Где немцу здорово

В российско-немецких отношениях важная дата: 255 лет назад Екатерина Великая специальным указом пригласила в страну немецких колонистов. С тех пор, несмотря на войны и социальные катаклизмы, немцы никуда из России не уходили. Даже сейчас, в пору жестких санкций и растущей напряженности между Россией и Западом, немецкий бизнес старается удержать позиции в России и видит в нашей стране немалые перспективы. Об этом свидетельствует и большой мультимедийный проект Российско-Германской внешнеторговой палаты «Мастера России: сделано по-немецки» о бизнесменах и управленцах из Германии, работающих у нас в стране (в России действуют почти 5 тысяч компаний с немецким участием, немецкие инвестиции в российскую экономику в прошлом году составили 17,6 млрд евро), и наметившийся недавно новый тренд — рост числа немецких переселенцев, которые возвращаются в Россию из Германии. Как чувствуют себя сегодня немцы в России, выяснял «Огонек»

Все знают о Республике немцев Поволжья, но это ведь была не единственная в стране немецкая территория. Еще при Столыпине, например, большая колония немцев переселилась на Алтай, и в первые советские годы у немцев был там свой национальный район. Мало кто знает: в 1991 году, когда развалился Союз, этот район официально восстановили. Теперь он называется Немецкий национальный район Алтайского края (в его составе 12 больших сел и даже свой герб с неподражаемым геральдическим орлом). А есть еще Азовский немецкий национальный район — в 20 километрах от Омска. Обе территории поддерживают связи с Германией, которые в последние годы не ужимаются, а, напротив, наполняются и новыми проектами, и … людьми. Последнее особенно важно: в Россию на постоянное жительство не только возвращаются те, кто в начале 1990-х уехал в Германию, но и новые переселенцы приезжают.

Глава омской немецкой общины профессор Бруно Рейтер рассказал «Огоньку», почему в России немцев ценят даже сильнее, чем на исторической родине, и почему многие из них охотно возвращаются сюда из Германии.

— Бруно Генрихович, так сколько всего сейчас в России российских немцев?

— Официально в России около 350 тысяч немцев, но я уверен, что реально нас гораздо больше. Во время последней переписи не было графы «национальность», поэтому не все немцы указали свою национальную принадлежность. В Омской области, например, переписчики насчитали 49 700 немцев. Мы провели свою параллельную перепись в 60 сельских немецких культурных центрах и насчитали на четверть больше. Думаю, что переписчики ошиблись примерно на те же 25 процентов. Кроме того, у нас 80 процентов немцев состоят в межнациональных браках. И куда относить ребенка, если папа русский, а мама — немка, и сам он не Шнайдер, а Иванов, Петров или Сидоров?

Думаю, если собрать всех, в ком течет немецкая кровь, получится примерно 1,2 млн россиян.

Что же касается географии, то сейчас более 60 процентов всех российских немцев живут в Западной Сибири: в Омской, Томской, Новосибирской, Кемеровской областях и в Алтайском крае. Есть сотни деревень, в которых по крайней мере 20 процентов населения составляют российские немцы. После перестройки многие немцы уехали в Германию. Но сейчас часть этих людей возвращается.

— Насколько это масштабное явление?

— Обо всей стране я судить не могу, могу говорить только об Омской области. Так вот, у нас за 2018 год вернулись 37 немецких семей.

— Это возвращаются ваши бывшие земляки из Омской области?

— Нет, почему же. Едут и те, кто родился в Казахстане, Узбекистане, Киргизии. Они стремятся попасть туда, где уже есть немцы, находят нас в интернете, звонят и просят помочь. Главный вопрос, который задают: есть ли жилье? Думаю, что если бы давали дома, то 40 процентов немцев, эмигрировавших в Германию, охотно вернулись бы обратно в Россию.

— Они что, прямо вот так сразу берут и переезжают на новое место жительства?

— Обычно все начинается с поездки в отпуск. Первый год немцы тратят на разведку и ищут себе участок под дом. Мы им в этом помогаем. Выходим на руководителей районов и сел, уговариваем выделить и продать землю. На второй год переселенцы снова приезжают в отпуск и начинают строить дом. Смотрим: стены появились, потом хозяин их под крышу подвел, забор поставил. На будущий год он снова тут — отделывает жилье. И вот через три года у немца уже готовый дом.

