Коротко

Новости

Подробно

Фото: Максим Кимерлинг / Коммерсантъ

«Многие сети ливневой канализации являются бесхозяйными»

"Экология". Приложение от , стр. 10

Пермский природоохранный прокурор Людмила Моисеевских рассказала „Ъ-Экология“ о состоянии законности в сфере охраны окружающей среды.


— Людмила Александровна, что является предметом надзора природоохранных прокуратур? Какие направления считаются приоритетными?

— Основное направление деятельности природоохранных прокуратур — это надзор за исполнением законодательства об охране окружающей среды и природопользовании. Так что наша «сфера интересов» широка. Это состояние атмосферного воздуха, водных объектов, недро- и лесопользование, обращение с отходами в сфере потребления и производства, охрана животного мира и многое другое. Кроме надзора за исполнением законодательства, мы контролируем и то, насколько соответствуют законодательству нормативно-правовые акты, которые издают органы местного самоуправления. Природоохранная прокуратура осуществляет также процессуальный надзор за уголовными делами, которые возбуждены органами следствия и дознания по нашим материалам. Наша конечная цель — обеспечить право каждого человека на благоприятную окружающую среду, которое закреплено ст. 42 Конституции.

В зону ответственности Пермской природоохранной прокуратуры входит территория Перми, Пермского и Краснокамского районов, где проживает почти половина населения Пермского края, а также государственный природный заповедник Басеги. Всего в Прикамье две специализированные природоохранные прокуратуры — Пермская и Березниковская. Последняя контролирует исполнение законодательства об охране окружающей среды на территории Соликамского и Березниковского городских округов, Александровского, Чердынского, Красновишерского и Усольского районов. В остальных муниципальных образованиях надзор осуществляют территориальные прокуратуры, наши специалисты регулярно оказывают им методическую и практическую помощь.

— Как разграничены полномочия природоохранной прокуратуры с другими ведомствами, например Росприроднадзором, Государственной инспекцией по экологии и природопользованию края?

— Говорить о разграничении полномочий в данном случае некорректно, потому что прокуратура осуществляет надведомственный контроль. То есть мы надзираем и за деятельностью этих ведомств. Речь идет не только об управлении Росприроднадзора в регионе и госинспекции по экологии, но и о министерстве природных ресурсов, лесного хозяйства и экологии Пермского края. Природоохранная прокуратура контролирует также работу управлений Россельхознадзора и Роспотребнадзора в вопросах, связанных с охраной окружающей среды.

— Есть ли у региона какие-то особенности с точки зрения работы природоохранной прокуратуры?

— Пермь — это промышленный город, так что предприятий, которые оказывают негативное воздействие на окружающую среду, довольно много. Прежде всего речь идет о выбросах загрязняющих веществ в атмосферу и их сбросе в водоемы. Основные «загрязнители» на территории краевой столицы — это предприятия химической промышленности и энергогенерирующие компании. Если говорить о статистике, то в 2013 году в Пермском крае в атмосферу было выброшено 368 тыс. тонн загрязняющих веществ, по итогам 2017 года этот показатель сократился почти на 60 тыс. тонн. Мониторинг состояния атмосферного воздуха в Перми осуществляется через посты Росгидромета. На территории города их семь, хотя по нормативам (один пост на 100 тыс. человек) должно быть не менее десяти. Сейчас на постах отбираются пробы воздуха и анализируются по 24 вредным веществам, но таких веществ более четырехсот.

Объем выбросов предприятий зависит прежде всего от состояния экономики: чем активнее они работают, тем больше вредных веществ оказывается в атмосферном воздухе. Во всех районах города уровень загрязнения атмосферы характеризуется как высокий.

