Европейский суд снова занялся «иностранными агентами»

В Страсбурге коммуницированы еще 15 жалоб российских НКО

Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) коммуницировал третье дело о российских НКО-«иноагентах». С жалобами в суд обратились 13 некоммерческих организаций, в том числе «Левада-центр», и трое гражданских активистов. Они заявили, что существование закона «Об иностранных агентах» подавляет гражданское общество в России. Первое дело с жалобой на этот закон, заявителями в котором выступила 61 общественная организация, ЕСПЧ коммуницировал в марте 2017 года, но решения пока не вынес.

Фото: Reuters

Новое дело о законе «Об иностранных агентах» ЕСПЧ коммуницировал 19 июня, но известно об этом стало только сейчас, сообщил “Ъ” руководитель юридической службы «Клуба юристов НКО» Макс Оленичев, который представляет интересы четверых заявителей. Всего их 16: 13 некоммерческих организаций, которые Минюст признал иностранными агентами, руководитель одной их них и двое гражданских активистов, возглавлявших такие НКО. Многие из них понесли наказание за отказ добровольно получить статус «иностранного агента»: закон предусматривает штраф в размере 300 тыс. рублей для организации и 100 тыс. рублей — для руководителя НКО.

Среди заявителей — «Левада-центр», правозащитный центр «Сова», «Экологическая вахта Сахалина», калининградская организация «Мир женщины» и другие. Некоторые из них уже не числятся в реестре Минюста, поскольку на протяжении года не осуществляли политическую деятельность и не получали зарубежного финансирования — это два условия, на основании которых Минюст, в соответствии с принятым в 2012 году законом, наделяет некоммерческие организации статусом «иностранных агентов». «Мы заявили о том, что закон об "иностранных агентах" подавляет гражданское общество в России и его существование не соответствует стандартам прав человека»,— говорит Макс Оленичев.

Новые жалобы ЕСПЧ коммуницировал по тем же статьям Конвенции о защите прав человека, что и предыдущие — ст. 10 («Свобода выражения мнений»), ст. 11 («Свобода собраний и ассоциаций»), ст. 14 («Запрет дискриминации») и ст. 18, устанавливающей границы ограничения прав, сообщил “Ъ” Макс Оленичев.

«Новые заявители позже исчерпали средства правовой защиты в национальных судах, и ЕСПЧ подкопил вторую пачку дел»,— говорит юридический директор правозащитного центра «Мемориал» Кирилл Коротеев, представляющий ряд заявителей в первом деле. Не позже 19 сентября ЕСПЧ должен получить меморандум российских властей по новому делу и замечания к нему заявителей. Но на практике это не мешает Европейскому суду объединить оба дела перед рассмотрением или вынести два идентичных решения, отметил господин Коротеев.

Таким образом, круг заявителей по делу «иноагентов» стал шире, резюмировал Кирилл Коротеев.

По прогнозу господина Оленичева, новое дело все же будет рассматриваться судом отдельно от первого. Это уже третье дело об НКО-«иноагентах», коммуницированное ЕСПЧ. До этого суд в Страсбурге 22 января 2018 года коммуницировал жалобу главы общественного экологического фонда «ИСАР-Сибирь» Юрия Широкова. Также, как ранее сообщал “Ъ”, в марте 2017 года ЕСПЧ объединил в одном деле жалобы 61 НКО: 13 из них пожаловались в ЕСПЧ еще до признания их «иноагентами», а 48 — после того как были внесены Минюстом в соответствующий реестр против своей воли.

В 2017 году к этому делу в качестве третьей стороны присоединился занимавший в том момент пост комиссара по правам человека Совета Европы (СЕ) Нилс Муйжниекс, который еще в 2013 году критиковал закон «Об иностранных агентах», предупреждая, что получившие этот статус НКО «не смогут нормально функционировать». С тех пор комиссар по правам человека СЕ успел смениться: пост заняла экс-представитель ОБСЕ по свободе СМИ Дуня Миятович, которая также ранее высказывалась против российских законов, ограничивающих свободу НКО.

Мария Карпенко, Анна Пушкарская, Санкт-Петербург

Как НКО живут со статусом иностранного агента

В ноябре 2012 года вступил в силу закон, который позволил Министерству юстиции признавать некоммерческие организации иностранными агентами, если они получают средства из-за рубежа и занимаются «политической деятельностью». Последний термин может трактоваться весьма широко — под политической деятельностью может пониматься любая попытка повлиять на власть или давать оценку происходящему в стране. Маркировать себя иностранными агентами пришлось даже тем организациям, руководители которых прежде намеревались игнорировать закон. Руководители НКО говорят, что ярлык агента влияет на отношения с представителями властных структур.

Читать далее

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...