— Но ведь дом — только часть дела, нужны еще российские документы…

— Самая большая проблема — получить вид на жительство и российский паспорт. Мы очень тесно сотрудничаем с соответствующими государственными службами РФ. Но бюрократическая волокита там ужасная. Легче дом построить и легализовать, чем получить российское гражданство. Хотя эти немцы — уроженцы СССР и имеют право на получение российского паспорта. В основном сюда возвращаются люди среднего и предпенсионного возраста. Они, кстати, прекрасно говорят по-русски.

Впрочем, немцы — люди упорные: за все 25 лет моей работы только двоим немцам не удалось решить вопрос с гражданством.

— А зачем вообще преодолевать все эти препятствия? Чем российских немцев не устраивает жизнь в ФРГ?

— Людям, выросшим в условиях советской действительности, очень сложно приспособиться к образу жизни в этой благополучной Германии. Здесь эти люди были на виду и в почете. Бывшие специалисты в сельском хозяйстве, врачи. А там они люмпены, улицы подметают. У беженцев в Германии больше прав и льгот, чем у немцев из России. Там говорят: ах ты советский, ну и сиди.

— У нас все не так?

— В России к немцам всегда было уважительное отношение, если не считать периода Великой Отечественной и первых послевоенных лет. Немцев ценят за дисциплину, за серьезное отношение к делу. У нас это в крови, закреплено на генетическом уровне. Особенно это важно в сельском хозяйстве, которое требует постоянного добросовестного труда. Неудивительно, что очень многие российские немцы заняты в аграрном секторе. Знаете, если посмотреть, к примеру, список ста лучших фермеров Омской области, то процентов у шестидесяти будут немецкие фамилии.

— То есть с трудоустройством в России у немцев проблем нет?

— Работодатели даже сами к нам обращаются. Говорят: требуется такой-то и такой-то работник. Самый большой спрос сейчас на доярок. Очень нужны механизаторы, трактористы, комбайнеры.

— Несмотря на сложные внешнеполитические отношения, немецкий бизнес сейчас тоже охотно идет в Россию. Как думаете, почему?

— Развивать любое производство в России сейчас гораздо выгоднее, чем в Германии. Здесь дешевая рабочая сила, причем работники образованные и не такие капризные. Кроме того, имеется большой рынок сбыта.

— Несколько лет назад писали, что в Омской области действует проект по перевоспитанию немецких трудных подростков в семьях российских немцев. Он все еще в силе?

— В силе. Я сам знаю одного такого мальчика, ему сейчас лет 12. Он живет в семье директора нашего сельского спортивного клуб «Штерн». За содержание подростка платит немецкая сторона. Ходит в школу, занимается спортом, играет в футбол и мечтает стать вратарем. Он родился в Казахстане и не очень хорошо говорит по-немецки.

— Чем все-таки российские немцы отличаются от немецких немцев?

— Российские немцы намного более немцы, чем те, что живут в Германии. За 2,5 века изоляции они очень хорошо сохранили то, что было в Германии в XVIII веке: обычаи, песни, поговорки, кухню... Мы берегли все это, чтобы сохранить себя как народ. Мы могли бы стать той здоровой кровью, которая вольется в немецкую нацию, оздоровит ее. Наш язык, например, он более немецкий, чем сегодняшний классический немецкий язык.

— Всем известно, что в разных германских землях диалекты отличаются. На какой из них больше всего похож язык российских немцев?

— Лучше всего мы понимаем друг друга с баварцами. Даже пословицы у нас одинаковые. Это логично, ведь большинство переселенцев прибыло в Россию из Баварии. Мои предки как раз из той первой волны переселенцев 1763 года. Были три брата-крестьянина по фамилии Рейтер, все трое попали на Волгу. А вот мой дед по материнской линии был австрийцем.

— Наверное, к вам приезжают ученые из Германии, изучать ваш язык?

— Да, но диалект российских немцев постепенно исчезает. В наших культурных центрах преподают современный немецкий. В семьях в наше время уже почти все говорят на русском. Раньше было не так — я когда в школу пошел, то вообще ни слова не знал по-русски. Даже первые три месяца в армии я сны видел по-немецки. Командовал подразделением, при этом думал по-немецки и потом на русский переводил. А теперь все наоборот. Я думаю только по-русски.

— Вы сами никогда не думали уехать в Германию?

— В 1982 году, когда я защитил докторскую, меня сразу пригласили во Франкфурт-на-Майне. Предложили возглавить лабораторию по генетике в компании, занимающейся защитой растений от вредителей. Но у нас, у немцев, есть поговорка, которая переводится на русский примерно так: «Дома есть дома, а за печкой дома — это дважды дома». Смысл в том, что люди прикипают к своей малой родине. Думаю, многие российские немцы именно поэтому и возвращаются.