С другой стороны, около 60% вредных веществ в атмосферу на территории Перми выбрасывают не промышленные предприятия, а автотранспорт. Его количество постоянно растет, прокуратура добивается от городских властей принятия мер, которые бы снизили воздействие транспорта на экологическую ситуацию. И нужно сказать, такие меры принимаются. Например, непопулярное в определенных кругах решение о введении платных зон парковки привело к уменьшению количества машин в центре Перми. Это можно наблюдать даже визуально. Меняется ситуация и с общественным транспортом. При подведении итогов конкурсов на обслуживание автобусных маршрутов преимущество отдается перевозчикам, транспорт которых работает на сжиженном газе. Пункт об использовании экологически чистого топлива закреплен в конкурсной документации. Прокуратура также неоднократно указывала на необходимость обновления парка трамваев и троллейбусов «Пермгорэлектротранса». Насколько мне известно, определенные планы на обновление подвижного состава у администрации Перми есть. На атмосферный воздух влияет и состояние городских лесов, а также озеленение территории. Можно сказать, что сейчас к вопросам озеленения стали подходить грамотно. В то же время не все городские леса поставлены на государственный кадастровый учет.

— Как обстоит ситуация с водными ресурсами?

— Благополучной ее назвать нельзя. Специфика производственной деятельности ряда крупных предприятий региона связана со сбросом сточных вод, прежде всего — в Воткинское водохранилище. С 2013 года на всех таких предприятиях были проведены проверки, по итогам которых прокуратура добилась судебных решений, обязывающих промышленников начать модернизацию очистных сооружений. Это привело к снижению количества сбрасываемых в водные объекты загрязняющих веществ. В то же время вода загрязняется не только промышленными предприятиями, особенно если говорить о малых городских реках. В Перми до сих пор не урегулирован вопрос организации водоотведения ливневых вод, многие сети ливневой канализации являются бесхозяйными. Работа по их принятию в муниципальную собственность, конечно, ведется, но пока медленно. В итоге загрязнение малых рек через нелегальные водовыпуски происходит фактически постоянно. В 2017 году по материалам природоохранной прокуратуры полицией было возбуждено уголовное дело по факту неоднократного экстремального загрязнения реки Данилихи. Мы настаиваем, чтобы в ходе расследования была проверена версия о бездействии должностных лиц по своевременному выявлению и ликвидации таких водовыпусков.

— Возвращаясь к промышленникам: насколько жестко закон регулирует их деятельность?

— Согласно законодательству об охране окружающей среды, все предприятия, которые оказывают на нее негативное воздействие, обязаны вносить за это плату. Ее размер, а также нормативы предельно допустимых сбросов и выбросов вредных веществ устанавливаются уполномоченными органами власти. Если предприятие оказывает негативное воздействие на окружающую среду и работает без соответствующего разрешения, то на него должен быть наложен штраф. В 2014 году в Закон об охране окружающей среды были внесены изменения, по которым такие предприятия должны были до 1 января 2017 года встать на государственный учет и получить свидетельства о присвоении категории опасности для окружающей среды. Постановка на госучет преду­сматривает и направление соответствующей отчетности контролирующим органам. Выход этих хозяйствующих субъектов «из тени» позволит Росстату формировать более точную статистику негативного воздействия на окружающую среду. Мы предлагаем местным властям включиться в разъяснительную работу, обращать внимание руководителей предприятий на необходимость постановки на учет. Муниципалитеты должны быть заинтересованы в этом. В 2016 году вступили в силу изменения, внесенные в бюджетное законодательство, согласно которым 55% от платы за негативное воздействие на окружающую среду поступает в местный бюджет. Еще 40% направляется в бюджет региона, а 5% — в федеральный.

— В прошлом году Госдума приняла поправки, обязывающие предприятия устанавливать автоматические приборы контроля выбросов. Готовы ли предприятия к введению такой нормы?

— Норму об установке автоматических контрольных приборов планировалось ввести с 1 января 2018 года, но в итоге срок был перенесен на 1 января следующего года. Чтобы реализовать ее на практике, на федеральном уровне должен быть принят перечень стационарных источников, включая перечень загрязняющих веществ, подлежащих автоматическому учету, а также требования по сертификации приборов. Этих документов пока нет, поэтому будет ли эта норма применяться с 2019 года — неизвестно.

— Одно из направлений надзора природоохранной прокуратуры — исполнение законодательства об обращении с отходами. Сейчас краевые власти пытаются создать современную систему обращения с ТКО, которая соответствует федеральному законодательству. Расскажите, пожалуйста, о состоянии законности в этой сфере.

