Коротко

Новости

Подробно

3

Фото: Максим Кимерлинг / Коммерсантъ   |  купить фото

Системный подход

Политические итоги года в Прикамье

"Guide Итоги года". Приложение от , стр. 11

В 2018 году действия краевых властей под руководством Максима Решетникова систематизировались и вылились в сформированную политику, которая кардинально отличается от подходов прежнего руководства региона. Эксперты отмечают, что ее суть — это централизация власти в руках губернатора, консолидация всех ресурсов — вокруг краевого руководства. Элите и чиновникам в этих условиях приходится самим искать место в «системе Решетникова».


Максим и его команда В уходящем году губернатор Пермского края Максим Решетников продолжил формировать собственную команду. Правительство и администрацию губернатора, в отличие от предшественника, Максим Решетников никогда не менял сразу больше чем наполовину, давая возможность проявить себя в том числе и «басаргинским» чиновникам.

Замена проходила по заведенной предшественниками традиции: с уважением и публичных признанием заслуг. Оказавшийся ненужным министр не выставлялся «на улицу с вещами», ему находили место. «Культурного» вице-премьера Ирину Ивенских вернули в заксобрание, министра культуры Галину Кокоулину — в филармонию, министра экономики Виктора Агеева — на повышение в мэрию Перми. Даже наиболее одиозный чиновник в кабмине экс-губернатора Виктора Басаргина — глава минкульта Игорь Гладнев получил шанс, возглавив одну из школ Перми. Редкий случай — увольнение министра спорта Олега Глызина: он не только не получил новый пост, но краевые власти «поставили крест» на его дальнейшем трудоустройстве в каких-либо органах госвласти Прикамья.

Первая волна настройки в кабмине прокатилась еще в прошлом году — под замену шли самые важные посты. Вторая волна назначений прошла после выборов президента РФ. Здесь ключевое назначение — вице-премьером стал владелец группы «Пермская ярмарка» Антон Клепиков. Господин Клепиков отличился в сфере организации различных общественных мероприятий новой власти (Пермский марафон, Пермский общественный форум, фестиваль «Пермский период. Новое время»). Новый чиновник пришел в правительство именно с прицелом на организацию всех культурных и общественных мероприятий в преддверии 300-летия Перми.

На руководящие посты господин Решетников ставил либо пермяков, либо выходцев из Перми. Чистым «варягом»-москвичом является лишь глава министерства информационных технологий и связи Игорь Никитин. Однако во многих министерствах на должность влиятельных замов внедрены чиновники из Москвы, не имеющие пермских корней. Такие, в частности, имеются в минтрансе, минстрое, минзакупок.

Из числа чиновников «басаргинского» призыва, которым удалось сохранить свое место и даже приумножить свое аппаратное влияние, оказались вице-премьеры Алексей Чибисов (промышленность и минсельхоз) и Роман Кокшаров (территориальное развитие). Из министров на посту остались министр транспорта Николай Уханов и министр по делам Коми-округа Владимир Рычков.

Первый год работы новички правительства пережили практическим в полном составе (первое правительство у Виктора Басаргина обновилось наполовину уже через полгода). Единственная потеря — в конце декабря в отставку подал глава МИРС Павел Шевыров, ставший советником. Официальная причина — по личным мотивам. По неофициальным данным, заменить министра губернатору порекомендовали пермские силовики.

Правительством лично руководит губернатор, и на неоднократные вопросы журналистов о возможном помощнике в виде премьера отвечает весьма категорично.

Аналогичные процессы происходили и в администрации губернатора. В конце прошлого года решил свой вопрос с трудоустройством и переехал в Москву глава администрации губернатора Пермского края Рустем Юсупов. Однако постоянный глава политического органа Прикамья так и не появился. Сначала обязанности главы администрации исполняла замглавы Яна Дорофеева, но летом 2018 года губернатор передоверил право подписи заместителю — Леониду Политову, скромному и непубличному чиновнику администрации времен Виктора Басаргина, руководителю департамента внутренней политики.

Эксперты видели логичным назначение на этот пост 37-летнего москвича Дмитрия Пучко, менее чем за год совершившего головокружительную карьеру в Перми. Он начал работать в аппарате краевого правительства, вскоре возглавил ключевой департамент администрации губернатора — по взаимодействию с органами местного самоуправления, а затем стал и замглавы. По одной из версий, господина Пучко тогда не согласовало окружное руководство. В администрации губернатора работают и другие «варяги», например экс-замглавы Росаккредитации Назим Султанов.