Беседовал Никита Аронов


«Мне как иностранцу часто больше доверяют и уделяют больше внимания»

Фото: Евгений Кондаков, Коммерсантъ

Оливер Рис, занимается производством оборудования для гостиниц и их оснащением

Оливер Рис приехал в Москву в 1995 году внедрять на часовом заводе систему управления качеством — он как раз получил в Германии образование в области экономики предприятия. Результат первого опыта вышел неоднозначный: система, построенная герром Рисом, получилась хорошая, но российский заказчик так и не нашел денег расплатиться с немцем.

Но тот все равно остался в Москве и занялся импортом обоев. Вскоре нашел себе русскую жену Марину, у них уже двое детей. Потом Оливер Рис сотрудничал с немецкими компаниями самого разного профиля: то поставлял в Россию лифты, то сантехнику. А в итоге познакомился с краснодарским предпринимателем, который пригласил его привнести на предприятие немецкую деловую культуру. Теперь Оливер Рис — исполнительный директор компании по производству оборудования для гостиничных номеров «Еврономер».

Каждый понедельник он выезжает из своего подмосковного дома, садится в самолет и летит в Краснодар. Через три часа уже в офисе. А к выходным возвращается обратно, к семье.

В его обязанности входит оперативное управление компанией, он также нанимает сотрудников. Все это герр Рис делает с немецкой аккуратностью. А еще он ключевой переговорщик с клиентами компании. Говорит он с ними по-русски (благо за столько лет в России прекрасно освоил язык), но с характерными речевыми ошибками. Это тоже часть имиджа. «Мы сознательно разыгрываем эту карту. Мне как иностранцу часто больше доверяют и уделяют больше внимания»,— признается он.

«Заказ "Газпрома" позволил нам выйти на российский рынок»

Фото: Евгений Кондаков, Коммерсантъ

Андреас Бахманн, делает фасады для небоскребов в Москве и Санкт-Петербурге

Josef Gartner — немецкая фирма с полуторавековой историей, а российское представительство — ООО «Йозеф Гартнер» — появилось только в 2009 году. Андреас Бахманн, доктор строительных наук из Берлина, первое время был единственным его сотрудником. А единственным заказчиком был «Газпром». «В то время мы как раз получили запрос из "Газпрома" на выполнение фасадов для нового центрального офиса. Этот проект и позволил нам выйти на российский рынок»,— рассказывает генеральный директор ООО «Йозеф Гартнер» Андреас Бахманн.

Несмотря на полный пересмотр проекта и на то, что вместо Охта-центра в итоге построили Лахта-центр, фасадные модули для этого небоскреба все равно монтировали под руководством герра Бахманна. В Петербурге даже построили специальный завод по производству фасадных модулей из российского металлического профиля и немецкого стекла. «Спроектировано в Германии, произведено в России»,— говорит Андреас Бахманн.

Есть у немецких специалистов и другие российские проекты. Именно они делали фасад новой сцены Мариинского театра. А также реализовали два проекта в московском Сити: пентхаус в небоскребе «Меркурий-Тауэр» и башню «Эволюция».

«Инвалидность — вовсе не повод запираться в четырех стенах»

Фото: Евгений Кондаков, Коммерсантъ

Тобиас Райзнер, шьет модную одежду для инвалидов

В 2006 году Тобиас Райзнер услышал, что в мире 1,3 млрд человек живут с инвалидностью. К новой информации он подошел по-немецки прагматично. «Эти цифры стали крутиться у меня в голове. Столько потенциальных клиентов — и такое скудное предложение»,— вспоминает он. Совместно с россиянкой Яниной Урусовой (они вместе работали в российском представительстве Siemens) господин Райзнер наладил в РФ производство одежды для этой необычной аудитории. Так появилась его компания Bezgraniz Couture. А уже через пять лет Райзнер и Урусова провели в нашей стране первый в мире конкурс моды для инвалидов. «Мы,— подчеркивает Тобиас Райзнер,— уверены: инвалидность — вовсе не повод запираться в четырех стенах».

Шить одежду для людей с физическими особенностями — отдельное искусство. Среди продукции фирмы, например, специальные деловые костюмы для колясочников. Они не мнутся от долгой езды в кресле, а карманы расположены так, что доступны в сидячем положении. Есть одежда с необычными пропорциями, для людей с синдромом Дауна, например. Однажды хозяева фирмы узнали, что одна из их незрячих клиенток вынуждена стирать все вещи в холодной воде, поскольку не знает их цвета. Тогда решено было вышивать на всей одежде названия цветов шрифтом Брайля.

