Подробно

Фото: Андрей Абрамов

«Дело Олега Сорокина» в вопросах и ответах

Ведущие юристы России прокомментировали нарушения в деле Олега Сорокина

от

Судебный процесс по делу бывшего главы Нижнего Новгорода остается одним из самых обсуждаемых в обществе событий.


7 марта Нижегородский районный суд вынес приговор. Вскоре после этого адвокаты Олега Сорокина обнародовали список многочисленных нарушений, допущенных в ходе суда.

«КоммерсантъFM Нижний Новгород» задал несколько вопросов ведущим юристам России.

Список экспертов:

Валентин Степанков, первый генеральный прокурор России в 1991—1993 годах, заслуженный юрист РФ, кандидат юридических наук.;

Дмитрий Иванович Дедов, судья ЕСПЧ от России, доктор юридических наук;

Юрий Скуратов, президент фонда «Правовые технологии XXI века», бывший генпрокурор РФ, доктор юридических наук;

Тамара Морщакова, Заместитель Председателя Конституционного Суда Российской Федерации (в отставке), доктор юридических наук, член Совета при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека;

Сергей Пашин, российский федеральный судья (в отставке), кандидат юридических наук;

Светлана Володина, вице-президент Федеральной палаты адвокатов России, кандидат юридических наук, проректор Российской академии адвокатуры и нотариата;

Владислав Гриб, вице-президент Федеральной палаты адвокатов, член Общественной палаты РФ, кандидат юридических наук, главный редактор журнала «Человек и закон»;

Вячеслав Леонтьев, член Ассоциации юристов России;

Юрий Костанов, председатель президиума Московской коллегии адвокатов «Адвокатское партнерство», кандидат юридических наук, член Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека;

Владимир Панкратов, в прошлом прокурор Бабушкинского района Москвы, автор книг о работе прокуратуры;

Александр Арутюнов, председатель Московской коллегии адвокатов «Арутюнов и партнеры», доктор юридических наук;

Андрей Князев, председатель Московской коллегии адвокатов «Князев и партнеры». Участвовал в съемках передачи «Федеральный судья»;

Евгений Рубинштейн, адвокат, советник Федеральной палаты адвокатов, член совета адвокатской палаты Москвы, кандидат юридических наук.

1. Может ли суд отказать в вызове свидетелей?

Дмитрий Дедов:

— Во всех случаях отказ судьи в ходатайстве адвокатов должен быть мотивирован, так как затрагивает процессуальные гарантии подсудимого на защиту по статье 6 Европейской Конвенции «О защите основных прав и свобод».

Валентин Степанков:

— У адвоката есть право заявлять ходатайства, ставить вопрос о вызове дополнительных свидетелей, изучать какие-либо материалы, письменные доказательства. Он это ходатайство в ходе судебного разбирательства заявляет, когда считает нужным, исходя из тактики выстроенной защиты.

Закон не говорит категорично, что заявленное ходатайство должно быть удовлетворено. У судьи есть право отклонить ходатайство. Другое дело, что он должен, еще не исследовав доказательства, предопределить, имеет оно отношение к делу или нет.

Судья, как правило, задает определенные наводящие вопросы, например, что этот свидетель может сказать, вы хотите, чтобы он свидетельствовал какому-то факту, такой диалог как правило возникает. А дальше — право судьи.

Если исходить из того, что судья руководствуется законом, который обязывает и его, и следователя всесторонне и полно исследовать доказательства, то он даст право допросить свидетеля, задать вопросы, тем более что он может, увидев, что допрос идет не в сторону предмета доказывания в суде, снять этот вопрос или, выслушав один вопрос, сказать: «Мне понятно: вы не были очевидцем, а говорите со слов кого-то, это сомнительное свидетельство».

Владислав Гриб:

— Каждое дело имеет свой характер, но в любом случае отказ в вызове свидетелей защиты должен быть мотивированным. По доказательствам есть понятия относимости, допустимости и важно понимать, имеют ли эти доказательства отношение к конкретному делу, допустимы ли, не получены ли с нарушением закона. Здесь нет однозначного ответа, надо опять же смотреть на конкретный случай.

