«В чайной отрасли не хватает здоровой конкуренции»

В начале 2019 года представители отрасли чаеводства Кубани направили в ассоциацию «РосЧайКофе» обращение с предложением возродить ГОСТ для краснодарского чая, который стандартизирует содержание листа местного сбора в купаже. Связано это с тем, что краевой закон о чае никак не регламентирует этот вопрос, что порождает споры среди участников отрасли. О том, как принятие ГОСТа повлияет на рынок, как решается вопрос контрафакта и что нужно делать, чтобы чаеводство развивалось, в интервью „Ъ-Кубань“ рассказал генеральный директор «Объединения Краснодарский чай» и создатель Первого чайного кооператива Серафим Тимченко.

— Началось все с того, что еще один производитель чая — ГК «Мацеста чай» — написал заявление в антимонопольную службу с просьбой проверить продукцию «Объединения Краснодарский чай». Разумеется, ФАС выявила, что содержание краснодарского листа в купаже не 100-процентное. Ничего удивительного в этом нет — в значительной доле если не во всей продукции на полках магазинов под названием «Краснодарский чай» тоже будет купаж. То есть, формально ФАС все сделала в соответствии с законодательством, но не учло производственные, исторические и рыночные реалии. Кроме того, ФАС пыталась доказать, что «Объединение «Краснодарский чай» извлекает из этого необоснованные и незаконные преимущества, занимает преимущественное положение на рынке и каким-то образом нарушает закон о конкуренции. Что на самом деле не так — мы такой же производитель, как и все остальные. Мы обжаловали решение ФАС в арбитражном суде Москвы, и оно было отменено и устояло в апелляции. Зато антимонопольная служба начала проверку уже в отношении самого ООО "Мацестинская чайная фабрика Константина Туршу" и выявила аналогичные нарушения.

— Отчасти. В краевом законе сказано, что чай может называться «Краснодарским» только если он выращивается, производится и фасуется в Краснодарском крае. Но это касается только предприятий, которые пользуются краевой субсидией на восстановление чайных плантаций. То есть, если хозяйство этих денег не получает, закон его ни к чему не обязывает. Сегодня многие чаеводы, фасуют продукцию за границами Краснодарского края, и, если они не претендуют на субсидию, то с точки зрения закона никаких претензий по этому поводу быть не может. Кстати, существует зарегистрированное обозначение (наименование места происхождения товара) «Краснодарский чай» и там не указано, где именно должна происходить фасовка.

При этом добавлю, что краевой закон о чае очень важен для отрасли. Но наряду с этим документом, где предусмотрены субсидии и помощь в рекультивации чайных плантаций, важно чтобы этому урожаю нашелся канал сбыта. На самом деле, число хозяйств, получавших субсидию очень невелико, но даже эти полученные ими средства они не смогли освоить в прошлом году (в 2018 году на поддержку чаеводов из регионального бюджета, было выделено 26 млн руб.,— “Ъ-Кубань”). Потому что субсидия покрывает лишь часть затрат на восстановление гектара плантаций, а на остальное развитие нужны собственные средства, которых сейчас не хватает.

— Действительно, было направлено соответствующее обращение в ассоциацию «РосЧайКофе» с просьбой одобрить новые требования к продукции и направить их в Росстандарт для разработки ГОСТа под названием «Краснодарский чай». Заявка размещена на 2019 год, и теперь мы ждем ее утверждения. Но на краевом уровне решение принято. В целом новые условия соответствуют ГОСТу, действовавшему еще в советское время. То есть, 100% содержания краснодарского листа — это «Кубанский букет», 75% — «Чай Экстра», 60% — «Высший сорт», и от 40% в купаже — «Первый сорт». И в будущем продукция с названием «Краснодарский чай» будет появляться на полках магазинов только если она соответствует данным параметрам купажа. С советских времен российские чаеводы не собирались вместе и не подписывали таких знаковых обращений. Для нас это историческое событие.

Теперь отвечу на вопрос. Даже если содержание местного листа превышает 5%, то себестоимость производства такой продукции будет слишком высокой, чтобы на равных конкурировать с другими участниками чайного рынка России. Поэтому, когда новые требования вступят в силу, то продукция дешевой точно не будет, она станет еще дороже. Даже с минимальным содержанием краснодарского листа (40%) чай уже не сможет конкурировать в том же ценовом диапазоне с продукцией «Гринфилд», «Ахмад» и так далее. Соответственно, краснодарским чаеводам придется менять сам подход к маркетингу и своему месту на рынке. И производить не только «Краснодарский чай», но и какие-то другие виды чаев, создавать новые торговые марки, чтобы увеличивать объемы производства и выручки. Для нас хорошим примером является «Орими Трейд», которая по разным оценкам занимает 30—40% всего российского рынка чая. Эта компания очень грамотно сегментирует рынок на «Премиум», «Средний плюс», «Средний», «Средний минус» и «Эконом». И я считаю, что нам тоже нужно этому учиться. В данный момент все сочинские чаеводы, вместе взятые, держат менее 2% от чайного рынка страны. Это очень мало. Нам нужно выходить за рамки производства только «Краснодарского чая» и больше ориентироваться на запросы потребителей. Не диктовать свои условия, а подстраиваться. Тогда краснодарские производители действительно смогут конкурировать с крупными производителями.