Отсутствие полноценного главы администрации многочисленные эксперты связывают с большим влиянием на политический блок консультанта из Москвы Леонида Давыдова. Согласно этой версии, политтехнолог не заинтересован в сильном главе администрации. Согласно другой версии, полноценный глава администрации не нужен именно самому губернатору, поскольку чиновник неминуемо начнет самостоятельную политическую игру.

В отсутствие утвержденного главы фактическим руководителем администрации губернатора, по мнению многочисленных экспертов, является Максим Решетников. Таким образом, де-факто Максим Решетников консолидировал три поста в исполнительной власти Прикамья: губернатора, главы администрации и председателя правительства. В выборную кампанию, рассказывают сторонники этой версии, у губернатора был и четвертый, негласный, но весьма ответственный пост: руководителя штаба кандидата Владимира Путина.

Команда господина Решетникова считается монолитной и дисциплинированной. В ней отсутствуют публичные «междоусобные» войны, периодически вспыхивавшие между сторонниками тех или иных кланов в кабинете Виктора Басаргина. Для повышения дисциплины и чистоплотности в своих рядах краевые власти закупили детектор лжи и предлагают пройти через него претенденту на вакантный пост. Практически прекратились утечки информации из краевых структур в СМИ.

Максим Решетников — законодатель мод для своей команды. Он пользуется соцсетью Instagram, и даже проводит там пресс-конференции. Все чиновничество бросилось также заводить себе аккаунты в этой соцсети. Губернаторский Instagram, по сути, давно превратился во влиятельное СМИ.

Собранная команда у губернатора — технологическая, считает издатель интернет-газеты «Текст» Борис Майоров: «Нет игроков, которые бы вошли в нее с заметным стартовым публичным капиталом. Между членами нынешней краевой команды происходят какие-то внутренние транзакции (усиления, ослабления), но на суммарную „капитализацию“ они не влияют. Вся публичная „капитализация“ сформирована одним „весом“ губернатора, и он за все в ответе. Это делает его мишенью номер один для общественного обесценивания»,— полагает эксперт.

Отношения с думой Перми и заксобранием Централизация власти коснулась и прикамских муниципалитетов. Руководство краевой столицы (глава Перми Дмитрий Самойлов, спикер думы Юрий Уткин), доставшееся губернатору от предшественника, избежало кадровой смены. Однако краевые власти смогли создать такую систему отношений с этим муниципалитетом, при которой город оказался практически в зависимости от края. Минувшей весной администрация губернатора огласила новые принципы работы с кадрами муниципалитетов: его главы стали согласовывать кандидатуры своих заместителей с экспертной комиссией при краевой администрации. Кроме того, на ключевые посты в мэрии (департаменты транспорта, имущественных отношений, градостроительства) были поставлены чиновники из края. Этой осенью по предложению губернатора мэр Перми расстался с одним из своих близких соратников в администрации — заместителем Сергеем Романовым.

Сам спикер думы и глава города при этом демонстрируют полную лояльность губернатору. Наряду с этим большинство в думе тяготеет к влиятельному депутату Владимиру Плотникову, считающемуся «теневым» спикером парламента. Предыдущий губернатор был крайне лоялен с господином Плотниковым, согласовывал его представителей на различные посты. От краевой власти имел контакты с думой консультант Леонид Давыдов. Депутаты думы большинство краевых инициатив принимают, но часто их обсуждение проходит в жарких спорах.

По мнению политтехнолога Алексея Чусовитина, краевым властям пока не удалось договориться с господином Плотниковым. «Если у губернатора появится система обратной связи, то она обязательно „маякнет“, что с Владимиром Плотниковым надо именно „выстраивать отношения“. Приказывать не получится», — считает политтехнолог.

В отличие от думы, губернатору удалось выстроить конструктивные отношения с руководством заксобрания, в частности со спикером Валерием Сухих. В парламенте инициативы губернатора проходят почти без проблем и жарких споров, за исключением инициативы с НТО и повышением транспортного налога.

Недовольные в заксобрании есть, но они пока не проявляют себя открыто, полагает политконсультант, директор «Центра избирательных технологий» Людмила Ознобишина: «Оппозиции — такой, какой она была в прошлые годы, нет. В городской думе ситуация более напряженная. Здесь сходятся интересы застройщиков, ресурсоснабжающих организаций, ЖКХ, транспортников и других. В принципе, если губернатору удастся взять под контроль ситуацию в городе, это будет высший пилотаж».