Евгений Рубинштейн:

— Если сторона привела свидетеля в помещение суда и заявила ходатайство о его допросе, то суд не вправе отказать в удовлетворении ходатайства, и такой свидетель должен быть допрошен.

Сергей Пашин:

— Закон требует, чтобы опрашивали всех свидетелей и удовлетворяли все ходатайства, имеющие значение для дела. Но судья может, во-первых, сказать, что данный свидетель или письменное доказательство не относятся к тем обстоятельствам, которые надо установить, а во-вторых, в силу решения Конституционного и Верховного судов он может заявить, что эти обстоятельства уже достаточно установлены и поэтому исследование избыточных доказательств не нужно. Отказывают, говоря, что это злоупотребление правом, что ходатайство направлено на затягивание рассмотрения дела и так далее.

Александр Арутюнов:

— Суд может отказать в вызове свидетеля, если сочтет, что этот свидетель по данному конкретному делу никаких сведений сообщить не может или он вообще не являлся свидетелем того или иного преступления, которое вменяется подсудимому.

Сложилась порочная практика, что суды по любым формальным мотивам, даже должным образом не обосновывая это, просто отказывают в вызове свидетелей.

Юрий Костанов:

— Теоретически, согласно закону, суд не может отказать защите в вызове свидетелей, в приобщении письменных материалов, а также материалов дела, связанного с рассматриваемым и так далее, если ходатайство адвоката об этих действиях имеет значение для разрешения дела. Но имеет оно значение или не имеет, это суд решает сам.

Единственный случай, когда суд обязан допросить свидетеля, которого я, например, прошу допросить, это когда я обеспечил явку, свидетель находится в здании суда. Суд не может отказать в допросе такого свидетеля (или специалиста). Это по закону.

Вячеслав Леонтьев:

— В практике нередко бывают случаи, когда судья с каменным лицом отказывает защитнику в вызове свидетеля, прокурор кивает, поддерживает, ведь нет необходимости в его допросе, мол, все ясно и так. Тут необходимо заранее, до судебного заседания, пригласить свидетеля защиты в суд и посадить/поставить его перед залом судебного заседания, далее в ходе процесса заявить письменно/устно ходатайство о допросе в судебном заседании лица в качестве свидетеля или специалиста согласно ст.271 УПК РФ, где говорится, что «Суд не вправе отказать в удовлетворении ходатайства о допросе в судебном заседании лица в качестве свидетеля или специалиста, явившегося в суд по инициативе сторон». После изучения судом статьи и в крайнем случае возражения на действия председательствующего, как правило, в коридор выходит пристав и громогласно объявляет фамилию явившегося свидетеля/специалиста.

2. Если судья отказывает в вызове свидетелей защиты, какие меры к нему можно применить? Кому и как обжаловать его действия?

Андрей Князев:

— В соответствии со ст. 271 УПК РФ (ч. 3, 4) лицо, которому судом отказано в удовлетворении ходатайства, вправе заявить его вновь в ходе дальнейшего судебного разбирательства. Следует также отметить, что суд не вправе отказать в удовлетворении ходатайства о допросе в судебном заседании лица в качестве свидетеля или специалиста, явившегося в суд по инициативе сторон.

Что касается возможности обжалования отказа судом в удовлетворении ходатайства, то, хотя она закреплена в УПК РФ (ст. 122, 127), механизм ее реализации затруднен отсутствием в Уголовно-процессуальном Кодексе конкретных норм, описывающих процедуру обжалования отказа в удовлетворении ходатайства.

Александр Арутюнов:

- Просто так адвокат не может сказать: «Вы отказали мне в вызове свидетелей, я, допустим, отказываюсь от защиты подсудимого». Этого сделать по закону нельзя. Как это обжалуется на практике? Вы фиксируете в протоколе судебного заседания (я, например, в процессе заседания протокол всегда веду). И если потом приговор меня не устраивает, то, обжалуя его в апелляционной жалобе, я указываю, что такого-то числа в судебном заседании я ходатайствовал перед судом о вызове таких-то свидетелей, к сожалению, суд отказал в вызове свидетелей защиты, считаю, что тем самым было нарушено право подсудимого на защиту. Иными словами, уже только в апелляционной жалобе можно будет обжаловать его действия. Просто так – отказаться от процесса или подать какой-то промежуточный документ, промежуточную жалобу нельзя.