— Это весьма болезненная тема для нашего региона. Можно сказать, что системы раздельного сбора и переработки отходов в Прикамье не развиты. В Пермском крае действуют только 18 лицензированных объектов размещения ТКО, в результате значительная часть отходов размещается на объектах, не соответствующих требованиям, или вообще на стихийных свалках. Только в Перми в 2017 году выявлено более 400 мест несанкционированного размещения отходов, или попросту свалок. На их ликвидацию из городского бюджета выделено около 17,5 млн руб., было вывезено более 19,7 тыс. тонн ТКО. Но часто на площадках, которые были очищены от отходов, вновь возникают свалки. При этом местные власти не всегда предпринимают действенные меры по предупреждению этого процесса. Законом об административных правонарушениях Пермского края предусмотрена ответственность за нарушение правил благоустройства и организацию свалок. Но на практике случаи привлечения нарушителей к административной ответственности единичны.

Еще одна проблема — вывоз отходов из частного сектора. На территории Перми много индивидуальных домовладений, но договорами на вывоз ТКО охвачено только 53% из них. В Пермском крае есть практика, когда органы местного самоуправления пытались через суд обязать владельцев частных домов заключить эти договоры. Два таких заявления подавала администрация Сылвенского сельского поселения (Пермский район). Но суды первой и апелляционной инстанции в удовлетворении требований муниципалитету отказали. Свою позицию они мотивировали тем, что закон обязывает заключать договоры только с региональным оператором по обращению с отходами, но в Пермском крае его пока нет. Администрация с такой позицией не согласна и готовит сейчас кассационную жалобу в Верховный суд. Регионального оператора в силу разных причин у нас может не быть еще долго. Ситуация, когда никто никому ничего не должен, неправильна и опасна.

— Ранее в открытых источниках появлялась информация о проблемах с обращением с медицинскими отходами. Насколько они серьезны?

— Основной вопрос здесь в том, что эта деятельность на сегодняшний день не лицензируется, в результате на рынок заходят малопрофессиональные структуры, которые зачастую не имеют необходимого оборудования для обезвреживания медицинских отходов. В этом направлении природоохранная прокуратура тесно работает с краевым минздравом и Роспотребнадзором. Мы обращаем внимание на необходимость налаживания системы учета медицинских отходов, а также включения в конкурсную документацию пункта о наличии специализированного оборудования. В зависимости от степени опасности медицинские отходы делятся на пять классов — от малоопасных до чрезвычайно эпидемиологически опасных. Для каждого из них есть определенные требования к обезвреживанию. В нашей практике были случаи, когда отходы разных классов опасности смешивались и попросту выбрасывались. Сейчас минздрав пытается решить эту проблему, закупая оборудование для обезвреживания отходов и устанавливая его прямо на территории учреждений здравоохранения.

— Согласно изменениям в ФЗ «Об отходах производства и потребления», каждый производитель теперь обязан обеспечить утилизацию товаров, утративших потребительские свойства, а также упаковки, либо уплатить экологический сбор. Как исполняются требования закона в Пермском крае?

— Эта норма вступила в силу с 2016 года. Законодатель предусмотрел поэтапное ее введение. В этом году утилизации, в зависимости от группы товаров, подлежит от 5 до 25% произведенной продукции и упаковки. Можно сказать, что сейчас идет стадия привыкания участников рынка к новым требованиям. Естественно, законодатель надеялся, что производители массово начнут утилизировать выпущенные ими упаковку и товары, утратившие потребительские свойства. Но практика показывает, что сейчас производителям выгоднее заплатить сравнительно небольшой экологический сбор, нежели заниматься дорогостоящими проектами по утилизации. Сегодня в регионе около 2 тыс. субъектов, которые обязаны подавать в Рос­природнадзор отчетность по утилизации, либо расчет экологического сбора. Но пока это сделали только 188 предприятий, то есть менее 10%. Объем денежных средств, собираемых в регионе в виде экологического сбора, также сравнительно невелик: за 2016 год — всего 10 млн руб. Впрочем, за прошлый год он составил уже 31 млн руб. Можно прогнозировать, что эта цифра будет расти, так как перечень и объем товаров, подлежащих утилизации, будет расширяться каждый год.

Беседовал Максим Стругов


Комментарии

Наглядно

обсуждение

Профиль пользователя