— Чайную отрасль нельзя сравнивать, например, со строительным бизнесом. Безусловно, здесь все гораздо скромнее. Для того, чтобы увеличить рентабельность, сегодня нужно не только сохранить и рекультивировать чаепригодные земли, нужны и рынки сбыта. Да, определенный прогресс в этом направлении есть. Однако активов и усилий чаеводов не хватает, они испытывают финансовые трудности. Нужно ведь выводить людей на поля для обработки, возрождать земли. Иногда речь идет даже не о том, чтобы сажать новые чайные кусты, а о том, что не потерять те, которые уже есть.

Отрасли сейчас нужны люди, которые готовы в нее вкладывать «длинные деньги» и ее развивать. Важно, чтобы здесь работали профессионалы, понимающие, какое количество людей нужно выводить в сезон, какой для этого необходим зарплатный фонд, какой объем нужно собрать и переработать. Кроме того, многим чаеводам нужно переоснащать производство, так как некоторые линии переработки сейчас физически и морально устарели.

Второй вопрос — сбыт. Для нас сейчас он является основным. Если мы говорим о развитии в промышленных масштабах, то это необходимо. Бизнес делается на объеме. Что его дает на чайном рынке? Это сегмент «Средний минус», «Средний» и «Средний плюс». Если мы говорим о премиальном сегменте, то это ручной сбор, который стоит дорого. В этом сегменте нетрудно достичь прибыли, трудно добиться объема. Ведь это определенный уровень, некий показатель зарекомендованной марки, за которую покупатель голосует рублем. А в условиях снижения покупательской способности сделать это непросто.

Для решения этих вопросов и обеспечения стабильного притока прибыли нужно набирать людей, которые умеют продавать чай в этих сегментах. Так что зарабатывать на производстве чая можно, но нужно быть готовым к тому, что российский рынок чая очень жесткий и сложный.

— «Грин Пауэр» это действительно наше предприятие, и мы этого никогда не скрывали. Это никакой не оффшор, а абсолютно открытая организация, зарегистрированная на территории России и созданная много лет назад. Производством чая она не занимается. Что касается покупки долга, то в чайной отрасли Краснодарского края не так много игроков. Поэтому, когда Локо-Банк, у которого ООО «ТД Мацеста чай с 1947 года» взяло два кредита на общую сумму 50 млн руб. и допустило просрочку захотел избавиться от этого отрицательного актива, он обратился к нам. Нам было важно не допустить перехода ценнейшего актива (земли под чайными плантациями) в руки третьих лиц, которым чаеводство не нужно, и которые могли бы изменить назначение земли и построить на ней, например, недвижимость. Покупка долга была совершена от лица «Грин Пауэр», потому что мы не хотели вовлекать «Объединение Краснодарский чай» в судебные тяжбы.

В процессе совершения сделки с Локо-Банком произошла коллизия — когда мы уже выкупили долг, бенефициар ГК «Мацеста чай» Константин Туршу внес сумму на депозит нотариуса, чтобы рассчитаться с банком. Поскольку банку задолженность уже не принадлежала, он не мог снять средства с депозита. И мы как новый владелец долга тоже не могли этого сделать, так как депозит был предназначен не нам. Причем по нашей информации ООО «ТД Мацеста чай с 1947 года» о переуступке долга должно было быть уведомлено надлежащим образом. Что же касается слов представителей ГК «Мацеста» о том, что мы якобы пытаемся захватить их бизнес, то скажу одно: мы действуем исключительно в правовом поле.

Конечно, для нас эта история тоже неприятна, и мы хотим как можно быстрее ее разрешить. В данный момент действует решение арбитражного суда, который признал, что уступка долга была совершена в соответствии с законодательством. В любом случае мы готовы получить средства с депозита, но не можем этого с делать, пока идут тяжбы. Впрочем, эта сумма уже не покроет всего объема долга, поскольку к ней добавилась крупная неустойка.

— Нормальной и здоровой конкуренции в отрасли сейчас не хватает. А общих целей очень много. Превалируют какие-то финансовые трудности, непонимание того, как реализовать свою продукцию. Очень актуален вопрос контрафакта — уже не секрет, что львиная доля чая, продаваемого на черноморском побережье под брендом «Краснодарский», на самом деле к местному листу не имеет никакого отношения. Поэтому чаеводы конкурируют не друг с другом, а с теневой стороной рынка. И в том числе и с этими проблемами нам сейчас нужно бороться. Для этого в будущем мы планируем создавать новую ассоциацию краснодарских производителей чая и субтропических культур.