Это вообще очень типично для международного информационного поля: в неких регионах происходят какие-то бурные события с запахом мировой войны, о них говорят все, а тем временем в Китае, или в Индии, или в прочей Азии идут тихие процессы, которые как раз и меняют мир коренным образом
Премьер-министр Индии Джавахарлал Неру с дочерью Индирой Ганди, будущим индийским премьером
Фото: Keystone Pictures USA / DIOMEDIA
И вот публикация в делийской газете "Пионер", мнение частного лица насчет того, что нынешнее поколение семейства Неру — Ганди надо выселить из занимаемых домов.
Дело в том, что это не совсем их дома, а государственная собственность — правительственные бунгало в Новом Дели, или в так называемом Дели архитектора Лаченса.
Индийцы часто называют этого человека Лютиенсом, читая буквально его довольно редкое для англичанина имя (Lutiens). Эдвин Лютиенс (он же Лаченс) полжизни проектировал лишь памятники и загородные дома. Но попал в Британскую Индию, где в 1912 году начинала создаваться новая столица, Дели, на смену Калькутте. И получил в полное распоряжение десятки бесхозных квадратных километров, холмы, реку, зелень.
Получилось то, что я считаю самым величественным ансамблем мира. В центре — взмывающая на холм, к правительственным зданиям и куполу дворца вице-короля, аллея Раджпатх, "Путь правителя" (там сейчас проходят парады). Справа и слева от нее — город-парк, где среди зелени белеют довольно скромные домики с колоннами.
Не закопченный и хаотичный Лондон, а именно этот зеленый город в городе стал воплощением британского идеала — идеала сердцевины величайшей из империй. Но только Дели Лаченса был достроен, как началась Вторая мировая. По ее итогам Британская империя обрушилась, так как Индия из нее вышла, и в правительственный комплекс на вершине холма въехал первый премьер страны — Джавахарлал Неру. Затем его дочь Индира Ганди (не родственники Махатме). Потом, после перерыва, был премьер Раджив Ганди.
Все они жили вот в этих домиках среди парка, построенных для хозяев империи. И нынешнее поколение семьи, прежде всего Рахул Ганди, глава партии "Индийский национальный конгресс", тоже там сейчас живет.
Автор статьи в "Пионере" спрашивает: где это видано в мире, чтобы одна семья пользовалась такой привилегией с 1946 года, даже утратив власть?
Сама газета и автор статьи близки к правящей с 2014 года "Бхаратия джаната парти" (БДП). Борьба с наследием Ганди для партии — дело предельно серьезное. Это не совсем схватка за власть, это война, по сути, за смену Индий. От Индии Неру и Ганди к Индии нынешнего премьера Нарендры Моди и его мощной партии, которая, очевидно, заняла место главной национальной политической силы, на смену Конгрессу.
Новые всеобщие выборы будут в 2019 году. И удивительные достижения Моди вовсе не гарантируют ему и его наследникам новой победы. Индийский избиратель — сложный и непредсказуемый. Поэтому некоторые сторонники Моди явно увлекаются, нагнетая страсти, в частности, насчет изгнания всех Ганди.
Происходящее в Индии иногда до смешного перекликается с настроениями и спорами в России или США.
Что, например, символизирует семейство Ганди для сторонников БДП? Для них Ганди — это династия с наследственными привилегиями. А Новый Дели — это не только географический термин, а символ сложившейся за десятилетия элиты, куда входят политики, бизнесмены, профессура и журналисты. Это то "делийское болото", которое должен осушить Моди.
Более того, это болото и лично Рахул Ганди выглядят как символ вырождения национальной элиты в часть элиты глобальной и антинациональной. Ходят темные слухи о том, что Рахул прошлым летом прошел проверку "на газонах американских университетов" и помазан как правильный, глобалистский кандидат для будущей Индии. И поэтому лишение его исторической резиденции должно выглядеть примерно как "чемодан, вокзал, Америка".
Из чего следует как минимум один вывод: "люди Моди" хорошо знают, что своими они для западной группы стран не будут. Сейчас с ними ведут воспитательную работу с целью натравить Индию на Китай, поэтому не ссорятся. Но настоящие, приемлемые для Запада лидеры все-таки кто-то из Ганди.
А как позиционируют себя перед избирателями люди из БДП? Можно было бы вспомнить, что при Моди по темпам роста Индия обогнала Китай. Но дело не совсем в темпах, сама БДП видит себя как партию науки и технологий, партию для нового поколения, партию, которая, несмотря на все старания оппозиции, то есть того же Конгресса, ни разу не попалась ни на каком коррупционном скандале. Конгресс же, к сожалению, перед своим поражением на выборах 2014 года попадался.
Тем временем команда Ганди говорит, что "революция Моди" означает победу только одной из многих религий — индуизма, рост нетерпимости и прочие проблемы. Хотя конгрессисты пока не придумали своих позитивных целей, сравнимых с технологической мечтой БДП.
После событий 2014 года было подозрение, что Конгресс вообще прекратит существовать. За этот период местные выборы в 11 штатах выиграла БДП. Дважды она проиграла. Но эти два случая вовсе не означали победу Конгресса, выигрыш доставался местным партиям. И еще: подтвердилось, что избирательная база БДП — молодое поколение, особенно городской средний класс.
А теперь о цене вопроса для Индии и мира. Мы видим, что произошло с Китаем, страной, которую еще в 1990-е годы считали грязной мировой сборочной мастерской, где трудятся за гроши по 12-14 часов в сутки. Еще Китай воспринимали как страну, которая только и умеет, что копировать чужие технологии и выпускать подделки. А сегодня мы говорим о технологическом чуде и первой экономике мира (если исходить из паритета покупательной способности валют). Сможет ли Индия повторить опыт Китая и занять обещанное ей место второй экономики мира, оттеснив США на третье место? Корпорация IBM уверенно говорит, что да — начался "век Индии". Есть и другие оптимисты.
Предстоящие выборы будут серьезными. Если в 2019 году вдруг победят конгрессисты, это будет означать, что в стране надолго включится политический маятник (между глобалистами и националистами), и говорить о долгосрочной стратегии развития будет сложно. Но допустим, что у власти останется Моди или его наследники. Что случится тогда?
А тогда весь мир будет, затаив дыхание, наблюдать, как Индия столкнется с несколькими попросту жуткими ловушками, которые Китай по стечению обстоятельств преодолел.
Вот хотя бы такая проблема, как необходимость создавать в стране 1 млн рабочих мест ежемесячно, чтобы справиться с естественным приростом потенциальной рабочей силы. Правительство заявляет, что каждый месяц ожившая экономика открывает 350-400 тысяч рабочих мест. Но ведь сейчас в стране эпоха экономического чуда, резкого подъема энтузиазма плюс время начала крупных инфраструктурных проектов. А чудеса и большие проекты вечно не длятся.
И если они кончатся, тогда то самое подрастающее поколение — оно, повторим, считается избирательной базой БДП — может стать довольно опасным и агрессивным, и газетными статьями на тему "Ганди — вон из дома" дело не ограничится. И это только одна из проблем громадной страны.