Евгений Рубинштейн:

— По общему правилу отказ в удовлетворении ходатайства о вызове и допросе свидетеля защиты рассматривается в судах вышестоящих инстанций в контексте нарушения права на защиту. То есть, если суд отказал в удовлетворении ходатайства, то защитник может на это жаловаться в апелляционной или кассационной жалобах. До вынесения приговора такой отказ не обжалуется. Помимо этого, систематический отказ в удовлетворении обоснованных ходатайств стороны защиты о допросе свидетелей может свидетельствовать о личной, прямой или косвенной заинтересованности судьи в исходе дела и повлечь за собой заявление ходатайства об отводе судьи.

3. Может ли суд обязать адвокатов вызывать свидетелей защиты и доставлять их в суд самостоятельно?

Александр Арутюнов:

— Что такое самостоятельно? Иногда нужно бывает доставить, этапировать свидетеля, который уже осужден по другом уголовному делу, а по рассматриваемому он проходит в качестве свидетеля. Естественно, адвокат его доставить в суд не может, поэтому ходатайствует, что такой-то свидетель в настоящее время осужден, отбывает наказание в местах лишения свободы по такому-то адресу в такой-то колонии. И суд, если удовлетворяет ходатайство, откладывает рассмотрение дела и доставляет этого свидетеля.

Что касается тех свидетелей, которые находятся на свободе, то защита может ходатайствовать о вызове их в суд. Но, как правило, я свидетелей защиты приглашаю в суд, оставляю их в коридоре суда, начинается процесс, я заявляю ходатайство, указываю, что свидетели находятся за дверями судебного заседания, прошу их допросить. Суд удовлетворяет ходатайство, и я их по одному приглашаю и допрашиваю.

Суд обязан допросить человека, если он уже явился в здание суда. Поэтому адвокаты, как правило, вызывают свидетелей сами.

Отказать в этом случае нельзя, но здесь уместен термин «порочная практика». В последнее время бывает даже такое, что отказывают в допросе свидетелей, которые уже непосредственно находятся в здании суда.

Юрий Костанов:

— Есть сложность с вызовом свидетелей, которые не хотят приходить в суд, хотя и могут дать важные показания. Следователь их не допросил, обвинение не вызывало, и суд занимает ту же позицию. А я не могу заставить их прийти. Возможностей таких у адвоката нет. Если суд вызывает, то свидетеля отпустят даже со службы (если он военный), а если адвокат попросит, все зависит от воли командира.

Суд обязан вызывать свидетеля, если это имеет значение для правильного разрешения дела. А если он считает, что не имеет — и все. Обжаловать такое решение можно с приговором — доказательства отсутствуют.

Евгений Рубинштейн:

— Суд не может обязать адвокатов вызывать свидетелей защиты. Иногда в практике имеются случаи, когда в качестве обоснования отказа в удовлетворении ходатайства защиты о вызове и допросе свидетеля суд указывает на то, что защита вправе самостоятельно доставить свидетеля в суд. Представляется, что такое обоснование является незаконным в связи с существованием в законе трех способов введения свидетелей в уголовное судопроизводство. Самостоятельное приглашение свидетеля в суд и его допрос стороной защиты — это лишь один из способов, реализовать который решает сама сторона защиты, но не суд. А если сторона защиты не может по каким-то причинам пригласить свидетеля в суд, то она обращается с ходатайством к суду с просьбой его принять решение о вызове и допросе свидетеля, и, рассматривая такое ходатайство, суд не вправе указать на то, что существует первый способ.

Андрей Князев:

— При невозможности судебного разбирательства вследствие неявки в судебное заседание кого-либо из вызванных лиц суд выносит определение или постановление о его отложении. Одновременно принимаются меры по вызову или приводу неявившихся лиц (ч. 1 ст. 253 УПК РФ). Так, в случае неявки вызванного в суд лица обеспечение его присутствия в судебном заседании осуществляют судебные приставы на основании определения суда или постановления судьи.