В компании Райзнера и Урусовой трудится тоже немало инвалидов. Их нанимают специалистами по маркетингу, юристами, переводчиками, руководителями проектов. А для незрячих у герра Райзнера есть особая работа. Они помогают ему вести специальные бизнес-тренинги, которые проходят в полной темноте.

«Нам здесь нравится: немцев встречают очень тепло»

Фото: Евгений Кондаков, Коммерсантъ

Якоб Пинникер, производит электрооборудование в Екатеринбурге

Сам Якоб Пинникер из русских немцев. В семь лет родители увезли его на историческую родину. А недавно он вернулся в Россию, чтобы делать бизнес. Больше всех недоумевала бабушка. После сталинской депортации она оказалась в одном из уральских трудовых лагерей. А теперь внук сам добровольно отправился на Урал. «Я говорю ей: бабуля, времена изменились»,— улыбается немец.

Базироваться на Урале, в Екатеринбурге, решили из стратегических соображений. Ведь компания Maschinenfabrik Reinhausen GmbH, российское представительство которой возглавляет Якоб Пинникер, производит электрооборудование — ступенчатые переключатели. А также занимается модернизацией промышленных трансформаторов, использующихся в металлургической отрасли. А Урал — как-никак промышленное сердце России. «Нам,— говорит директор,— здесь нравится: немцев встречают очень тепло».

Пока подчиненные Якоба Пинникера собирают трансформаторы и переключатели из немецких комплектующих. Но директор надеется найти поставщиков в России. Со временем он планирует набрать 30 сотрудников, а пока во всей компании работают 6 человек, включая самого директора. Поэтому иногда Якоб Пинникер и сам может сесть за руль автокара-погрузчика и самостоятельно загрузить тяжелые ящики с оборудованием для клиентов. По его словам, это снимает стресс.

За немца молодого директора, в общем-то, никто не принимает, ведь он с детства говорит по-русски. Так, похоже, будет и в следующем поколении семьи Пинникеров — дети ходят в русский детский сад в Екатеринбурге.

«Представление о том, что в русской провинции все пьянствуют, в корне неверно»

Фото: Евгений Кондаков, Коммерсантъ

Торстен Мар, выращивает селекционный картофель в Самарской области

Торстен Мар уже пять лет выращивает под Тольятти семенной картофель — летом 2013 года он сменил на посту генерального директора сельхозпредприятия ЗАО «Самара-Солана» своего российского коллегу. Немец сразу проявил себя опытным хозяйственником — восстановил систему мелиорации. Причем регион компенсировал фирме половину затрат.

Легко ли немцам работать с русскими аграриями? Не пьют ли? Торстен Мар уверяет, что проблем с этим на его памяти ни разу не было.

— Представление о том, что в русской провинции все пьянствуют, в корне неверно. Если люди ценят свое место и отношение к ним, они никогда не придут на работу нетрезвыми,— говорит Торстен Мар.

«Самара-Солана» — русско-немецкая компания, большая часть акций принадлежит фирме «Солана», основанной в Померании в 1905 году и занимающейся селекцией и семеноводством. Компания вывела на мировой рынок свыше 40 сортов высококачественного семенного картофеля. С 1991 года она поставляет семенной картофель в Поволжье, а с 1994 года основала собственное предприятие в поселке Луначарском Самарской области.

Новые сорта выводят в Германии — там их выращивают и тестируют в лаборатории. Немецкая фирма входит в пятерку крупнейших экспортеров посадочного материала в нашу страну. Но перед тем как продавать картофель в России, его надо размножить на российских полях. Этим Торстен Мар и занимается. Он собирает более 240 центнеров с гектара. А его семенной картофель считается российским, даром что немецкого происхождения.

«Я не хотел поворачиваться к России спиной»

Фото: Евгений Кондаков, Коммерсантъ

Ахим Луттер, производит стеклоткань в Гусь-Хрустальном

Своей первый российский бизнес Ахим Луттер построил еще в 1990-х — это было производство медной фольги для нужд компьютерной промышленности. Правда, кончилось все нездорово: как только завод стал приносить прибыль, к немцу в офис пришли бандиты. «"Господин Луттер, через пять минут вы выйдете за ворота и больше сюда не вернетесь",— сказали они»,— вспоминает бизнесмен. Он пробовал судиться, но проиграл. Однако на родину так и не уехал. «Я не хотел поворачиваться к России спиной,— объясняет Ахим Луттер.— Да и сдаваться не в моих правилах».

В начале 2000-х немец предпринял вторую попытку. Арендовал у разорившегося завода склад, выписал из Германии три стареньких ткацких станка и запустил в Гусь-Хрустальном производство стеклоткани.

