Коротко

Новости

Подробно

3

Фото: Вольга

Трудности перехода

Василий Степанов о фильме «На границе миров»

Журнал "Коммерсантъ Weekend" от , стр. 25

В прокат выходит «На границе миров» — фильм шведского режиссера иранского происхождения Али Аббаси, получивший главный приз в конкурсе «Особый взгляд» Каннского фестиваля. История о талантливой, но некрасивой работнице таможни превращается в мрачную скандинавскую сказку, объясняющую, зачем современному миру границы, и как важно их нарушать


Тина (Ева Меландер) стоит на посту в таможенной зоне международного паромного терминала где-то у Стокгольма. Большинство пассажиров просто проходят мимо, невинно скользя взглядом по стенам и лишь на мгновение натыкаясь на каменное, с колючими глазками, большими надбровными дугами лицо Тины. Неприятное, какое-то странное, неандертальское лицо. Некоторых Тина останавливает. Причем исключительно точно: у нее дар — Тина остро чует запах алкоголя, наркотиков, а также человеческого страха, стыда, ярости. Она может выдернуть из толпы даже педофила и потом найти-таки флешку, набитую детским порно. За этот дар Тину ценят начальство, коллеги и сосед-собаковод Роланд. Но сама она к людям если не презрительна, то индифферентна — вслед ей, бывает, кричат: «Уродина», а она привыкла — и ценит уединение на лоне природы. Собаки Роланда на нее без конца рычат, а вот лоси и другие лесные звери скорее привечают, мхи приятно пружинят под тяжелыми ступнями, и иногда Тина раздевается догола, чтобы пробежаться по северному лесу, поплавать в зеленом и, кажется, очень холодном озере.

Все это изысканно, соединяя ощущение органической природной грязи и природной же красоты снимает оператор Надим Карлсен, который прежде уже работал с режиссером Али Аббаси на его дебютной картине «Шелли». Камера Карлсена обладает поразительным даром чувственности — она может быть предельно, даже до отвращения документальной, притягивать внимание к тому, что кажется некрасивым. А также легко пересекает границу некрасивого и красивого, передавая собственную эмпатию зрителям.

Этому фильму нужно дать время для разгона. Сюжет проходит точку невозврата спустя полчаса после начала. Сдвиг в этом странно-натуралистичном фильме, который первое время прикидывается вполне себе обыкновенной историей про одиночество не очень симпатичной женщины из Швеции, происходит после того, как Тина встречает в своем таможенном коридоре незнакомца в бывалой кожаной куртке (его роль исполняет актер по фамилии Милонофф). Мрачный тип по имени Воре приковывает не нюх Тины, но взгляд: в тяжелом лбе, грубой линии носа, зверских челюстях и нечесаных волосах чудится что-то родное. Бдительная Тина начинает досмотр, и сначала в сумке Воре среди барахла обнаруживается инкубатор для личинок, а личный досмотр, который проводит коллега Тины, заканчивается конфузом. «Лучше бы ты его досматривала»,— кидает таможенник коллеге. Странный Воре — словно смутное воспоминание из детства, о котором Тина старалась не думать и никогда не расспрашивала усыновившего ее папу.

Это случайное знакомство стремительно уводит фильм от брутального детективного реализма (скажем, Тину было бы очень легко представить героиней какого-нибудь мрачного скандинавского сериала о полиции) в сторону лихо устроенной сказки, подробности которой будут излагать только те, кто захочет испортить вам удовольствие от просмотра. Пожалуй, стоит сделать только одно — предупредить: слово «сказка» в данном случае не имеет никакого отношения к чему-то детскому, рейтинг 18+ на афише стоит не просто так. Пока Тина погружается в свое прошлое, допытываясь о себе у Воре, а потом и у приемного отца, урожденный иранец Али Аббаси споро входит в суровый мир скандинавской мифологии.

Первоисточником «На границе миров» послужил рассказ Йона Айвиде Линдквиста, автора жутковатых романов «Блаженны мертвые» и «Впусти меня», в которых мистические события и герои (неупокоенные вампиры и ожившие мертвецы) являлись читателю в эффектном обрамлении современного быта, настолько упорядоченного в своей скуке, что любая странность на его фоне выглядит еще страннее. «Впусти меня» экранизирован уже дважды, так что зрители при желании могут получить представление о характере удивления, которое подстерегает в фильме Аббаси, в этих «совершенно обычных, казалось бы, интерьерах из IKEA», как говорит главная героиня «На границе миров». А у самого Линдквиста, постмодернистски интерпретирующего истории о фантастических тварях и местах их обитания, есть важный первоисточник в лице Сельмы Лагерлёф, чью сказку «Подменыш» о похищенных младенцах он и перепевает на разные лады.

Фигура режиссера Аббаси, давно живущего в Швеции иранца, конечно, важна для понимания фильма. За сказочным фольклорным антуражем он припрятывает самые что ни на есть современные смыслы. Это, конечно, кино об иммиграции и детской травме переселения, но не только. Его «Граница», получившая после перевода на русский несколько спойлерное название «На границе миров»,— шире. Это кино о том, как много границ окружает нас в повседневной жизни, как они призрачны и при этом безусловны. Границы между домом и лесом, человеком и человеком, понятным и непонятным. Современное общество требует избавиться от границ, стать прозрачным и понятным, но Аббаси, кажется, не так уверен в правильности такого подхода. По крайней мере, его герои готовы сделать все, чтобы отстоять своеобразие, доставшееся им от природы (даже уехать в Финляндию!). Ирония состоит в том, что для того, чтобы понять, что такое границы, нужно хотя бы разок их пересечь. Если бы главная героиня постоянно не заглядывала куда-то за пределы привычного ей мира и представлений о вещах — то она не смогла бы понять ничего и о себе. А значит, контрабандисты, пересекающие границы, так же необходимы миру, как и те, кто эти границы от них охраняет.

В прокате с 25 октября

Комментарии

Рекомендуем

обсуждение

Профиль пользователя