Таким образом, принятие мер, связанных с вызовом свидетелей по ходатайству сторон, возлагается на суды, а не на участников уголовного судопроизводства.

4. Может ли суд отказать в приобщении письменных доказательств защиты?

Тамара Морщакова:

— Отказ в удовлетворении ходатайства адвоката о привлечении дополнительных доказательств подчиняется общим правилам уголовно-процессуального кодекса, согласно которому все доказательства, необходимые для дела и имеющие к нему отношение, должны включаться в предмет исследования суда. Это касается и следователя, и обвинителя, и самого суда. Когда адвокат заявляет ходатайство, суд не должен исходить из того, что это не надо изучать, потому что для отказа от исследования доказательств сначала нужно их оценить. И если выяснится, что доказательство является излишним, так как все факты, которые подтверждаются этим доказательством уже установлены и не могут быть опровергнуты, это единственный случай, когда можно посчитать совокупность доказательств достаточно полной и не нуждающейся в дополнении. 

Поэтому, чтобы все это оценить, нужно доказательства сперва принять и начать его исследовать. Другого способа нет. В уголовно-процессуальном кодексе не только по отношению к суду, но и по отношению к следователю записано, что он должен удовлетворять все ходатайства о привлечении доказательств, если они имеют отношение к делу.

Андрей Князев:

— Уголовно-процессуальный закон (часть вторая статьи 159 и статья 274 УПК Российской Федерации) исключает возможность произвольного отказа как в получении доказательств, о которых ходатайствует сторона защиты, так и в приобщении к материалам уголовного дела и исследовании представленных ею доказательств. Такой отказ возможен лишь в случаях, когда доказательство не имеет отношения к уголовному делу и не способно подтверждать обстоятельства, подлежащие установлению при производстве по уголовному делу. Принимаемое при этом решение во всяком случае должно быть обосновано ссылками на конкретные доводы, подтверждающие неприемлемость соответствующего доказательства.

Вячеслав Леонтьев:

— В соответствии со статьями 285-286 УПК РФ протоколы следственных действий, заключение эксперта и иные документы оглашаются стороной, которая ходатайствовала об их оглашении, либо судом. Важным аспектом для оглашения тех или иных доказательств является то обстоятельство, что в этих документах должны быть изложены или удостоверены обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела. На практике бывают случаи, когда обвинение оглашает только доказательства, подтверждающие вину подсудимого, например, протокол обыска, а само постановление о производстве обыска в ходе судебного заседания не рассматривается. Между тем в неисследованных материалах зачастую содержатся процессуальные нарушения. Поэтому адвокату подсудимого целесообразно завить ходатайство об оглашении этих документов, так как в дальнейшем он будет не вправе ссылаться на документы дела и излагать суду свои доводы на его основе, если документ не был предметом исследования в суде.

Относительно отказа судьи, можно сказать следующее: УПК  РФ исключает возможность произвольно отказать как в получении  доказательств, о которых ходатайствует сторона защиты, так  и в их приобщении к материалам дела. Такой отказ возможен лишь в случаях, когда доказательство не имеет отношения к делу и не способно подтверждать обстоятельства, подлежащие установлению. Данное утверждение закреплено Определением Конституционного Суда РФ от 21 ноября 2013 г. № 1904-О.

Александр Арутюнов:

— Строго говоря, если эти доказательства касаются существа обвинения, то суд отказать в их приобщении не имеет права. Но бывает, что суд тем не менее отказывает либо приобщает, но потом никоим образом не оценивает.

У меня был один процесс, когда мы представили письменное доказательство и председательствующий отказал нам в его приобщении. Мы вынуждены были представить его в судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Российской Федерации. И эту справку к материалам дела приобщили.

Юрий Скуратов:

— Сколько бы ни принимали попыток уравнять статус обвинения и защиты, обвинение по-прежнему имеет большую фору. Суд гораздо больше и охотно слушает обвинение. С такими ситуациями часто сталкивается адвокатское сообщество, когда суд под надуманным предлогом не хочет выслушивать доказательство, представленное стороной защиты, и игнорирует заслушивание и приобщение свидетелей под предлогом того, что это к делу не относится и т. д. Необходимо, чтобы была состязательность процесса и относительно равные возможности для обеих сторон.

