С ориентиром на рост

Алексей Василенко и Антон Рихтер

Потребители топлива в России давно свыклись с тем, что его цена только растет, а если и случаются снижения, то они носят весьма временный характер и цены быстро возвращаются под общую планку. Комплекс мер и событий, определяющих как розничные цены, так и оптовые на него, представляет столь сложный и многофакторный процесс, что не всегда возможно дать точные прогнозы, а лишь предвосхитить поведенческий характер этих изменений. Как чувствует себя в условиях турбулентности один из ключевых игроков ПФО, трейдер — компания «УралНефть», каковы основные тенденции на рынке топлива, рассказывают ее руководители — Антон Рихтер и Алексей Василенко.

Текущую цену на нефть и нефтепродукты можно считать справедливой? И каков ваш прогноз?

Антон Рихтер: Та цена, которая складывается на протяжении последних двух месяцев, скорее всего, несколько завышена. В среднесрочной перспективе был бы более справедлив уровень порядка 50 долларов за баррель, который можно считать равновесным, с учетом текущего курса доллара. Но могу с уверенностью сказать, что и прогнозы по поводу 100 долларов за баррель вполне реалистичны, этот уровень может уже сложиться к осени текущего года.

Алексей Василенко: Будет повышение цен и на топливо до осени 2018 года. Интрига состоит только в определении размеров дальнейшего роста. Тем не менее, рост должен в какой-то момент остановиться. Знаем, что стоимость энергоносителей является базой для инфляционной стабильности в стране. Рост цен на топливо всегда приводит к росту цен на готовые продукты, так как логистика лежит в основе современной экономики. Готово ли государство к таким рискам — покажет только время.

Лидером производства дизельного топлива от общего произведенного объема за 2017 год стал Приволжский федеральный округ с долей около 38,2%. Около 90% продаж вашей компании составляет дизельное топливо, это связано непосредственно с экономикой региона или в целом так складывается бизнес?

Алексей: Здесь несколько факторов. Во-первых, в Башкирии находится, если рассматривать рынок ПФО, основное количество нефтеперерабатывающих заводов — четыре завода «Башнефти», один завод — «Газпрома», также «Лукойл» имеет в регионе две крупные нефтяные базы. Например, в Челябинской области заводов таких нет, а спрос на дизельное топливо большой, поскольку много промышленных предприятий, комбинатов, которые активно используют в производстве топливо. Во-вторых, спрос традиционно высок в республике на дизельное топливо. Регион аграрный, богат природными ресурсами, развита лесозаготовительная деятельность. А вся крупногабаритная техника работает на дизтопливе. Среди наших клиентов — горнодобывающие компании, предприятия АПК, дорожники. В-третьих, работать нам позволяет конкурентоспособная цена и при этом очень высокое качество топлива с местных заводов, которое ценится по всей России.

Антон: Таким образом спрос в основном определяет нашу составляющую бизнеса, в экономике, действительно, очень высоко потребление дизельного топлива. Слаженная логистика, соответствующие цена и качество топлива формируют нашу прибыльную деятельность.

Отмечается ли, по вашим ощущениям, дефицит топлива по РФ, вызывающий рост цен не только на бирже, но и на АЗС?

Антон: Не секрет, что повышение цены на мировом рынке нефти отразилось на желании ВИНКов (вертикально-интегрированные нефтяные компании) экспортировать товар за границу. Растущие цены заставляют владельцев топлива выбирать более выгодные экспортные поставки в ущерб его продаже внутри страны. Чтобы его реализация на внутреннем рынке была не менее выгодной, оно должно иметь сопоставимые цены. Власти в этом процессе играют тоже свою роль, повышая акцизы, вводя дополнительные налоги. Следствием всех действий стал искусственный дефицит топлива, он вызывает рост цен не только на бирже, но и на АЗС. К сожалению, проигравшим в этой игре всегда оказывается конечный потребитель — он и оплачивает все изменения.

Самыми большими потребителями отечественного топлива являются также европейские страны и Китай. Как обстоят дела в вашей компании — ориентируетесь больше на внутренний рынок? Есть ли поставки за границу, какова доля экспорта?

