет очень плохо для страны. Нам придется бороться самим с этим режимом в последующие годы с любой позиции, которая у нас будет. В оппозиции — значит в оппозиции. Но всем должно быть ясно: досрочные выборы по существующей избирательной системе сегодня выгодны одному человеку — Плахотнюку.

Комментарии
Профиль пользователя