5. Если рассматривается в суде уголовное дело, неразрывно связанное с ранее рассмотренным, в котором имеются важные доказательства, должен ли суд приобщить эти материалы к материалам нового уголовного дела?

Евгений Рубинштейн:

— Требуется детализация выражения «неразрывно связанное с ранее рассмотренным». Но если подняться на уровень обобщения и правовой нормы, то суд не вправе отказать в удовлетворении ходатайства об исследовании в судебном заседании материалов другого уголовного дела и приобщении к материалам первого уголовного дела заверенных судом светокопий в качестве доказательств, если они имеют значение для полного, всестороннего и объективного рассмотрения первого уголовного дела. «Воздействие» на судью в случае отказа в удовлетворении ходатайств может быть осуществлено посредством заявления повторных ходатайств с опровержением мотивов отказа, возражением против действий председательствующего, заявлением отводов.

Андрей Князев:

— Суд может рассмотреть ходатайство стороны об истребовании доказательств из материалов уголовного дела. Постановление об отказе в удовлетворении ходатайства может быть обжаловано в порядке, установленном главой 16 УПК РФ.

6. Должен ли суд выяснять причины отказа подсудимого от защитника? В случае отказа от защитника (письменно предъявленного в суд) может ли суд по своему усмотрению оставить этого защитника в процессе?

Светлана Володина:

— Относительно прекращения защиты в случае расторжения соглашения об оказании юридической помощи следует отметить, что право доверителя отказаться от помощи защитника не может быть ограничено. Иное бы свидетельствовало о нарушении права на защиту. Обвиняемый по уголовному делу вправе отказаться от защитника, заключить соглашение с другим защитником или ходатайствовать о назначении ему защитника органами предварительного расследования или судом.

Вячеслав Леонтьев:

— Судья не может отказать адвокату в выходе из дела в связи с расторжением соглашения на защиту в том случае, если подзащитный добровольно отказался от защитника и заявил об этом в процессе. Вынужденный отказ не может быть принят. Поэтому при заявлении подсудимого об отказе от защитника суд выясняет мотивы отказа. В судебной практике отказ признается вынужденным, если он был заявлен по причине отсутствия средств на оплату труда адвоката. В такой ситуации обвиняемому или подозреваемому разъясняются положения закона, позволяющие полностью или частично освободить его от оплаты услуг по оказанию ему юридической помощи.

7. Имеет ли право суд отказать защитникам в свидании с подзащитным наедине? Например, во время суда перед началом допроса свидетелей или перед началом допроса самого подсудимого?

Светлана Володина:

— В ст. 6 Европейской конвенции о защите прав и основных свобод человека указаны минимальные стандарты справедливого судебного разбирательства. В частности, среди них указано право каждого обвиняемого в совершения уголовного преступления иметь достаточное время и возможности для подготовки своей защиты. 

Критерий достаточности времени определяется с учетом всех обстоятельств дела, включая его характер, сложность и этап его рассмотрения. Критерии достаточности возможностей для подготовки защиты предполагают, что обвиняемому и его защитнику будут обеспечены такие условия для подготовки защиты, которые не приведут к практической невозможности реализовать данное право. Отказ в свиданиях с защитником перед началом допроса обвиняемого или допроса свидетеля без учета перечисленных критериев может быть неправомерен.

Евгений Рубинштейн:

— По общему правилу защитник имеет право общаться с обвиняемым наедине и без ограничения количества свиданий. Никто запретить реализовать это право не может. Если речь идет об объявлении перерыва для подготовки к допросу свидетелей или самого подсудимого, то все зависит от конкретных обстоятельств. Например, если сторона обвинения просит допросить нового свидетеля, которого не допрашивали на стадии предварительного расследования и, соответственно, он не указан в списке к обвинительному заключению, то суд обязан предоставить достаточное время для защиты для подготовки к допросу. Что касается допроса подсудимого, то, как правило, суд должен предоставить разумное время для подготовки к его допросу.

