Коротко

Новости

Подробно

2

Фото: Юрий Мартьянов / Коммерсантъ   |  купить фото

Отчетливый школьный привкус

Почему отрасль с оборотом 300 млрд рублей никем не контролируется?

Журнал "Огонёк" от , стр. 17

Школьная столовка стала символом невкусной еды подозрительного качества. Бороться с этим пытаются на самом высоком уровне. Уже в марте в Совете Федерации поступит на обсуждение законопроект «О гарантиях детей на безопасное и качественное питание». Роспотребнадзор спешно разрабатывает новые требования к организации питания детей. Подключилась и детский омбудсмен Анна Кузнецова, пообещала масштабные проверки. Как получилось, что отрасль с оборотом 300 млрд рублей никем не контролируется, а дети травятся в школьных и детсадовских столовых, задумался «Огонек»


Наталия Нехлебова


Картинки в социальных сетях с хештегом #школьнаяеда — лучший способ потерять аппетит надолго и похудеть. В школе № 2 города Каменск-Уральский в столовой дали компот с червями. Ученики Юргамышской школы (Курганская область) сфотографировали в тарелке с супом кусок мяса с маленькими белыми щупальцами. Выяснилось, что инопланетный ингредиент — говяжья щека. Старшеклассники школы № 10 в Юрге (Кемеровская область) демонстрируют, как серые разваренные макароны отлично намазываются на хлеб. Да и привычная школьная еда тоже не поднимает аппетит. В школе № 29 Динского района Краснодарского края на обед дают пшенную кашу с кабачковой икрой. В школе № 109 Челябинска питаются получше — куриной котлеткой с жидкой горошницей. Это толченый вареный горох… И дело не в отдельных жуликах на местах. Горошница и говяжья щека в тарелках детей — символы того, как устроена вся система школьного питания в России. Недавний скандал с «Конкордом», который кормит московские школы и детские сады,— только верхушка айсберга.



По закону «Об образовании» «организация питания обучающихся возлагается на организации, осуществляющие образовательную деятельность». Что имеется в виду под словами «организация питания», какие организации имеются в виду? Расплывчатость формулировки вывела на прошлой неделе в лидеры хайпа директора департамента образования Владимирской области Ольгу Беляеву. Она заявила, что это родители должны обеспечить «приобретение продуктов, подвоз и изготовление еды». Школа, мол, может только создать условия для приема пищи. И вообще нет такой обязанности кормить детей «ни у субъекта, ни у органов местного самоуправления, ни у департамента образования, ни у школы». Потом чиновница поправилась, сказала, что оговорилась. Действительно, и если с обязанностями родителей чиновницу занесло (нет такого в законе), то все остальное правда.

«Дети вынуждены есть в школьных столовых ежедневно и безальтернативно,— говорит президент Института отраслевого питания Владимир Чернигов.— У нас 14 млн школьников. Их кормят в школе 180 дней в году. В среднем по России завтрак школьника стоит 50 рублей. Это самый массовый прием пищи, а больше половины детей в школе еще и обедают. В школе обращается свыше 300 млрд рублей в год (всего в системе социального питания крутятся 600 млрд рублей в год.— "О"). И в основном это деньги родителей, которые тратятся неэффективно. До 35 процентов средств теряется на теневом рынке посредников и перекупщиков».

Кто накормит


Все, что сделали федеральные органы власти для российских школьников,— это регламентировали калорийность блюд в их тарелках. С 7 до 11 лет дети должны потреблять 2350 ккал в сутки, с 11 лет — 2713 ккал. Роспотребнадзор дал и подробные рекомендации по балансу элементов: «В суточном рационе питания оптимальное соотношение пищевых веществ — белков, жиров и углеводов — должно составлять 1:1:4».

Всю головоломку организации и финансирования питания в школах оставили субъектам.

Причем регионы имеют право, но не обязанность выделять деньги на питание «отдельных категорий граждан», то есть льготников. Кто будет льготником, что он будет есть и будет ли есть вообще за бюджетный счет, регионы решают исходя из своих финансовых возможностей. Четыре региона вообще никого бесплатно не кормят.