Сегодня герр Луттер — совладелец и генеральный директор компании «БауТекс», в которой работают 600 человек и производят 100 млн квадратных метров стеклоткани в год. Бизнес и часть производства он даже разместил в Польше. Другое дело, что безоблачной жизнь немецкого бизнесмена в России не назовешь. Три года назад он даже выступил с резким заявлением на Московском экономическом форуме: «Прихода тех бандитов я уже не ожидаю. Сегодня приходят другие — и это государственные люди, которые пытаются что-то украсть». В том же духе он сформулировал и свое главное пожелание к российской экономике: «Меньше коррупции и больше конкуренции».

Впрочем, оптимизма Ахим Луттер не теряет. Он планирует наладить выпуск в России не только самой стеклоткани, но и сырья — стекловолокна. В это производство он инвестирует около 200 млн евро.

«В нашем бизнесе все решают люди»

Фото: Евгений Кондаков, Коммерсантъ

Перри Нойманн, организует перевозки грузов по всей России

Перри Нойманн приехал в Россию 12 лет назад с солидным опытом за плечами. До этого он успешно руководил воздушными и морскими перевозками в нескольких крупных немецких транспортных компаниях. А в 2006-м возглавил соответствующее направление в московском представительстве именитой транспортной фирмы «Кюне + Нагель» (основана в Бремене больше века назад). В 2008 году стал генеральным директором «Кюне + Нагель Россия».

В то время немецкая многопрофильная транспортная компания активно развивала свой бизнес в РФ. Под руководством Перри Нойманна число российских сотрудников выросло с 80 до более чем 1000 человек. «В нашем бизнесе все решают люди»,— уверен герр Нойманн.

«Кюне + Нагель» входит в тройку крупнейших логистических компаний в России, несмотря на то что на ее долю приходится всего 1 процент рынка. Так устроена эта отрасль. Впрочем, немцы претендуют на гораздо большую долю. И даже политическая напряженность между Россией и Западом транспортную компанию не останавливает. В 2015–2016 годах подразделение Перри Нойманна увеличило число российских офисов с 11 до 26 и открыло сеть автомобильных перевозок сборных грузов по всей России.

От слободы до социалистической республики

Досье

Невероятные приключения немцев в России

Первый в России немецкий двор, где селились купцы из германских городов, был основан в Новгороде Великом еще в XII веке. Так или иначе, к XVI веку уже в нескольких городах была своя немецкая слобода. Одну из них, московскую, в 1578 году разгромил Иван Грозный, конфисковав имущество и изгнав иностранцев. Но уже в XVII–XVIII веках немцы снова востребованы, особенно немецкие специалисты. А к 1719 году в Российской империи официально числилась 31 тысяча немцев.

На новый этап немецкие поселения вышли при Екатерине Великой, когда в Россию впервые позвали немецких крестьян. В рамках новой госполитики в 1763 году была учреждена специальная Канцелярия опекунства иностранных колонистов. Немцев, перебирающихся в Россию, на 30 лет освобождали от налогов. Им давали беспроцентную ссуду на 10 лет на покупку дома, скота, сельхозоборудования, инструментов. Селиться колонистам позволялось только на Волге. На 1 января 1769 года население колонии составляло 23 246 человек.

Следующий поток колонистов пришелся на царствование Александра I. В 1808-м вышел указ «О предоставлении имущественного вспомоществования и земельных наделов иностранным хлебопашцам в Новороссии» — немцы поехали в Причерноморье и на Кавказ. И к началу Первой мировой на территории Российской империи числилось уже 2,45 млн российских подданных немецкого происхождения.

Потом было две войны (империалистическая и Гражданская) и чудеса советских экспериментов. Тем не менее в 1918 году немцы даже образовали одну из первых национальных автономий (на территории нынешних Волгоградской и Саратовской областей) — с 1923 по 1941 год на этой территории существовала Автономная Советская Социалистическая Республика немцев Поволжья.

По первой всесоюзной переписи 1926 года немцев в СССР оказалось 1,2 млн человек. И дальше цифры опять пошли в рост: в 1939 году насчитали 1,4 млн немцев, в 1970-м — 1,8 млн, а в 1989 году — 2 млн человек.

В 1991-м Советский Союз кончился (вместе с подсчетами немецкого населения), и уже в Германию потянулись переселенцы с немецкими корнями из РСФСР и других советских республик.

Как оказалось, однако, точку в летописи немецких приключений в России ставить рано — в последние годы в нашу страну активно приходит не только немецкий бизнес, но и… возвращаются люди.

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...