Вячеслав Леонтьев:

— Конституция РФ закрепляет одно из важных прав для любого человека — это право на защиту. В свою очередь, закон не регламентирует процедуру консультирования адвокатом доверителя до начала судебного заседания. Стоит отметить, что на практике повсеместно защитнику предоставляется такая возможность.

Владислав Гриб

— Отказ во встрече с адвокатом, по моему мнению, является нарушением. При условии, что было желание подсудимого и была возможность его встречи с адвокатом.

Андрей Князев:

— В соответствии с п. 5 ст. 6 Закона об адвокатской деятельности адвокат вправе беспрепятственно встречаться с доверителем наедине, в условиях, обеспечивающих конфиденциальность. В помещении суда условия, обеспечивающие конфиденциальность, отсутствуют.

8. Может ли суд ограничивать защитника при выступлении в прениях или допросе свидетелей?

Андрей Князев:

— Судья может ограничить защитника при выступлении в прениях или допросе свидетелей, если он в своей речи отклоняется на общее положение дел в стране и так далее. Если он задает вопрос свидетелю, не относящийся к делу, судья вправе этот вопрос снять. Или, если вопрос повторяется, можно сказать, что нужно ближе к делу.

В остальном защитник может выступать, сколько хочет, если все по существу, то выступление может быть перенесено и на следующий день прений. Были ситуации, когда адвокаты выступали и пять, и шесть часов.

9. Сталкивались ли Вы в своей практике с оперативным экспериментом, проводимым перед возбуждением уголовного дела для изобличения убийц? Были ли случаи привлечения к уголовной ответственности оперативных сотрудников, проводивших оперативный эксперимент, который помог изобличить лиц, совершивших особо тяжкое преступление?

Сергей Пашин:

— Закон об оперативно-розыскной деятельности позволяет проводить такие операции, и это не связано с тяжестью преступления. Процедура, когда будто бы убиенного обливают кетчупом, фотографируют, — достаточно распространенная вещь. В этом и есть оперативный эксперимент, когда пытаются заказчику предложить эту фотографию в обмен на деньги.

Думаю, что нарушения здесь нет, потому что задержание и доставление — это права работников полиции, которые установлены не только УПК, но и законом о полиции. Но они правомерны и законны, если только оперативный эксперимент проводится в соответствии с процедурой: санкция, постановление, утвержденное начальником органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность. Иногда это может расцениваться как «превышение власти», но только в том случае, если это незаконные действия, а как похищение — вряд ли. 

Юрий Скуратов:

— Если были оформлены все документы, позволяющие применять оперативный эксперимент, то вряд ли можно квалифицировать как похищение. Другое дело, если изначально оперативники действовали из корыстных и иных соображений. Так как было соблюдение предусмотренных законом всех условий, нельзя рассматривать эти действия как преступные. Они достаточно часто применяются.

Владимир Панкратов:

— Оперативный эксперимент ничего не нарушает, кроме морально-этических норм. Нет ни одной нормы права, которой бы он противоречил. Такие фокусы проводили издревле, и при Шерлоке Холмсе и еще раньше. Полиция также вправе доставлять подозреваемого в отделение для проведения дальнейших процессуальных действий: допрос, выявления причастности гражданина к совершению противоправных действий.

Оперативный эксперимент — это средство психологического воздействия на подозреваемого, но не основание к его задержанию. Нужны доказательства его причастности к преступлению, в том числе и личное признание, которого легче добиться с помощью эксперимента. С этой же целью проводится и перекрестный допрос. Такие способы психологического воздействия законны и повсеместно используются не только в нашей стране.

Андрей Князев:

— С привлечением к уголовной ответственности сотрудников правоохранительных органов за проведение оперативных действий я не сталкивался. Действия такие проводятся, и они регламентируются законом: пишется рапорт, возбуждается материал, который потом перетекает в уголовное дело, размещаясь там вслед за постановлением о возбуждении уголовного дела.

Как мы видим, юристы, ссылаясь на различные нормы российских законов, Конституции России и даже международного права, сходятся в одном: права обвиняемых ущемлены многочисленными нарушениями. Есть повод задуматься, насколько правомерно решение суда, принятое с таким количеством «огрехов».

Комментарии

Рекомендуем

обсуждение

Программы

Профиль пользователя