Почему так важны льготники в пирамиде школьного питания? Казалось бы, пусть многодетные семьи сами разбираются со своими правами... Но хитрость в том, что именно процесс выделения бюджетных средств на льготные категории — стартовый в общем хаосе. «Допустим, регион решил, что льготника будут кормить за 50 рублей в день,— объясняет Валерий Алексеев, руководитель проекта ОНФ "За честные закупки".— Считают всех льготников, выделяют сумму. Дальше районы, муниципалитеты и даже сами школы в тендерной системе определяют поставщика. Поставщик, который будет кормить льготников, кормит и всех остальных. Поэтому бюджетные деньги поставщиков особо не интересуют. Это 5–10 процентов в их обороте. Все остальное они получат от родителей. А родители на выбор поставщика никак повлиять не могут. И, конечно, они только в редких случаях могут контролировать, как поставщик кормит их детей за их деньги. Фактически никто расход средств, качество питания и цены не контролирует».

Как же определяется, сколько заплатят родители за школьные обеды и завтраки? «Тут нет никакой разумной системы. Мы долго над этим ломали голову, пытались разобраться,— продолжает эксперт ОНФ,— существуют сложные формулы, рассчитывается наполняемость класса… но по факту это происходит так: вот, например, на льготников выделили 50 рублей, а всем остальным просто ставят 80–90–100. Так как 50 совсем как-то мало, одна гречка в тарелке будет. Как правило, исходят из возможностей, а не из потребностей. Реальных подсчетов не проводится. Сумму, которую должны платить родители, могут устанавливать власти района или муниципалитета». Деньги, поступающие от родителей, расходуются отнюдь не прозрачно. Во многих районах в школах классный руководитель собирает наличные деньги. Безналичный расчет внедрен не везде. А тендеры, как известно, часто выигрывают «свои люди».

В Красноярском крае ежегодно в системе школьного питания тратится 10 млрд рублей. Краевой бюджет выделяет 2 млрд. Все остальное — родители.

Проверка краевой Счетной палаты установила, что цены на питание даже в одном Красноярске отличаются в 4 раза при одинаковом наборе продуктов. В одних школах за горячий завтрак родители отдают 15 рублей, в других — 65 рублей. Стоимость обеда варьируется от 20,4 до 90 рублей. Выяснилось, что 63 процента договоров на поставку продуктов, заключенных со Школьным комбинатом питания № 38, проводились по тендерам с единственным участником-поставщиком. У Комбината школьного питания № 13 вообще все контракты монопольные.

Ничейная отрасль / Цифра

Масштабы впечатляют

46 794 школы работают в России

14 643 750 детей учатся в российских школах

80 рублей—средняя стоимость питания в школе (обед + завтрак)

63% родителей ставят расходы на питание детей на первое место среди всех трат в школе (сюда входят также, например, оплата учебников и ремонт)

300 млрд рублей — рынок школьного питания

В прошлом году карельский Роспотребнадзор проверил организацию питания в детских садах и школах. Нарушения выявили в 75 процентах случаев. Самые частые проблемы — несоответствие фактического и примерного меню, занижение объема порций готовых блюд, нарушение технологии приготовления блюд, несоблюдение условий хранения продовольственного сырья и пищевых продуктов…

«Сегодня существуют два основных вида закупки: закупка услуг на организацию питания и закупка продуктов, когда готовят в самом учреждении,— комментирует Валерий Алексеев.— Примерно половина регионов перешли на аутсорсинг. То есть им привозят готовую еду. Они покупают услуги. Остальные готовят своими силами и покупают продукты. Закупки продуктов часто отягощены демпингом. При закупках услуг, аутсорсинге мы выявили создание картелей в очень большом количестве случаев. Поставщик нередко пытается за счет качества компенсировать минимальную цену. Бизнес без содействия государства просто не может сделать так, как необходимо в нашем социальном питании — быстро, качественно и дешево. Это невыгодная схема для бизнеса».

