Коротко


Подробно

Музыка бряцанья оружием

Мнение

"Петербургский диалог". Приложение от , стр. 1

Если ядерное сдерживание есть форма холодной войны, значит, холодная война возобновилась? Ответ на этот вопрос ищет Петер Кепф.


Больше 58 лет назад, когда Европа была разделена на два лагеря, а трансатлантический альянс казался незыблемым, Джон Ф. Кеннеди заявил: «Все мы — каждый мужчина, каждая женщина, каждый ребенок — живем под ядерным дамокловым мечом, висящим на тончайшем волоске. И этот волосок в любой момент может быть перерезан — случайно, в результате просчета либо в силу идиотизма. Оружие войны должно быть уничтожено раньше, чем оно успеет уничтожить всех нас».

И правда, Советский Союз и США за десятилетия холодной войны сумели достигнуть соглашений о контроле над вооружениями и их ограничении, прежде всего в ядерной сфере, в итоге приведших даже к частичному разоружению. «Холодный мир», который зиждился на «балансе устрашения», продержался вплоть до 1990 года.

В Европе больше нет железного занавеса. Отношения между США и государствами, образующими ядро Евросоюза, пошатнулись — в частности, из-за того, что президент Трамп невысоко ценит принцип pacta sund sevanda («договоры должны соблюдаться»). Он вышел из соглашений, подписание которых состоялось во многом усилиями ЕС, таких как Парижское соглашение по климату или ядерное с Ираном. Россия уже давно снова стала значимым игроком, который вновь расширяет сферу своего влияния, вмешивается в конфликты по всему миру и готов устрашать ядерным оружием. Китай вооружается не только в экономическом, но и в военном плане. Есть и другие лидеры государств, которые делают ставку на конфронтацию и имеют ядерные амбиции.

Так что же — страх вернулся? Мы уже живем в условиях новой холодной войны?

Можно вспомнить: в городах Германии 80 тыс. сирен дважды в год «репетировали» сигнал воздушной, ядерной, биологической и химической атак. Благодаря этому граждане помнили о сохраняющейся угрозе и все время боялись, что холодная война перейдет в «горячую».

Как бы то ни было, множество соглашений по ядерному сдерживанию, выполненных или нарушенных, не отменяют того обстоятельства, что миру и сегодня угрожает опасность. Так что же — человечество по-прежнему висит на тонком волоске? Конечно, количество ракет и боеголовок удалось сократить, но точность их попадания повысилась. И потому сегодня справедливы слова, некогда произнесенные Кеннеди: мир может оборваться «по воле случая или в результате просчета либо в силу идиотизма». И Дональд Трамп, и Владимир Путин не скрывают удовлетворения своими ядерными ракетами. При этом обе державы противостоят друг другу в рамках «войн посредников», например в Сирии и Йемене.

«Глубокое недоверие времен холодной войны вернулось,— констатирует на своей страничке в Facebook бывший министр иностранных дел Зигмар Габриэль.— Если во второй раз остановить ядерную спираль не удастся, Центральная Европа и Германия вновь превратятся в арену ядерного безумия».

Габриэль стал одним из нескольких экс-председателей СДПГ, в числе первых подписавших призыв «Нет ядерной гонке вооружений в Европе». «Невозможно не замечать, что глубокое недоверие времен холодной войны вернулось»,— отметил он. И еще: сегодня не хватает «сильного голоса, который вновь вернул бы в контекст реальности кажущуюся утопию — разоружение и создание совместной системы безопасности вместо вооружения, размежевания и вражды». Голосом за разоружение и совместную систему безопасности должны стать Германия и Европа.

Сегодня в поле зрения оказывается уже новый Договор об ограничении стратегических наступательных вооружений, истекающий в 2021 году, в рамках которого Советский Союз и США установили лимиты по ядерному оружию (не более 800 систем-носителей и 1550 боеголовок). Если Трамп и Путин не станут продлевать этот договор, то никакого действующего соглашения о контроле над вооружениями между двумя державами не останется.

Но что движет Трампом? Для ответа на этот вопрос нужно помнить, что не все ядерные государства присоединились к Договору о РСМД: этого не сделали Китай, Индия, Северная Корея и Пакистан. Пусть рядом с ядерными ежами ведущих держав их арсеналы могут показаться комарами, но то, что все стороны перешли к наращиванию вооружений, не может не волновать. «Нет ничего более насущного, чем возвращение к политике разоружения,— пишет поэтому Маттиас Насс.— Вместо этого все вооружаются. Китай, Россия, а теперь с новой силой и США».

