Коротко

Новости

Подробно

Фото: Дмитрий Азаров / Коммерсантъ

Рояль в устах

Как много пришлось говорить Владимиру Путину в его последний день в Сингапуре

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 2

15 ноября президент России Владимир Путин в Сингапуре участвовал в работе Восточноазиатского саммита, встречался с вице-президентом США Майклом Пенсом, а затем подошел к российским журналистам, которым сообщил, что обсуждал с Синдзо Абэ возможность передачи Японии теперь уже двух островов из четырех и что не будет коллективного отказа всей российской делегации от участия в Давосском экономическом форуме в знак солидарности с российскими бизнесменами, чье участие уже признано нежелательным. С подробностями об этом из Сингапура — специальный корреспондент “Ъ” Андрей Колесников.


Организаторы продолжают радовать своим пристрастным отношением к деталям протокола. Так, драматичные события развернулись на Восточноазиатском саммите, который начался в Сингапуре в четверг. Конфузом была ознаменована церемония фотографирования. Лидеры, среди которых были Владимир Путин, вице-президент США Майкл Пенс, премьер Госсовета Китая Ли Кэцян, привычно выстроились в шеренгу, покорно замерли со своими неизбежными улыбками, фотографы их покорно сфотографировали, и все готовы были покорно разойтись, удовлетворенные содеянным.

Но тут организаторы в микрофон остановили всех и попросили вернуться на места. Они сказали, что надо повторить церемонию, не вдаваясь в объяснения, что вышло не так. Лидеры казались немного растерянными: они, конечно, подчинились, но хотели понять — может, не так встали? Их между тем успокоили: все хорошо, просто нужен еще один дубль.

И все встали точно так же, как стояли, и с теми же самыми улыбками на тех же лицах (может, правда, чуть погрустневших). Сделали еще один дубль зачем-то.

Пленарное заседание Восточноазиатского саммита было почему-то закрытым, что тоже вызвало вопросы не только у журналистов — в конце концов, лидеры приехали на этот саммит не в последнюю очередь для того, чтобы их услышали не только коллеги в зале.

А так для мира никакого саммита и не было.

И все предпочли сосредоточиться на двусторонних встречах (даже президент Мьянмы Вин Мьин). Владимир Путин увиделся с китайским премьером («Ну что, выйдем в этом году на $100 млрд?» — Владимир Путин спросил об этом коллегу просто как-то заговорщицки).

После этого случилась неожиданная встреча. То есть нам вслед за Владимиром Путиным вдруг предложили сменить локацию, и мы с третьего этажа, где до сих пор проходили все двусторонние встречи, молниеносно спустились на второй, где шло еще до сих пор закрытое пленарное заседание (Владимир Путин ушел с него для встречи с китайским премьером сразу после того, как выступил сам). Только теперь стало известно, что Владимир Путин не зря поговорил с вице-президентом США Майклом Пенсом перед началом пленарного заседания. У них возникла идея побеседовать подробнее, в более или менее полноценном двустороннем формате.

Впрочем, стать свидетелем этой встречи так и не удалось. Произошла замена одной переговорной комнаты на другую, прежде чем мне рассказали, что, во-первых, журналистский пул господина Пенса оказался не готов к такому внезапному развитию событий и что американских журналистов, таким образом, не будет, а значит, не должно быть и российских журналистов — чтобы всех не было поровну.

Саму встречу по-прежнему планировали, а мы теперь готовились к короткой пресс-конференции Владимира Путина по итогам саммита еще в одной переговорной комнате. Между тем казалось, что встреча с вице-президентом США, если она произойдет, как вдруг было задумано, способна затмить не только эту пресс-конференцию, но и сам саммит.

Но этого не произошло. Встреча в итоге состоялась, но была слишком скорой — минут 20 (оба, как выяснили между собой службы протокола, уже торопились в аэропорт). И сразу после этого Владимир Путин подошел к журналистам, которым рассказал в том числе о «встрече на ногах» (а если они сидят в креслах, то как тогда должна называться такая встреча?).

Но сначала Владимира Путина спрашивали, может ли предполагаемая новая волна американских санкций повлиять на возможную встречу Владимира Путина с Дональдом Трампом.

— Любые политически мотивированные ограничения мешают развитию экономики, но на самом деле это не может остановить развитие страны,— заявил российский президент.

Про встречу с Дональдом Трампом он и сейчас, и еще через несколько минут говорил аккуратно: вспомнил, что могли и даже хотели переговорить в Париже, но не стали мешать мирному течению церемонии, и добавил, что готов встречаться в любом формате, потому что слишком много вопросов, которые надо обсудить: СНВ-3, Договор о РСМД, региональные проблемы — в КНДР, Сирии, Иране. Да, ничего нового.

