В Стерлитамаке школьник напал с ножом на учительницу и одноклассников

Последние случаи инцидентов с оружием в школах

Как власти реагировали на ЧП в школах

Артур Реан, заведующий Лабораторией профилактики асоциального поведения Института образования НИУ ВШЭ

Наша лаборатория провела исследование по теме «Агрессия и буллинг в подростковой среде» в десяти регионах России. В опросе приняли участие более 1500 учащихся 9–10 классов. Было установлено, что чем хуже был школьный климат, тем выше уровень агрессивности школьников. Кроме того, были выявлены высокие значимые положительные корреляции между показателями школьного климата, безопасностью в школе и взаимоотношений учителей с учащимися. Еще один момент – психологическая и психолого-педагогическая помощь участникам буллинга в школе. В большинстве регионов существуют центры психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи несовершеннолетним. На конец 2015 года такие центры работали в 65 субъектах Федерации. Считается, что такие центры оказывают действенную помощь детям с девиантным поведением. Однако в действительности сотрудники этих центров сами нуждаются в профессиональной помощи при работе с девиантными детьми. Базовой подготовки в таких случаях не хватает, нужны специальные программы повышения квалификации для специалистов таких центров. Нужны такие программы для школьных психологов и учителей. В 15-16 годах педагоги-психологи имелись в штате только каждой второй школы: 53% школ имели в штате такого работника. А при этом нагрузка на одного такого сотрудника составляет примерно 880 учеников. В таких условиях деятельность психологов будет оставаться крайне неэффективной.

Мария Новикова, научный сотрудник Лаборатории профилактики асоциального поведения Института образования НИУ ВШЭ

По нашему исследованию, хотя бы раз с травлей в той или иной роли сталкивалось более 65% детей. Причем если мы говорим о жертвах, то их больше, если об агрессорах, то их меньше, но это все равно порядка 60%. Жертва – это ребенок, который растет в семье с более низким уровнем достатка, где, скорее всего, работает только мама, в которой у родителей нет высшего образования. Также это ребенок, который хуже учится по основным предметам, русскому языку и математике. Возможно, в этот механизм входит учитель: ребенок, который хуже учится, может подвергаться стигматизации со стороны учителя, что дальше подхватывается сверстниками — но это гипотеза, которая требует проверки. Что касается семей, из которых происходят агрессоры, то в данном случае социально-экономический статус и культурный капитал играют не такую большую роль. Но практически всегда это семьи, в которой есть определенный способ взаимодействия между членами этой семьи: есть определенная иерархия и воспитание того, кто находится в этой иерархии ниже тебя, с позиции силы. Речь необязательно про физическое насилие – но тот, кто старше, тот и прав, и доносит свою позицию очень жестко. Ребенок оказывается мишенью этих воздействий. А дальше идет в школу и находит тех, кто слабее его.