Очевидно, что Трамп стремится освободиться от оков, как он воспринимает соответствующие соглашения. Его политика, по мнению большинства немецких аналитиков, направлена в том числе — а возможно, и в первую очередь — против КНР. Его советник по вопросам безопасности Джон Болтон недавно в Москве как бы в шутку проговорился: «Китайцы просили нас не выходить из Договора о РСМД. Если бы я жил в Китае, я бы просил о том же».

К слову, в китайском контексте от расторжения Договора о РСМД может выиграть и Россия. А вот для Европы такое развитие событий представляет очень большую угрозу. Ведь по мнению Запада, Россия располагает крылатыми ракетами, способными нести ядерную боеголовку и преодолевать расстояние, разделяющее Калининград и Берлин. Зачем России такое оружие? Николас Буссе первым описал пугающий сценарий в газете Frankfurter Allgemeine Zeitung: дескать, Путин разработал для России «новую военную доктрину». Ее цель — «прикрытие операций с применением конвенциональных вооружений возможностью ядерного удара». Конкретный пример: «Россия предпринимает интервенцию в Прибалтике и в случае попытки вернуть контроль над территорией угрожает НАТО ядерным ударом по целям в Европе». В России не замедлили намекнуть на такой сценарий сразу же после аннексии Крыма, пишет Буссе, «поэтому нельзя отмахиваться от него как от плода воображения НАТО».

Сторонники мира сейчас могут сказать: так проверьте такие подозрения посредством выездных инспекций, прежде чем разрывать договор. Но, похоже, в этом не заинтересован никто. И потому мир стоит на пороге очередной ядерной гонки вооружений. Новая военная стратегия, утверждает Насс, уже проигрывается на военных учениях, ее девиз — «Эскалация ради деэскалации». США делают ставку на более компактное и более точное ядерное оружие, продолжает он. На модернизацию американского ядерного арсенала в ближайшие 30 лет в бюджете заложено около $1,7 трлн. А среди прочих ядерных государств есть то, «которое стремится к такому же статусу мировой державы, что и у США»,— это Китай.

Газета Suddeutsche Zeitung писала, какими могут оказаться последствия, если Америка и Россия начнут вооружаться: «Под вопросом может оказаться и Договор о нераспространении ядерного оружия, ведь взамен отказа остальных государств от разработки ультимативного оружия ядерные державы обещали пойти на разоружение». Нарушение данного обещания чревато тем, что некоторые государства, подписавшие договор, «вскоре, следуя примеру Северной Кореи, могут задаться вопросом, не будет ли небольшой ядерный арсенал наилучшей гарантией их выживания». Согласно этой логике, речь идет об инструменте сдерживания, который давал удовлетворительный результат в годы холодной войны прошлого столетия.

«Ядерное сдерживание вернулось,— писал, в частности, Петер Рудольф из департамента США в Фонде науки и политики.— Надежды на отход от системы сдерживания посредством ядерного разоружения разбиты». Подчеркнем: сдерживание подразумевает, что при нападении на одно из государств НАТО «альянс может нанести агрессору ущерб, неприемлемый и в разы превосходящий ту пользу, которую тот ожидает извлечь из акта агрессии».

Тем, кто считает, что сдерживание давало нужный эффект, Рудольф возражает: это не более чем «гипотетическое предположение». Война между ядерными державами отнюдь не исключена. То, что такая война не была развязана вследствие просчета или ошибки,— это или просто удача, или сочетание человеческого благоразумия и до сих пор хорошо функционировавшей системы контроля над вооружениями. В условиях эскалации кризиса нанесение первого удара не исключено. «Стабильность системы сдерживания нельзя считать данностью»,— подчеркивает он. Напротив, технологический прогресс приводит ко все более хрупкому равновесию, ускорению процесса вооружения и росту агрессивности.

100 лет назад европейцы были буквально ошеломлены плодами чудовищной войны с применением нового оружия такой убийственной силы, которую раньше невозможно было себе представить. Но очевидно, что случится, если в XXI веке снова заговорят пушки. Вероятно, в наше время нужно быть довольным, если сильные мира сего развязывают «всего лишь» холодную войну, а не впадают в «идиотизм» и не затевают Третью мировую. С другой стороны, не стоит так серьезно воспринимать каждое слово и каждый жест лидеров мировых держав. Складывается впечатление, что большинство из них говорят определенные вещи для своих сторонников и для себя.

Было бы хорошо, если бы Европа сумела договориться и не допустить появления нового ядерного оружия на континенте. Но, к сожалению, президент одной европейской страны уже заявил о готовности поддержать его размещение.

Избавить мир от такого оружия удастся только совместными усилиями. Это показывают договоры, которые сегодня нарушаются, аннулируются или же и первое, и второе. Если каждый будет действовать только в собственных интересах, мира ждать не приходится.

Комментарии