Говоря о том, что обсуждали на Восточноазиатском саммите (да, это была, конечно, загадка для всех), Владимир Путин рассказал, что главное — на смену идее глобализма, от авторства которой сейчас некоторые (видимо, прежде всего европейские лидеры) почему-то уже предпочитают отказываться, мир пришел к идее взаимосвязанности, а это нечто совершенно иное.

А что именно — предстоит осмыслить, в том числе и на таких саммитах.

Некоторая новость содержалась в рассуждениях Владимира Путина по поводу его встречи с премьер-министром Японии Синдзо Абэ. Владимир Путин подтвердил, что Япония хочет вернуться к обсуждению советско-японской декларации 1956 года, по которой Японии полагались два южнокурильских острова. Но после того как Верховный совет СССР и парламент Японии одновременно ратифицировали эту декларацию, мирный договор все-таки не состоялся. И вот господин Абэ, который все же, видимо, хочет запомниться своей стране как человек, который решил проблему островов — хотя бы наполовину, возобновил разговор по этому поводу.

— Да, премьер-министр сказал вчера, что готов решать вопрос на основе декларации 1956 года,— еще раз подтвердил Владимир Путин.

Но тут же и оговорился: в декларации не было оговорено многое из того, что предстоит еще оговорить.

Так что скорое решение этой проблеме все же не грозит. Россия, что-то подсказывает, не будет сильно торопиться.

По поводу возможного неучастия нашей страны в Экономическом форуме в Давосе Владимир Путин высказался на первый взгляд витиевато. Он вспомнил, как сам ездил в Давос, и не один раз, еще будучи вице-губернатором Санкт-Петербурга, и что ему близка идея сближать людей вне рамок политических ограничений. И что «каждый человек… бизнесмен имеет право принимать решение, будет он участвовать в этом форуме или нет». Таким образом, президент России не подтвердил мысль Дмитрия Медведева насчет того, что вся российская делегация в едином порыве способна отказаться от Давоса из-за двух-трех человек, чье присутствие оказалось нежелательным для организаторов. И это тоже была новость.

Господин Путин прокомментировал и выборы в ДНР и ЛНР, которые Украина считает нарушением минских соглашений. Российский президент, между прочим, не стал с этим спорить, а сказал:

— Мы что-то не слышали осуждения убийств на территории этих непризнанных республик… Этим была вызвана и реакция людей… Выборы были неизбежны.

Он добавил, что, по его мнению, сегодняшняя украинская власть не может сделать ничего для урегулирования ситуации. Но, похоже, у него нет иллюзий и по поводу следующей украинской власти, которая сменится в результате президентских выборов в стране.

Ситуация с обменом военнопленных Донбасса и Украины в формате «всех на всех» тоже не воодушевляет Владимира Путина. По мнению властей в ДНР и ЛНР, Киев объявляет многих военнопленных уголовными преступниками и выводит их таким образом из переговоров об обмене, а «представители Донбасса с этим не согласны». Таким образом, не согласен, видимо, с этим и сам Владимир Путин. Или наоборот.

Вспомнил российский президент и про то, что происходит в Азовском море:

— Взяли, наших моряков задержали! Там можно ловить где угодно, нельзя только заходить в чужие территориальные воды!.. Капитана до сих пор, по-моему, держат…

Особо лаконичен был господин Путин, отвечая на вопрос, не стоит ли перестать взаимодействовать с саудитами в деле ограничений добычи нефти:

— Пока ничего не буду говорить, ограничивать или не ограничивать.

Владимир Путин полагает (не без оснований, прямо можно сказать), что любое его слово по этому поводу влияет на состоятельность российского бюджета.

На этом программа Владимира Путина в Сингапуре была исчерпана.

В холле торгово-выставочного центра Suntec на третьем этаже, по которому Владимир Путин ходил два дня, стояло зачехленное пианино. На нем была табличка: «Просьба на пианино не играть». Неужели организаторы помнили, как в мае 2017 года в Пекине перед встречей с председателем КНР Владимир Путин вдруг обратил пристальное внимание на такое же пианино в холле — и заигрался? «Город над вольной Невой…», «Московских окон негасимый свет». Было все.

Нет, в Сингапуре пианино так и осталось зачехленным. Нет, не выстрелило.

Что, настроение в конце концов оказалось не то?

А на самом деле он его просто не увидел.

Андрей Колесников, Сингапур


Комментарии
Профиль пользователя