При создании картеля компании заранее договариваются, кто и в каком аукционе победит и какое будет снижение от первоначальной цены.

Дальше, как вариант, делят рынок между собой или одна компания компенсирует другой «затраты на создание видимости конкуренции». Общая сумма торгов, которые выиграли в 2018 году участники, подозреваемые в картелях, более 130 млрд рублей. Так как школы кормит монополист, он может снижать качество питания, игнорировать жалобы родителей. Некоторые бизнесмены, подключая связи, организуют давление на директоров, которые не согласны с переходом на систему аутсорсинга. Интересно, что многие бизнесмены, участвовавшие в картельных сговорах, даже не знали, что это незаконно. «Они реагируют так: ну как же — мы так всю жизнь работали,— рассказывают в ОНФ.— Мы договорились, что я обслуживаю этот район, а он тот район. Он не ходил на мои торги, а я не ходил на его. И то, что это уголовное преступление, для них сюрприз».

При аутсорсинге в стоимость питания включаются услуги компании (на это уходит 20–50 процентов средств — заявляют эксперты. При закупках продуктов для того, чтобы готовить еду в школах, расхождение в цене на один и тот же продукт может быть 100 процентов. Например, 1 кг сахара в Омской области закупали за 34,4 рубля, а в Тамбовской — за 63,96. В Челябинской области белый хлеб покупали за 27 рублей, а в Краснодарской крае — за 50.

Сколько вешать в граммах


В советскую эпоху за школьное питание отвечали специалисты

Фото: Владимир Коротаев / Фотохроника ТАСС

Во многих регионах ОНФ выявили не соответствие фактического меню и заявленного. То есть, например, творога должно быть 40 граммов, а выдается 21 грамм, говядины — 55 граммов, а выдается 12 граммов, сыра — 6 граммов, а выдается 2.

«Единственный критерий качества, от которого часто отталкивается поставщик,— это как бы дети не сели на горшок,— объясняет президент Института отраслевого питания Владимир Чернигов,— то есть стараются не отравить. А вот масло заменяют на спреды, говядину на курицу — легко. Кроме того, экономить могут классически — на размерах порции. Роспотребнадзор крайне ограничен в полномочиях и может вмешаться, только если произошло отравление. То есть потребители социального питания считают, что качество продукции низкое, но доказать это могут только зафиксированным отравлением. Затруднена проверка малого и среднего бизнеса. Их "кошмарить" запрещено».

Кто же, в конце концов, отвечает за организацию питания в школах? Кому могут предъявить претензии родители? Это не Росздрав, не Роспотребнадзор, не Министерство здравоохранения, не даже региональные и муниципальные ведомства… За отрасль стоимостью 300 млрд отвечают сейчас директора школ. Именно так понимается всеми пункт «организация питания» в законе об образовании. Директор должен раз в две недели утверждать меню в Роспотребнадзоре. То есть он обязан проверить меню на состав полезных веществ, свериться с требованиями Роспотребнадзора по продуктам. А также проверить качество привозимого готового питания или продуктов.

«Ответ на вопрос, что могут понимать учителя в современных технологических процессах,— говорит Чернигов,— оборудовании и его ремонте, качестве и безопасности продуктов, подготовке поваров и платежных системах, повисает в воздухе».

Теоретически принимать еду в школе должна комиссия — в нее входят директор школы, главный кладовщик, медсестра, должность которой в школах давно упразднена. Могут входить сотрудники пищеблока и представители родителей. Любой родитель может подать заявку и войти в эту комиссию. На деле же еду в лучшем случае принимает директор школы или заведующий пищеблоком. В ОНФ считают, что отсутствие специалистов по приемке товара в школах создает почву для манипулирования ценой за счет снижения качества.

«Фактически директор школы никак не может повлиять на навязанного ему поставщика,— замечает Всеволод Луховицкий, сопредседатель профсоюза "Учитель".— Районные или муниципальные власти проводят тендер, а отвечает за это все номинально директор».

Бюджетные средства для серьезной проверки качества питания почти нигде не выделяются. Ведь для этого нужна лаборатория и отдельный сотрудник.

