Отступление от секса

В «Москва-Сити», в золотой башне «Меркурий», при поддержке школы бизнеса «Синергия» вышел спектакль Константина Богомолова и Мастерской Брусникина «Ай Фак. Трагедия» по роману Виктора Пелевина «iPhuck 10». За тем, как зрители, наполнившие лофт на четвертом этаже, превращаются в персонажей спектакля, наблюдала Алла Шендерова.

Это первый выход режиссера Богомолова за рамки классической сцены-коробки. Как сказано в аннотации, все 4 тыс. квадратных метров лофта «превращаются в единое сценическое пространство и импровизированную галерею "гипсового" искусства с реальными арт-объектами». Главный художник пространства — верный соратник режиссера Лариса Ломакина, объекты предоставлены Stella Art Foundation, сокуратор — Маруся Борисова-Севастьянова.

Вряд ли бренды «Онегин» и SimpleWine сверяли меню с романом, но кормят примерно тем, что любила искусствовед Маруха Чо, она же Мара Гнедых, героиня романа Пелевина: на подносах есть даже что-то вроде галет с крабовым маслом. Закусывая как Мара, поглощаешь ее же духовную пищу — искусство гипсового века. Затем зрители подчиняются тревожному аккорду, который будто застревает на одной низкой трагической ноте (отличная работа Валерия Васюкова), и рассаживаются по трем секторам в разных частях лофта.

«iPhuck 10», вышедший год назад вскоре после 10-го iPhone, критики сочли лучшим романом Пелевина за последнее десятилетие. Действие происходит в конце XXI века и ведется от лица полицейского литературного робота Порфирия Петровича (его роль досталась Игорю Миркурбанову) — он расследует уголовные дела, одновременно сочиняя о них книжки. Робота берет в аренду Мара (Дарья Мороз), чтобы он помог найти следы всплывших на арт-рынке экспонатов. Начав работу, Порфирий догадывается, что цель у Мары другая: запутать следы собственных преступлений, связанных с «гипсом».

В каждой части лофта висит экран, в каждую по очереди заходят актеры, так что каждый сектор видит свой спектакль. «Гипс», как рассказывает Мара,— искусство первой четверти XXI века, когда художники еще вкладывали в свои произведения чувства или хотя бы их отголоски. На экране или вживую (зависит от сектора) появляются остроумные, точные актеры Мастерской Брусникина: Даниил Газизуллин, Гладстон Махиб, Яна Енжаева, Василий Михайлов и Игорь Титов. разыгрывающие краткую историю современного искусства: как художник, торгующий крашеными экскрементами, получает право считать их произведениями искусства.

Миркурбанов произносит текст низким, чарующим голосом, превращая описание искусственного интеллекта в философскую поэму: «Ничего не хочу, нигде не пребываю… мои следы ведут в никуда… Впрочем, ученые выяснили, что фундаментальная природа человека — та же».

Тут содержание спектакля становится формой: миркурбановская читка и есть тот самый «гипс» — последний всплеск искренности и чего там еще. Женская часть сектора впадает в транс. Транс не минует и Мару, хоть она и «баба с яйцами» (в будущем можно инъецировать себе тестостерон).

Робот сексу не помеха, тем паче в будущем секса нет — нормальные особи трахаются с телефоном, то бишь с айфаком. Любой кадр любого фильма превращается в порно: всех персонажей, включая зверушек, можно отыметь в 3D. В будущем позволено все, кроме обыкновенного секса — им занимаются «свинюки».

В антракте можно насладиться едой и футуристическим феминизмом в исполнении Алисы Кретовой (если суммировать, нужно резать — никакого равенства полов не будет, пока у части населения есть члены). Но после гонга Богомолов почти бросает сюжет романа, в котором робот сначала обольщает (незабываемая Дарья Мороз с красными прядями волос в позе одалиски), а потом разоблачает. Впрочем, как явствует из поста режиссера в Instagram, к январю второй акт будет переделан.

А пока сочетание яда и ностальгии, футуристической Мары и достоевско-полицейского Порфирия, описание неведомого арт-объекта «Путин похищает радугу у пидарасов» и последующий скандеж «Радуга наша, мы живем в Russia!» превращает «Ай Фак» в зловещую сатирическую фреску. В принципе, это третья часть мхатовского «Идеального мужа» и «Карамазовых». Но там действие время от времени переливалось через рампу, здесь оно как бы в нас и происходит. Богомолов пробует себя в жанре сайт-специфик, зрители запивают крабовое масло коктейлем «Порфирий». Настоящее со свистом уезжает в будущее.