Отношения с чиновниками В течение года краевые власти провели несколько преобразований, так или иначе затрагивающих интересы чиновничества. В конце прошлого года они инициировали поправки в закон о сокращении пенсий по выслуге лет для госслужащих. Краевые власти мотивировали свои действия необходимостью сократить расходы как краевого бюджета, так и муниципальных образований. Еще одним аргументом в пользу инициативы было восстановление социальной справедливости. Несколько чиновников решили даже досрочно завершить карьеру, лишь бы получать повышенную пенсию.

Летом региональное руководство рекомендовало вновь образованным округам в Прикамье установить режим работы председателей дум на общественных началах. Соответствующие решения были приняты по рекомендации краевых властей, то есть без оплаты, что опять же вело к экономии бюджетов территорий. Некоторые территории рискнули ослушаться рекомендаций края, заложив в устав оплату спикера. Так, в частности, поступили в Краснокамске. В итоге по совокупности факторов глава района Виктор Соколов не получил согласование на пост руководителя объединяемого округа.

Объединительные процессы, в 2017–2018 годах затронувшие шесть муниципалитетов Прикамья, также были направлены на сокращение чиновников и депутатов поселенческого уровня. Взамен территориям были обещаны «пряники» в виде такой же суммы инвестиций от сэкономленных на зарплатах чиновников. При этом сами главы и спикеры земств, лишившиеся работы в результате слияния, получали «золотые парашюты».

По мнению Людмилы Ознобишиной, нынешняя административно-территориальная структура в Прикамье излишне дробная, много некрупных муниципальных образований, находящихся в глубоко дотационном положении. «Последствия от реформ могут быть разными. Если процесс преобразования и сокращения чиновников будет запараллелен с развитием соцсферы, с созданием доступности услуг, с цифровизацией — это одно. Но если это оптимизация ради оптимизации, то это совсем другое. Это вызовет недовольство у населения и элит»,— полагает эксперт.

Нынешняя политика Максима Решетникова в отношении чиновников, госслужащих и бюджетников похожа на «раннего» Олега Чиркунова, про которого шутили, что он «врачей учит лечить, учителей — учить», полагает Борис Майоров. «В свое время Чиркунов отошел от такой практики, видимо, поняв, что других чиновников и бюджетников не будет и именно этих нужно мобилизовать на работу по своим целям, а не демотивировать и запугивать»,— напоминает эксперт.

Отношения с элитой Бывший губернатор Виктор Басаргин при управлении регионом опирался на самые различные группы влияния. В обмен на лояльность группы получали возможность делегировать в правительство своих представителей, участие в формировании различного уровня представительных органов власти, руководства муниципалитетов, неформальное содействие при распределении госзаказа, бюджетную поддержку инвестпроектов.

Главной платформой прежнего губернатора были промышленники. В заксобрании даже была создана одноименная депутатская группа, действие которой фактически сошло на нет при Максиме Решетникове.

При новых краевых властях степень влияния различных групп на правительство резко снизилась. Примечательный пример с экс-гендиректором «СИБУР-Химпрома» Геннадием Шиловым, руководителем группы промышленников в заксобрании при Викторе Басаргине. При прежнем правительстве возглавляемый им ФК «Амкар» получал дополнительное финансирование, но при новом кабмине этого не произошло. В итоге промышленник был вынужден закрыть «Амкар». По неофициальным данным, весьма прохладно отнеслись к сворачиванию в Прикамье налоговых льгот крупные промышленные компании.

Напряжение у элиты возникло, когда в заксобрание правительство внесло закон о новых ставках на транспортный налог — он сильнее вырос для владельцев авто с мощным двигателем, а также для владельцев коммерческого транспорта. Наиболее жесткое обсуждение проекта было на заседании фракции «Единая Россия», когда против изменений выступил ряд лоббистов. Краевые власти задели также интересы пермской элиты при увеличении штрафов за установку незаконных киосков. «Одно дело, когда они лишают тебя бюджетных источников, но здесь речь идет о твоем кармане. Никому не нравится, когда залезают туда»,— сказал «G — Итоги года» один из депутатов заксобрания, просивший не упоминать его имя в печати.

