О том, как создатель Дональда Трампа кует новых политиков и новые ценности для Европы, «Огонек» поговорил с его соратником Бенджамином Харнуэллом. Господин Харнуэлл — основатель и директор Института человеческого достоинства, считается правой рукой Стива Бэннона.
— Расскажите о своем друге и партнере Стиве Бэнноне, чем он занят сейчас?
— Стив сейчас за пределами Италии. Где, сказать не могу по соображениям безопасности. А занимается тем, что выстраивает сеть суверенистских и популистских партий Европы ввиду предстоящих выборов (в Европарламент.— «О»). Просматривается и более серьезная перспектива, так что работа будет продолжена.
А вообще Бэннон — гений! Его главное открытие в том, что мир переходит из одной парадигмы в другую. Он понял, что определявшее политику пару веков разделение на левых и правых потеряло смысл. Как вы знаете, термины эти — из эпохи Французской революции (в Национальной Ассамблее сторонники дальнейших преобразований сели слева от короля, а те, кто хотел их остановить, — справа). Но все это устарело, и парадигма будущего, уверен Бэннон, совсем иная: это противостояние человека с улицы, простого человека, и элиты.
Италия — эпицентр событий: здесь сформировано идеальное правительство из популистов и суверенистов. Твердили, что такой кабинет не продержится, но он жив и выполняет предвыборные обещания. Для Стива это подтверждение, что новая парадигма — популизм-суверенизм — может победить и в Европе.
— В этом много сомнений в силу того, что суверенный подход отрицает солидарность как таковую. Скажем, Венгрия и Австрия не поддержали Италию ни при согласовании ее бюджета в ЕС, ни по квотам на прием иммигрантов. Даже входящие в одно правительство «Лига» и «5 звезд» идут на евровыборы по отдельности…
— Идея не столько в создании формального блока в Европарламенте, сколько в сплетении неформальной сети наших потенциальных союзников. По мере того, как парадигма «простой человек против элиты» будет проступать отчетливее, многие поменяют свои позиции.
— Какое лично вы имеете ко всему этому отношение?
— Я не состою в The Movement, но поддерживаю его. Эта инициатива — политическая, а я работаю в области культуры.
— Вы имеете в виду управление историческим памятником Трисулти? Слышала, вы занимаетесь этим проектом лично…
— Хотите узнать об Академии иудейско-христианского Запада, которая разместится в аббатстве? Пожалуйста. Программа — это продвижение в политику иудейско-христианской платформы, базирующейся на принципе Imago Dei (в переводе «Образ Божий» — теологическая доктрина, подразумевающая божественное происхождение человека; из нее следует ряд этических норм, исключающих прерывание беременности, контрацепцию, эвтаназию, гомосексуализм.— «О»). Мы против тех, кто считает человека продуктом эволюции, ибо это означает, что выживает сильнейший, а слабые подлежат уничтожению. Такие понятия, как традиционная семья и христианские ценности, для нас основа, на них стоит цивилизация Запада, и мы намерены их продвигать в том числе и в политику. Что касается академии, то ее открытие планируем осенью.
— Кого вы понимаете под местоимением «мы»?
— Расскажу вам свою историю. Десять лет назад я был европеистом-фанатиком. Отправился работать в Брюссель, где и понял: евроструктуры существуют только для себя — для тех, кто в них работает или намеревается уехать туда работать, если в их странах что-то пойдет не так. Я был потрясен, когда ЕС заблокировал кандидатуру Рокко Бутильоне из-за его католических принципов (в 2004 году две входящие в Еврокомиссию структуры проголосовали против выдвинутой ею кандидатуры итальянского политика, публично заявлявшего, что гомосексуализм подлежит лечению.— «О»). Тогда я и мои единомышленники решили создать платформу, которая позволила бы католической церкви продвигать фундаментальные ценности в секулярное политическое сообщество. Ведь как сказал папа Бенедикт XVI, если мы потеряем эти ценности, то потеряем и себя. С этой целью мы создали Dignitatis Humanаe Institute. Академия будет рупором идей DHI и будет продвигать христианские ценности в политику как базовый принцип нашей цивилизации. При этом себя я политиком не считаю...
— Бросается в глаза, что в попечительском совете DHI много противников папы. В каких вы отношениях с официальной Церковью?
— Папа имеет одно мнение, мы, в частности я,— другое. Папа порой продвигает идеи, которые являются его убеждениями, но не учением католической церкви. Учение католической церкви — это то, что восходит к Христу и апостолам. Есть магистральная линия Церкви, она не подлежит пересмотру. Папа же порой вступает в дебаты, потому что он верит еще и в политику. И тут он иногда выражает точку зрения, которая не является католическим учением. Например: мы должны принять всех иммигрантов, которые хотят к нам приехать.
— Отношение к иммиграции, как я понимаю, тоже сближает вас с суверенистами.
— Европа переживает иммиграционный кризис, который может стоить ей идентичности. Из миллиарда с лишним человек, проживающих южнее Сахары, свыше половины хотели бы иммигрировать, из них две трети, примерно 400 млн, в Европу или Северную Америку. Мы даже представить не в силах последствия такого переселения для западной идентичности. Но политики следуют установке «открытых границ»: ООН провозгласила право на иммиграцию, ту же позицию занимает Ватикан, ЕС. На этом фоне реакция суверенистов представляется мне конструктивной.
— Когда вы говорите, что цель — победа человека с улицы над элитой, вы как-то учитываете то, что произошло в России 100 лет назад? Лозунги-то похожие…
— Революция в России не была результатом борьбы народа против элиты. Это была борьба новой элиты и элиты старой. Коммунисты люди хитрые, весь коммунизм базируется на лжи. Ленин и его соратники просто выдали себя за спасителей русского народа. Это не было популистским движением, была смена элит.
— А каков у суверениcтов взгляд на Россию?
— Приведу слова Стива на конгрессе DНI в Ватикане в 2014-м. Он сказал: мы не можем быть наивными, когда речь идет о России, и очевидно, что президент Путин действует в интересах своей нации. Само по себе это не является чем-то плохим, и есть немало тем, по которым мы можем сотрудничать. Одна из них — спасение иудейско-христианской цивилизации.
P.S. Когда материал был готов к печати, Стив Бэннон вдруг объявился в Италии и поучаствовал в дебатах о евровыборах, где предрек, что его движение возьмет 50 процентов (оппоненты дают не больше 15). Рассудив, что последнее слово за избирателем, «Огонек» не полез в спор про майские выборы, а поинтересовался у политтехнолога, как в правом интернационале смотрят на Россию. Ответ впечатлил.
Бэннон начал с воспоминаний о службе в ВМФ США в 1980-е «на корабле, преследовавшем советские подводные лодки». Затем заявил, что РФ, «чей ВВП меньше, чем у штата Нью-Йорк», сегодня угрозой для США не является. Настоящую угрозу «иудейско-христианской цивилизации» Бэннон видит в Китае, при этом «ось Россия — Китай» ему «крепкой» вовсе не кажется. Все в конце концов вернется на круги своя, уверен политтехнолог, и Россия найдет свое место «в западном пуле», «хотя процесс будет очень долгий из-за чрезвычайной токсичности ее отношений с Западом». Но противостоять Китаю, мечтает Бэннон, мы когда-нибудь будем вместе…