Антон: Мы больше ориентированы на российский рынок — работаем в Башкирии, Самаре, Оренбургской области, Татарстане. В этих регионах у нас сложились очень хорошие и давние отношения с заводами. При этом реализация продукции на экспорт есть, это ориентировочно 10–15% от всего объема, который приходится на страны СНГ и Средней Азии. В Казахстан поставляем 92-й бензин и дизельное топливо, в Монголию — газ. Хочу отметить, это направление уже не так перспективно, в последнее время все сложнее торговать на экспорт, так как сами ВИНКи в итоге выходят на конечных потребителей, сужая наш рынок. К примеру, сейчас татарстанские заводы сами контрактуются напрямую с конечными грузополучателями в Казахстане. Если говорить о Монголии, «Роснефть» забрала этот рынок и торгует газом напрямую. Большие компании полностью захватывают экспортные поставки, тем самым вытесняя более мелких игроков, не давая возможности развиваться.

Биржевые цены на бензин и дизтопливо в текущем месяце обновляют максимумы, а затем нефтепродукты дорожают в мелком опте. На критическую ситуацию, связанную со скачком оптовых (биржевых) цен на ГСМ, неоднократно жаловались независимые трейдеры. Как вы чувствуете себя в текущих условиях?

Антон: Колебания цен для нас не критичны. Во-первых, мы не являемся классическим биржевым трейдером, который играет на повышение или понижение, ориентируясь напрямую только на финансовый результат. У нас другие объемы и задачи. В-вторых, за более чем 10 летний опыт нашей работы мы научились анализировать рынок, вовремя делать закупки продукта, подготавливаясь к любым изменениям, в том числе по росту цен.

Алексей: О том, что будет рост цен, мы знали в прошлом году. Поэтому в январе мы сделали отличную закупку на два квартала вперед. Мы стараемся предугадать рыночные изменения заблаговременно, обезопасив свою компанию от каких-то кризисных моментов.

Антон: Плюс мы не являемся конечным потребителем. Рост цен на топливо сказывается на аграрных предприятиях, промышленниках, так как они закладывают в свои бюджеты одну цену, а она меняется каждую неделю. Запрашивая у нас объемы топлива, просят дешевле, но, к сожалению, дешевле взять негде. К примеру, у некоторых аграрных предприятий в Оренбургской области даже возникли сложности с началом посевных работ на полях.

Есть ли, на ваш взгляд, изменения на рынке ГСМ по количеству независимых игроков?

Алексей: Стремительный рост оптовых цен на автомобильное топливо сильнее всего бьет по бизнесу рынка ГСМ. Небольшие частные заправки находятся в предбанкротном состоянии или уходят с рынка, не выдерживая конкуренции с ВИНКами, в чьих руках вся производственная цепочка — от скважины до заправочного пистолета. Уходят по-разному. Кто продает АЗС, если найдет покупателя. Кто-то перекрашивает свои станции под франшизу федеральных операторов — «Роснефть», «Лукойл», «Газпромнефть». Каждый год на трассах России закрываются десятки АЗС. На местном рынке, знаем, что сеть АЗС «Интеграл» находится на продаже. И дальнейшая монополизация рынка только продолжится.

А что можете сказать по вашим конкурентам?

Алексей: Что такое конкурент? Конкурент — это компания, которая может пересекаться с нашими интересами на конечном потребителе аналогичным продуктом по более низкой цене либо другого качества. На сегодняшний день речь идет не о как таковой конкуренции, а об условиях работы с конечным потребителем, то есть насколько оперативно и качественно сможем удовлетворить его производственные потребности по тому или иному продукту. Мы заняли в этом бизнесе свою нишу и обозначили компанию как надежного поставщика нефтепродуктов по территории России и за рубеж. К примеру, надо будет привезти топливо с завода «Лукойла» в Перми или с «Роснефти» в Самаре, или из любой другой нефтебазы, привезем — надежно и в срок. Не у всех компаний есть такие ресурсы и возможности, они у нас есть, поэтому в текущих условиях не видим прямых конкурентов.

Антон: Если говорить о нефтетрейдерах, 6 –7 лет назад в Уфе их было не больше 12, после распада одной крупной компании их количество стало увеличиваться, сейчас насчитывается порядка 180. Но они не являются прямыми конкурентами, у них задачи другие. У нас есть обязательства на заводах по вывозимым объемам, по поставкам перед нашими клиентами. Надежность — одно из наших главных качеств.

Планы компании на 2018 год?

Антон: Осенью планируем запустить новый интересный проект, которому нет аналога. Пока не можем рассказать о всех его параметрах, составляющих коммерческую тайну, но он связан с оптимизацией бизнеса и экспансией одновременно. Планируем провести презентации в нескольких регионах для трейдеров и для конечных потребителей. Если говорить шире о планах компании — цель, как и прежде, та же — идти в рост, идти только вперед.

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...