При этом директора стараются заставить детей есть в школе. Опрос среди 3 тысяч родителей школьников выявил, что 18 процентам детей запрещают приносить в школу домашнюю еду. Всему виной еще одна мутная формулировка — на сей раз СанПиНа: «Запрещается использовать для организации питания еду домашнего изготовления». Как поясняет Роспотребнадзор, это значит, что нельзя готовить из домашней еды. Но директора запрещают еду, принесенную из дома, из страха «как бы чего не вышло». При этом 44 процента участников опроса ОНФ рассказали, что их ребенок отказывается есть в школе. Большое количество школьной еды просто не съедается, ее выбрасывают. А значит, выкидывают родительские и бюджетные деньги.

Залезть в тарелку


Специалисты сходятся в одном — необходима единая система контроля всей цепочки поставки, приготовления и потребления. Закон о детском питании начал разрабатываться в Совете Федерации в 2017 году. Рабочую группу по подготовке законопроекта возглавляет руководитель аграрного комитета Совета Федерации Алексей Майоров.

«Детское питание должно быть максимально качественным и сбалансированным,— сказал "Огоньку" сенатор.— В детском возрасте закладывается иммунитет человека. Продолжительность жизни напрямую зависит от качества питания в детстве. Поэтому законопроект об обеспечении прав ребенка в детских учреждениях, который мы готовим, крайне важен. Он находится на контроле у Валентины Матвиенко и Ирины Яровой. Нам необходимо добиться двух основных вещей. Во-первых, частично вывести детское питание из тендерной системы госзакупок. Закупки для детских учреждений производятся по принципу аукциона — кто дешевле, тот и победил. Это значит, что там будут ингредиенты далеко не натуральные. Эту систему необходимо изменить. Наверное, это будет немного дороже обходиться для государства, для субъектов, зато дети будут питаться качественно. Во-вторых, сейчас мы ведем дискуссии непосредственно по системе организации, а именно: кто будет ответственен за систему организации детского питания. На сегодняшний день эти полномочия переданы директору, а директор к питанию на самом деле никакого отношения не имеет. Он же учитель. Найти ответственного — это самое главное. Сейчас у нас получается у семи нянек дитя без глазу. Не с кого спросить. И мы прекрасно отдаем себе отчет, что и воруют достаточно в системе детского питания… Вот эти два принципиальных момента, которые обязательно будут отражены в законопроекте». Среди предложений для внесения в законопроект — единые стандарты питания для всех школ страны, проверка поставщиков питания ежегодно, появление «знака качества» на рынке продуктов и услуг для школьного питания... Сейчас законопроект находится на стадии подготовки окончательной версии. «В течение марта вариант, который будет приниматься в первом чтении, появится у нас на обсуждении,— заверил сенатор.— В первом чтении мы сможем его принять уже в весеннюю сессию».

Март уже наступил, но ясности, кто именно будет отвечать за организацию питания, как будут закупаться продукты, кто будет контролировать их качество, до сих пор нет. В том числе и у инициаторов законопроекта. Что же будут принимать депутаты в весеннюю сессию?

Похоже, возмутивший общественность призыв владимирской чиновницы — контролировать качество школьного питания должна общественность — единственное решение. Детский омбудсмен Анна Кузнецова анонсировала грядущий в этом году масштабный мониторинг качества питания в детских учреждениях. И главную роль в мониторинге она отводит родителям.

«Никакие меры не будут эффективны, если родители не будут давать обратную связь»,— заявила она. Конечно, речь не о покупке продуктов и подвозе их в школы. Родители должны начать активно жаловаться на то, как кормят их детей в школьных столовых. Обращаться к омбудсмену, в Роспотребнадзор, прокуратуру... С тем, что родителям пора действовать, согласен и руководитель Института отраслевого питания Владимир Чернигов: «Проконтролировать и добиться изменений в школьном питании могут только родители. Им давно пора взять это в свои руки. Если не они, то кто?»

Ну что, родители, съели?

Комментарии
Профиль пользователя