Коротко

Новости

Подробно

Фото: Григорий Тамбулов / Коммерсантъ   |  купить фото

ЕСПЧ повторно отказал осужденной за подготовку теракта в «Охотном ряду»

Большая палата Европейского суда отклонила жалобу Зары Муртазалиевой

от

Большая палата Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ) отклонила жалобу Зары Муртазалиевой на несправедливое судебное разбирательство в РФ. Она была осуждена в 2005 году за подготовку теракта в торговом центре «Охотный ряд» в Москве, вину в котором не признала. Это первое дело против России, которое Большая палата пересмотрела исключительно по инициативе заявителя, чей иск ЕСПЧ ранее отклонил. Но добиться признания нарушения российскими судами Европейской конвенции по защите прав человека Заре Муртазалиевой не удалось.


Решение Большой палаты вынесено по итогам состоявшихся в феврале публичных слушаний. Бывшая студентка Пятигорского института иностранных языков уроженка Надтеречного района Чечни, а ныне парижанка Зара Муртазалиева была осуждена на восемь с половиной лет по приговору, которым была признана виновной в подготовке теракта в Москве. Весь срок Зара Муртазалиева провела в мордовской колонии, выйдя на свободу в 2012 году.

В 2017 году одна из палат ЕСПЧ четырьмя голосами против трех сочла неубедительными доводы защиты Зары Муртазалиевой, что без допроса двух понятых и сотрудника УБОП Москвы Саида Ахмаева, суд над ней нельзя считать справедливым.

Защита пожаловалась в Большую палату, что, поскольку российский суд в этом деле признал необходимость вызвать свидетеля Саида Ахмаева (но не стал откладывать процесс из-за его командировки), ЕСПЧ не должен был переоценивать его выводы. Кроме того, Зара Муртазалиева жаловалась, что в суде ей не показали видеозапись камеры наблюдения, которая была установлена полицейскими в ее квартире. В итоге Большая палата согласилась пересмотреть дело, что впервые в практике споров с РФ произошло исключительно по инициативе заявительницы.

Однако в оглашенном сегодня решении Большая палата отказалась признать нарушением права на справедливое судебное разбирательство в деле Муртазалиевой из-за невозможности просмотреть видеозаписи на суде.

Суд признал, что заявительница могла прослушать аудиозапись и проверить расшифровку стенограммы. Относительно отказа в вызове свидетелей защита Зары Муртазалиевой не доказала, каким образом это повлияло бы на исход дела — по мнению ЕСПЧ, это «не подорвало общую справедливость разбирательства». К тому же Зара Муртазалиева от своего права на допрос одного из свидетелей «фактически отказалась».

Напомним, представитель Зары Муртазалиевой юридический директор «Мемориала» Кирилл Коротеев убеждал в Страсбурге 17 судей ЕСПЧ в нарушении ее права на справедливый суд (ст. 6 Конвенции по защите прав человека). Итогом спора, по его мнению, могло стать изменение практики ЕСПЧ по вопросу о праве защиты вызывать и допрашивать свидетелей. Господин Коротеев доказывал, что свидетель Саид Ахмаев вел разработку дела Муртазалиевой, а в ходе следствия признался, что по указанию начальства организовал тайную операцию по сбору доказательств против заявительницы.

По словам юриста, в 2004 году, когда полиция остановила Муртазалиеву на улице из-за отсутствия регистрации, именно господин Ахмаев посоветовал ей пройти с ними в участок (чего по КоАП не требовалось), где в ее сумочке обнаружили около 200 г пластида, фотографии и планы ТЦ «Охотный ряд». Саид Ахмаев сначала проходил свидетелем и обвинения, и защиты, но в финале процесса прокурор отказался его вызывать, а защите сделать это не удалось. Господин Коротеев настаивал, что это противоречит ст. 6 конвенции, которая требует обеспечить право обвиняемого на допрос свидетелей в его пользу на тех же условиях, что и свидетелей обвинения. Он подчеркивал, что обеспечить доставку полицейского Ахмаева в суд могло только государство. ЕСПЧ ранее решил, что уравновешивающим фактором является наличие других доказательств против заявителя. Но, по мнению представителей Зары Муртазалиевой, весь набор доказательств «был собран или спровоцирован Саидом Ахмаевым, чью роль российские суды не рассмотрели и не выяснили». В течение всего процесса заявительница утверждала, что взрывчатка была ей подброшена, единственными, кто мог это подтвердить, были понятые, но ее ходатайство об их вызове в качестве свидетелей также было отклонено.

Однако уполномоченному РФ при ЕСПЧ, заместителю главы Минюста Михаилу Гальперину удалось убедить Большую палату, что права Зары Муртазалиевой не были нарушены отсутствием возможности допросить Саида Ахмаева, поскольку защита об отложении дела в российском суде не ходатайствовала. Попытку заявителя оспорить практику ЕСПЧ в отношении свидетелей защиты заместитель главы Минюста назвал на слушаниях «введением суда в заблуждение», а показания господина Ахмаева, по его словам, не были ни решающими, ни единственными при определении вины заявителя.

Судьи ЕСПЧ интересовались, почему со взрывчатки из сумочки Зары Муртазалиевой, которую она считает подброшенной, не были взяты отпечатки пальцев. Господин Гальперин сообщил, что она сама выкладывала содержимое сумочки, «как, например, происходит в аэропорту». «ЕСПЧ не предназначен для того, чтобы действовать как суд четвертой инстанции, и не должен служить местом для попытки прикрыть ошибки и оплошности адвокатов истицы в российском суде»,— заявлял он. Отметим, что ранее Большая палата пересмотрела по ходатайству Минюста другое громкое дело о терроризме — вынесенное в пользу родственников жертв Беслана против РФ, подтвердив ранее принятое решение.

В Минюсте приветствуют новое решение ЕСПЧ по делу Муртазалиевой, заявил Михаил Гальперин. «ЕСПЧ на уровне Большой палаты очень четко заявил, что он не может вмешиваться в то, как национальный российский суд ведет дело в соответствии с российскими законами, какие доказательства и свидетелей он принимает, а какие — нет». По мнению представителя Минюста, «Зара Муртазалиева очевидно стала заложницей собственных адвокатов, которые, провалив защиту своего клиента в российском суде, попытались заинтересовать европейских судей якобы политической подоплекой процесса, связанного с терроризмом, но у них это не получилось».

«В деле обсуждался исключительно вопрос уголовного процесса, а не политические проблемы. Большая палата не стала оценивать главный аргумент нашей жалобы, сочтя, что Зара Муртазалиева сама отказалась от допроса ключевого свидетеля Ахмаева, поскольку ее защита согласилась на зачитывание ее показаний. Но такой шаг не означал отказ и был вынужденным, что признали и судьи ЕСПЧ в предыдущем решении. В итоге главный вопрос — о справедливости разбирательства остался неразрешенным»,— считает Кирилл Коротеев. На это обратил внимание и один из судей Большой палаты Пинто де Альбукерке в особом мнении, сочтя невозможность допросить свидетеля нарушением Конвенции. Он и еще один судья в особых мнениях сочли нарушением и отсутствие допроса понятых.

Большая палата сегодня уточнила свои критерии для толкованию положения Конвенции о праве на допрос свидетелей защиты: если раньше это касалось только показаний, способных привести к оправдательному приговору, то теперь достаточно доказать их связь с обвинением. «Смягчение консервативного подхода ЕСПЧ по этому вопросу хотя и не помогло Заре Муртазалиевой, но может изменить практику суда»,— считает господин Коротеев.

Анна Пушкарская, Санкт-Петербург


Комментарии
Профиль пользователя