Коротко


Подробно

Книга невидимых перемен

Игорь Гулин о «Парке культуры» Михаила Ямпольского

Журнал "Коммерсантъ Weekend" от , стр. 29

В «Новом издательстве» вышла книга философа Михаила Ямпольского «Парк культуры» — попытка максимально отстраненного и жесткого диагноза культурной и социальной жизни современной Москвы


Киновед, теоретик искусства и один из главных в русской культуре представителей постмодернистской философии, Михаил Ямпольский с начала 90-х живет в Америке. Это обстоятельство важно для его новой книги. Дело в том, что «Парк культуры» — анализ современной московской жизни глазами человека давно уехавшего, наблюдающего явления, неразличимо привычные для местных жителей, как странные, иногда шокирующие.

Для автора, обычно работающего с большими временными массивами, эта книга — удивительно злободневная. Она читается как большая колонка в журнале или даже громадный пост в фейсбуке. Собственно, русский фейсбук здесь — один из материалов анализа. Другие: реконструкция московских улиц, акции Петра Павленского, суд над Кириллом Серебренниковым, скандал вокруг «Матильды», успех «Памяти памяти» Марии Степановой — весь материал жизни московского среднего класса, его страстей, ужасов и восторгов.

Жизнь эта странным образом перенасыщена двумя вещами: культурой и насилием. Открытия бесконечных театров и галерей хаотически сочетаются с посадками. Государство тратит огромные усилия для воспроизводства европейского образа жизни и постоянно запрещает его элементы, интеллигенция без всяких проблем сочетает в одном эмоциональном пространстве восторженное потребление новой московской культуры и возмущение злоупотреблениями власти. Само это противоречие оказывается почти невидимым, стертым для обитателей этого мира. Ямпольский дает ему имя «парк культуры».

Сам московский парк, в котором модное современное искусство, разнообразная еда, удобные скамейки и велосипедные дорожки предстают как дополняющие друг друга, равно важные элементы образа жизни — прогулочный театр, в котором московские жители созерцают собственное благополучие,— становится как бы овеществленной метафорой этого модуса существования.

У такого пространства всепоглощающего досуга две главные особенности. Во-первых, это место, откуда пропала история: сюжеты, персонажи, образы потеряли документальность, привязку к реальному прошлому. Понимание и анализ в отношении к ним сменились чистым аффектом — ощущением причастности к любому прошлому, и одновременно — фатальной отделенностью от него, растерянностью, заброшенностью в поток сюжетов.

Во-вторых, и это прямо связано, в парке культуры больше нет политики — столкновения идеологий, разных представлений о социальной жизни. Ее нет и в государстве, создателе и главном потребителе парка культуры. Место политики, как способа перераспределения власти, занимает нерегулируемое, спонтанно возникающее насилие: как исходящее от государства, так и ответное, осуществляемое обычными обитателями парка — акционисты и активисты разных направлений. В своей вездесущести, бесцельности (его основа — не выгода, а все тот же аффект, «оскорбление чувств») это символическое насилие как бы соприродно «культуре». И культура (посадки режиссеров, запреты выставок) оказывается главным местом его проявления. Насилие указывает на кризис любых ценностей. Оно оказывается единственным способом выстроить иерархию — выделить нечто из пространства абсолютно однородного, нейтрального. Но затем, когда вспышка демонстративной ярости проходит, насилие возвращается в безразличие культуры.

В коротком изложении идея этой книги неизбежно достаточно упрощена. Для анализа «парка культуры» Ямпольский задействует огромный философский арсенал — Канта, Беньямина, Хайдеггера, Жирара, Бодрийяра, всех классиков континентальной философии. В этом и сила книги, и уязвимый ее момент. Ямпольский занимает по отношению к российской действительности крайне выигрышную метапозицию: вне разногласий власти и интеллигенции, оппозиции и лоялистов. Это позволяет ему увидеть раздираемую страстями современную Москву как парадоксально гомогенное, бессобытийное пространство.

Однако эта отстраненность окрашена безоговорочной принадлежностью другой позиции — американского профессора, гостя из академии, смотрящего на российское прозябание с высоты западной культурной традиции. Само письмо Ямпольского иногда кажется перформансом аналитической виртуозности. Многие ссылки и ходы будто бы несут интонационно-ритуальную функцию — возвышают внимательное наблюдение до статуса философского исследования, тем самым часто размывая его точность. Тем не менее из всех книг, написанных о современной России, «Парк культуры» — одна из самых безжалостно-глубоких.

Михаил Ямпольский «Парк культуры. Культура и насилие в Москве сегодня». Новое издательство, 2018

Комментарии

Наглядно

валютный прогноз

обсуждение