Тем не менее влияние крупных холдингов и представителей пермской политэлиты на кабмин сохраняется. В правительство входят кадры, предложенные губернатору, как считается, от лояльных политиков и предпринимателей. Депутат Госдумы Дмитрий Скриванов, по мнению многих экспертов, инкорпорировал в правительство министра экономики Максима Колесникова, главу министерства ЖКХ и благоустройства Александра Шицына, главу агентства по туризму Елену Соснину. Вошел в камбин на пост главы минприроды Дмитрий Килейко, считающийся близким к предпринимателю Андрею Кузяеву. Сохранил влияние в кабмине спикер заксобрания Валерий Сухих: Максим Решетников оставил в кабмине близких к политику руководителей социального блока — вице-премьера Татьяну Абдуллину и главу минсоцразвития Павла Фокина.

На службу краевой власти был поставлен и такой элитарный ресурс, как региональное отделение «Единой России». Добровольно пост оставил Николай Демкин, политик-«тяжеловес», один из ближайших союзников Виктора Басаргина. Новым секретарем стал Вячеслав Григорьев, глава исполкома, которого согласовал губернатор.

Отношения с федеральными властями Губернатор Максим Решетников, поработавший в Москве, оказался более вовлеченным в федеральные события, чем его предшественники. Так, в самом конце 2017 года губернатор неожиданно вступил в «Единую Россию» и сразу вошел в генсовет партии, в числе нескольких молодых губернаторов-технократов. По одной из версий, прикамский губернатор был включен в совет по инициативе нового руководства администрации президента (первым замом администрации тогда стал Сергей Кириенко), устанавливавшего с помощью молодых глав регионов контроль над партией. Предшественники господина Решетникова Виктор Басаргин и Олег Чиркунов пытались выстраивать с партией власти партнерские отношения, но вступать в ее ряды не спешили.

Господин Решетников активно участвует во всех федеральных экономических мероприятиях, вошел в Госсовет. Активно ратует с федеральной трибуны за справедливое распределение федеральных денег среди регионов. Он заручился согласием вице-премьера Виталия Мутко возглавить комитет по подготовке к 300-летию Перми.

Политика нового руководства Все процессы подчинены оптимизации управленческих расходов и снижению градуса политических противоречий в территориях, уверена Людмила Ознобишина.

Политика нового губернатора — это один из многочисленных вариантов централизации, полагает Алексей Чусовитин, то есть стягивания полномочий и ресурсов для «проекта века» (для краевых властей это «Пермь-300».— „G — Итоги года“). «С одной стороны, он один из немногих руководителей регионов, кто постоянно „напрягает“ Кремль просьбами о дополнительном финансировании и свободе действий. С другой стороны, по отношению к местным элитам он ведет себя точно так же, как федеральный центр, то есть приватизирует ресурсы»,— считает эксперт. Нынешнюю систему управления регионом он сравнивает с пирамидой, перевернутой острым концом вниз: региональная власть подножием опирается на Кремль, а на местные институции «давит каменным углом». Эксперт не считает такую систему устойчивой. По мнению господина Чусовитина, сегодня губернатор ничем не ограничен в регионе. «Чувствуя этот расклад, региональные элиты вынуждены ему подчиняться»,— отмечает он.

«В сложившейся в последнее десятилетие обстановке фигура губернатора в Перми настолько велика, что не он выстраивает отношения с элитами, а они должны найти себе место в „системе Решетникова“»,— полагает Борис Майоров.

«Цикл политической силы у губернатора в Перми весьма несправедливый. Похож на кредит у ростовщика: сначала дают очень много, без залога и проволочек, но процент грабительский и взыскание неизбежно и жестоко. Вспомним Виктора Басаргина — его встретили восторженными овациями, а проводили с плохо скрываемым презрением. При этом крупных ошибок он не совершал: аэропорт построил, зоопарк — начал, здание под галерею подготовил и даже чуть „стекляшку“ для театра не соорудил»,— поясняет Борис Майоров.

«Поэтому завышенный кредит доверия, выданный на старте, потом оборачивается невероятно быстрым публичным „износом“ губернатора, его „общественной инфляцией“. В основе этого — комплекс причин, часто несправедливых, которые обыватель невнятно формулирует как „надоел“. Потому для губернатора критически важно выстроить отношения не органами власти и местечковыми политиками (ЗС, думой), а скорее с „сословиями“: бюджетниками, чиновниками, бизнесом, силовиками, другими группами. И найти формулу минимизации своего „публичного износа“»,— подчеркнул эксперт.

ВЯЧЕСЛАВ СУХАНОВ


Комментарии

Рекомендуем

Наглядно

обсуждение

Профиль пользователя